Нечаянно беременна, или Не ходите, девки, в тёмную подсобку - Марина Леванова

— Я вот думаю: почему кому-то всё, а кому-то — ничего? — обижена процедила Людмила, усаживаясь за свой стол.  

— Потому что гладиолус, — прошептала ей в ответ Елена Николаевна и усмехнулась. — А я всё равно не верю.  

— А я верю, — твёрдо произнесла Люда, выглядывая из-за монитора своего компьютера. — Вот только я не думаю, что это был Артём, — прошептала она. — Где Фролов и где наша Машка? И то, что они сейчас вместе, — это ненадолго. — Прикрыла ладонью рот и негромко добавила: — Это будет из той же оперы: “Поматросил и бросил”. А отец быстренько подчистит все хвосты за любимым сыночком. Ведь ни для кого не секрет, что обычно случается с бывшими пассиями младшего. Вот посмотришь!  

И в этот момент в офис вошла Мария. В тот же миг смолкли разговоры. Все уставились на помощницу начальницы.  

Мария словно со всего маху врезалась в стену. Такое просто невозможно было не заметить, в офисе не осталось ни одного человека, кто бы не смотрел на неё с осуждением или откровенным любопытством.  

“Господи, что происходит? — Маша машинально осмотрела одежду, поправила волосы и пошла между рядами. — Так, хватаю сумочку и драпаю отсюда, завтра буду разбираться, в чём тут дело”.  

Но дойти до своего стола Маше было не суждено, дорогу ей заступила Татьяна Викторовна: 

— Зайди ко мне, — коротко бросила она и скрылась за дверью.  

Маша ещё раз обвела недоумевающим взглядом своих коллег и зашла в кабинет начальницы.  

— Присаживайся, — предложила Татьяна, указывая на кресло, стоящее возле стола. — У меня есть к тебе серьёзный разговор.  

Мария терялась в догадках, что же могло такого случиться за то время, что она отсутствовала. Да и нужно было спешить! До приёма оставалось всего каких-то четыре часа, а ей ещё надо было сгонять в душ, сделать причёску, одеться и накраситься, а зная свою подругу (её дотошность и перфекционизм во всём и всегда), она могла предположить, что процесс затянется.  

И тогда Маша решилась: 

— Татьяна Викторовна, я бы хотела воспользоваться вашим предложение и уйти сегодня пораньше с работы. У меня появились неотложные дела.  

— Да, конечно, — согласилась Татьяна. — Только прежде ответь мне на один вопрос. — Замолчала, тщательно подбирая слова; смущённо добавила: — Хочу предупредить, вопрос довольно деликатный.  

— Спрашивайте. — Мария напряглась. 

— Маша, ты как-то причастна к тем разговорам о подсобке?  

Марию бросило в жар, перед глазами поплыли круги, она вцепилась в подлокотники обеими руками и изо всех сил старалась удержать на лице спокойное, слегка отстранённое выражение. И как же она порадовалась, что сидит сейчас.    

“Ну и кто, интересно, донёс? — Мария как заправский детектив принялась мысленно перебирать все возможные варианты. — Валера или загадочное доверенное лицо Фролова? — Отца Артёма она исключила сразу. Как же ей не хотелось думать на Валеру, но, по-видимому, это был именно он. — Небось, растрепал у себя в отделе, а там дальше уже несложно проследить, откуда ветер дует: Андрей Петрович поделился с Ольгой, а та притащила сюда. — Все эти рассуждения помогли Маше немного успокоиться и взять себя в руки. — Но раз Татьяна Викторовна задаёт такие вопросы, значит, не особо верит в правдивость этих сплетен”.  

— Почему вы спрашиваете? — решила Маша для начала прощупать почву.  

— Потому что все только и говорят, что это именно ты была той самой незнакомкой, которая забралась в подсобку уборщицы.  

— А кто это — все? — голос Марии предательски дрогнул.  

