Просто Она - Элен Блио

Я опустил голову, мои пальцы заскользили по высокой, упругой груди – какие аппетитные у нее сосочки! Так и просились в рот!

Я собрал груди вместе, стараясь захватить оба соска. Она стонала, и я знал, что она испытывает и боль, и удовольствие. Моя девочка!

- Андрей…

- Молчи…

- Сильнее…

Что? Она сказала…?

- Прошу тебя, я хочу… сильнее!

Если вы хотите, чтобы я подарил вам фразу, которая сто процентов понравится любому мужчине – вот она! Попросите его сделать это сильнее! Нормальный мужчина после этого оттрахает вас так, что вы ноги сдвинуть не сможете!

А ненормальный… не надо заниматься сексом с ненормальными!

Я резко вышел, заставил ее перевернуться на живот, приподнял попку и вошел сзади – в этой позиции я входил еще глубже и нужно было быть осторожнее, но… Как же это было круто, когда ее попка прижималась к моему паху!

Всхлип, еще всхлип, стон, крик! Да, эту мелодию я очень люблю!

Я снова бурно кончил, на этот раз не сдерживая себя, почти рыча ей в шею.

Охренеть!

И снова я лежал на ней, стараясь понять, есть ли у меня силы дышать дальше.

Она шевельнулась, чуть сталкивая мою тушу с себя.

- Ну, что, теперь поговорим?

Да уж, теперь можно было и поговорить!

Глава 42.

А можно мы не будем разговаривать, а?

Ведь так все было хорошо! (Но это не точно.) И опять вот это вот все…

- Наташ?

- М-м-м? – я надеялась, что мой номер с внезапным погружением в сон прокатит, но…

- Ты не спишь!

- Сплю!

- Сейчас десять утра. Ты только проснулась перед моим приходом. Ты не хочешь спать!

- Ты занимался со мной сексом два раза, очень интенсивно, это сравнимо с интервальной тренировкой! Я устала, у меня упадок сил.

- Ты просто не хочешь разговаривать.

ОМГ!

О чем с ним разговаривать?

О том, что он там в Америке с какой-то моделью трахается?

Худосочной доской, у которой сиськи явно пластмассовые, потому что смотрятся на ней инородным телом? И трахать ее, видимо, ни хрена не приятно, потому что со мной он любовью занимался сейчас так, словно он юнец, впервые до этого дела дорвавшийся!

- Вот-вот! Все это мне и скажи, что ты сейчас там себе «напридумывала»!

- Во-первых, не сейчас. Во-вторых, вам это ни разу не понравится, мистер скорострел!

- Что ты сказала? Я скорострел? Ну, держись, фея, в гневе я страшен!

- Сам держись! Я тоже страшна!

Я попыталась вывернуться из его цепких лап – не тут-то было! А на то, чтобы подраться сил реально не было, хотя пару раз ладошками я его таки стукнула по стратегически безопасным местам.

- Брейк, брейк, Наташа, хватит! Остановись! Я… Блин, я всего лишь хотел спросить, если у тебя что-то из еды, потому что я голодный как волк, и еще мне нужно в душ.

Голодный мужчина! У нас, у девочек, видимо генетически заложено реагировать на то, что мужчина есть хочет!

Ладно уж! Уговорил!

Рота, подъем! – это я себе и своим конечностям, которые были похожи на желе после пары таких долгожданных оргазмов.

Как настоящая фея, я проявила чудеса терпимости, отправив Эндрю в душ и даже выдав полотенце и халат.

Хотела сначала предложить футболку Трошина, которая осталась тут еще с того дня, когда Димусика якобы затопило при пожаре. Почему «якобы»? Потому что, оказалось, что никакого пожара не было! Мой бывший «нареченный» глупо прокололся, в разговоре с кем-то из коллег. Это была уловка, чтобы приехать ко мне и напроситься на «пожить»! Ну, а там…

 Да уж, упустила я такое «щастье» - сама не верю!

Насчет завтрака Капитану Америке тоже не стоило беспокоиться – я на этот раз к Новому году готовилась основательно, закупила продуктов.

Даже на черную икру разорилась – решила, раз уж у меня не будет собственного миллиардера, пусть будет хоть ужин миллиардера, или завтрак – стограммовую баночку черного золота стоимостью больше шести тысяч рублей я вряд ли съела бы одна за вечер. Хотя…

В общем, когда мой Капитан вышел из душа в полотенце, обернутом вокруг бедер – я ведь дала халат! б-з-з! – завтрак был на столе.

Шикарный, на мой взгляд, завтрак!

Яичница с хрустящим беконом и помидорками черри, сырная и мясная нарезочка, оливки крупные с целым миндалем, маслины с косточкой, и мини-тарталеточки с малосольной черной икрой сорта «Премиум» - тридцать две тысячи за кило. 

Я видела, как он сглотнул слюну.

Йес, обэхээс!

- Одеться не хочешь?

- У тебя тепло в квартире.

- Да, Собянинские соколы топят хорошо, и стеклопакеты у меня приличные. Но… мало ли, уронишь мою яичницу на свою… ну, то есть… или кофе обольешься… Ожоги, знаешь ли, такая болезненная история.

- Я в курсе.

- Неужели?

- Да, один раз одна дамочка вылила мне кофе прямо на…

Он, ничтоже сумняшеся показал на свой пах, где, к слову, видимо кто-то готов был снова поднять свою голову.

Настала моя очередь сглатывать слюну.

Я тоже была голодной, но не рыбьих яиц мне хотелось, ох не рыбьих… даже несмотря на то, что они были черные.

Мамочки, когда я успела стать такой пошлячкой?

- И… что, кофе?

- Ты хотела спросить, что «дамочка»? Или что «мои причиндалы»?

- Я хотела спросить какой кофе ты будешь. Я себе завариваю в чашке, турки у меня нет.

- Я буду любой, какой сделаешь ты.

Неожиданно он поймал меня за руку и усадил на колени, ну, как на колени… На то самое и усадил, я ойкнула, вспомнив, что мы у меня в квартире, следовательно стулья тоже мои, а они из ИКЕИ, складные, и в них шведскими конструкторами заложена способность выдерживать только одну задницу.

- Что?

- Стул сломаем!

- Куплю тебе новый!

- Да? А если обломок этого вопьется тебе прямо… в причиндалы?

- Я переживу!

- А я нет, пусти!

Он отпустил, только тут же встал со мной, посадил меня на столешницу кухонного гарнитура, и…и просто уставился на меня.

- Все остынет…

- Пусть. Я передумал. Не такой уж я голодный, в смысле еды…

И он меня поцеловал. Глубоко, жадно. Словно и правда был голодным, в смысле меня…

Но поцелуй не был слишком долгим,