Тень заговора - Злата Иволга

— Милостивый Хор, какая чушь! — внезапно раздался возглас со стороны одной женщины гвардейца.

— Да как вы можете?! — завопила Берта и разрыдалась.

— Прошу простить, ваше высокопревосходительство, — вытянулась по струнке провинившаяся. — Сложно было сдержаться.

У Ингрид чуть не вырвалось слово «понимаю». Она прокашлялась и наградила гвардейца таким свирепым взглядом, на который была сейчас способна. Это был самый трудный свирепый взгляд за всю ее карьеру.

— Видите ли, Клаус, ваш зять, Карл Ханке, исчез из дворца два месяца назад при невыясненных обстоятельствах. — Ингрид помолчала, смотря на шмыгающую носом несчастную Берту и раздумывая, стоит ли продолжать. Однако долг есть долг. — Почти сразу же обнаружились пропажа драгоценностей фрейлин.

Купец побледнел, попятился и схватился за сердце.

— Ох, у нас… у нас, вроде бы, ничего не пропадало. Кажется… Ох, надо бы еще проверить. Ох, Берта, дочка, да что ж это такое! Хор всемогущий, позор-то какой!

— Па-апа, ну не на-адо! — И почти успокоившаяся Берта зарыдала во весь голос.

— Так это… ваше сиятельство, мне судейским писать что ли?

— Подождите. Сначала надо его найти и выяснить, как он попал во дворец, не имея рекомендаций.

Ингрид прервало осторожное покашливание все той же женщины гвардейца.

— Я слушаю.

— Ваше высокопревосходительство, господин Карл Ханке был приглашен ко двору по рекомендациям одного из старых лейб-лекарей.

Ингрид посмотрела на плачущую Берту.

— Он тебе говорил что-нибудь об этом?

— Не-е-ет…

Ее отец пожал плечами.

— Я вообще ничего о нем не знал, ваше сиятельство.

— И пустили в дом постороннего человека?

— Но Берта уверила меня, что все… — Клаус не закончил и махнул рукой. — Что теперь поделаешь — дочерей не выбирают, только любят.

— У тебя есть хотя бы малейшие предположения, где может находиться твой муж?

— Никаких, — провыла Берта.

— Хоть тебя не обобрал — и на том спасибо скажи, — обратился к ней отец. — Приведи мне еще какого-нибудь лордика с подвешенным языком!.. И так позора от соседей не оберешься.

— Клаус, могу вас уверить, что вашего зятя найдут. Вас обязательно вызовут, когда будут новости.

— Спасибо, ваше сиятельство.

Купец согнулся в поклоне, а потом поднял дочь с кресла, отобрал у нее платок, вернул стражнику, и ушел, погоняя любимое чадо, словно корову.

Ингрид внимательно посмотрела на гвардейцев.

— Найдите лейтенанта Мартина и пригласите его сюда. И что тут говорили о рекомендациях?

Казармы, Дворцовый округ, столица, Илеханд

— Никто не поинтересовался, кто эта женщина, и не догадался потребовать у нее документы.

— Да не было никому до нее дела. В этой истории и без того много странностей. По рекомендациям получается, что на место лекаря поступает приличный и скромный молодой человек. Он делает карьеру, получает должность лейб-лекаря. А потом выясняется, что он женился на купеческой дочке, наврал ей с три короба и в довершении всего сбежал, обворовав фрейлин. Кстати, тусарская герцогиня не устроила скандал из-за пропажи драгоценностей?

— Они с принцем мирно покинули дворец. Хоть в чем-то повезло. Знаешь, Элвира, мне меньше всего хочется ломать голову над этой историей с лекарем. У меня сейчас достаточно других проблем.

— Но здесь что-то нечисто, понимаю.

— Не люблю, когда читают мои мысли, — буркнула Ингрид, исподлобья смотря на подругу. — Быстрое расследование ничего не дало. Рекомендации действительно были в порядке. Выяснилось, что Карл Ханке — младший сын какого-то многодетного барона, чьи земли находятся далеко в Высокогорье. Он получил протекцию от своего покровителя, старого лейб-лекаря королевы Вильгельмины, барона Зингера из Золотых Дубов. Карл Ханке прибыл ко двору с опозданием, заболел по дороге, по его словам. Обязанности выполнял аккуратно, однако был нелюдим и необщителен. Даже с самыми настойчивыми фрейлинами.

— Наверное, он был уродлив.

— Отнюдь. По свидетельствам фрейлин, которых он, кстати, и обворовал, он был без физических недостатков, строен и симпатичен.

— Может, у них просто скверный вкус?

— Не у всех же сразу.

— Да, непонятная ситуация.

— Ничего не поделаешь, рано или поздно придется объявлять розыск и переворачивать всю страну. Еще эта дура-жена! Слышала бы ты, что она говорила. «Он так обо мне заботился»! — Ингрид закатила глаза.

— Ты слишком волнуешься из-за этого дела. Скорее всего, он был беден, как храмовая крыса, поэтому и женился на купеческой дочке. А при дворце завел любовницу. Посмотри на меня — все наследство получил старший брат, а мы с Албертом ушли служить. Я живу на офицерское жалованье, брат получил каперский патент и плавает по морям. Возможно, этот Карл Ханке не желал сильно утруждать себя, поэтому решил вот так обеспечить безбедное существование.

— Ага. Обманув жену и обокрав фрейлин королевы. Очень смешно.

— Я вижу, тебе не до смеха.

— Есть одно обстоятельство, которое заставляет меня искать этого мошенника. Но, поверь, я просто не имею права рассказать тебе о нем.

Капитан Элвира Ротман задумчиво осмотрела каблук своего сапога.

— Понимаю. Если это связано с моим внезапным повышением, я даже спрашивать не стану.

— Лучше расскажи, как твои дела.

— О, это тоже не слишком веселая тема. Братья в письмах поздравили меня, а вот мои новые подчиненные не в восторге.

— Меня же они как-то терпели.

— Ты старше, Ингрид, выше ростом и опытнее. К тому же племянница генералиссимуса. А со мной получилось, что пришла какая-то низкорослая выскочка и начала командовать. Конечно, никто не смеет возмущаться, но шепотки за спиной я еще в состоянии расслышать.

— Ничего, Элвира. Они привыкнут. В конце концов, надо же было мне поставить кого-то на свое место. А тебе я хотя бы доверяю. Про родство с генералиссимусом никто и не знал. Я не хотела говорить об этом. Семьи и отца, и матери отреклись от меня из-за брака с кавалером Рихтером. Родители умерли, а сестра, ставшая княгиней Зейлер, так и не написала мне ни разу. Я давно уже перестала ждать. — Ингрид вздохнула. — А теперь вот дядя вспомнил обо мне.

— Это хорошо, что вспомнил, — подмигнула Элвира. — Поддержка родственников никогда не бывает лишней. А я вот беспокоюсь, что не справлюсь. Иногда возникают ситуации, когда все бегут ко мне и требуют что-нибудь сделать, а я просто теряюсь.

— В этом я тебя могу понять, — тихо произнесла Ингрид.

— У тебя завелся вор и мошенник, а у меня странный заключенный. На него жалуются все: и узники, и стража.

— Он кричит и ругается?

— Уже перестал. Теперь он разговаривает по ночам, а заключенные боятся. Он постоянно оскорбляет стражников, кидается в них тарелками с едой и кружками.

— И в чем проблема? Пересадите его подальше и пару дней поморите голодом.

— Пробовали — не помогает. А еще. — Элвира наклонилась вперед и