— Весь отдел, — ответила Татьяна. — Пойми меня правильно, ты, конечно, взрослая женщина и сама знаешь, что делаешь, но все эти разговоры вокруг тебя, пересуды, сплетни наводят на очень нехорошие мысли. Я очень хорошо отношусь к тебе: уважаю как человека, ценю как сотрудника. Твоя ответственность и исполнительность вызывают восхищение. Да что тут говорить? У меня до тебя ещё не было такой помощницы, я даже начала подумывать о твоём повышении, но то, что сейчас происходит, — это некрасиво. 

— Понятно, — тихо ответила Маша; теперь она точно знала, как нужно поступить.  

— Что тебе понятно? — Татьяна Викторовна не на шутку испугалась тому спокойствию, даже, казалось бы, равнодушию, которое прозвучало в голосе девушки. — Да не молчи ты! Ответь, это правда или нет? Скажи хоть что-нибудь в своё оправдание.   

— А что я могу сказать, раз на меня уже указали пальцем? — Мария смело посмотрела в лицо начальницы. — Доказать обратное я не смогу, но и подтверждать эти слухи — не собираюсь. 

— Ты ведь понимаешь, что у тебя могут быть проблемы, если все эти слухи дойдут до главного? — Татьяна не стала называть имён, но Маша поняла, о ком идёт речь. — Поверь мне, он уволил не одну девушку за меньшие прегрешения. 

— Конечно, понимаю, — спокойно ответила Маша, а про себя подумала: “Да он не только уже знает, но и пообещал, что сделает всё возможное, чтобы это не вышло дальше их узкого круга. А ведь я предупреждала, что такое сложно будет утаить”. Вслух продолжила: — Но я только что от гендиректора, и речь шла не об увольнении. 

Вот тут уже насторожилась Татьяна Викторовна. 

— А о чём же, если не секрет? — поинтересовалась она.

— Не секрет. — Мария улыбнулась, решив рассказать лишь конец разговора с гендиректором. — Мы говорили о приёме. Юрий Павлович интересовался, буду ли я сегодня сопровождать Артёма, потому что Юлия Ивановна — мама Артёма, — решила пояснить она, — хотела бы повидаться со мной до отъезда. Я пообещала, что приду, хотя до этого не собиралась. 

Татьяна Викторовна не смогла скрыть своего удивления, но зато у неё хватило ума сложить два и два: девушка приглашена на приём как член семьи, и она знакома с первой женой гендиректора, о которой ходили очень противоречивые слухи.   

— Поэтому я и хочу уйти немного пораньше, — продолжала Маша. — Чтобы быть готовой к тому времени, как за мной заедет Артём. А тут все эти пересуды и сплетни, — удручённо покачала головой. — Даже не представляю, как ко всему этому теперь отнесётся Юрий Павлович и что скажет Артём. 

— Им не нужно об этом знать, — твёрдо сказала Татьяна. Она была многим обязана Юрию Павловичу и потому не позволит, чтобы в её отделе полоскали имя будущей его невестки, а то, что дела идут к свадьбе, уже сомневаться не приходилось. — Такие разговоры недопустимы на работе, — решительно поджала губы. — И я это прекращу! Обещаю тебе. 

— Если вы в силах остановить эти сплетни, то сделайте это, — попросила Мария. — Думаю, так будет лучше для всех.

— Согласна. Я придерживаюсь такого же мнения. — Татьяна Викторовна едва заметно улыбнулась. — И я рада, что мы откровенно поговорили. Не буду больше тебя задерживать! 

— Тогда я, наверное, пойду? — Мария поднялась. — Мне ещё много чего нужно успеть сделать.

— Конечно, иди. — Татьяна Викторовна усиленно соображала, что предпринять в первую очередь, чтобы прекратить все эти разговоры. “Для начала очень серьёзно поговорю с Ольгой, — думала она, провожая задумчивым взглядом свою лучшую сотрудницу. — Затем надо будет эту светлую мысль донести и до всех остальных”.