Тихие Клятвы (ЛП) - Джилл Рамсовер

— Так что тебя беспокоит в папе? — спросил Санте без прежнего оборонительного тона.

— В последнее время произошли некоторые вещи, о которых ты не знаешь, и из-за этого отношения между папой и Коннером стали напряженными. — Я решила пойти на цыпочках на более безопасную территорию, а не бросаться с пушечным ядром прямо на смерть мамы.

Мой брат снял обертку со своего столового серебра, его глаза внезапно погрузились в работу. — Мне было интересно, что именно он имеет против этого парня. Наверное, поэтому я волновался, что Коннер тебя обидел.

— Вовсе нет. — Я положила свою руку на его руку, останавливая его движения. — Санте, папа говорил о Коннере?

Его глаза метнулись к моим, а затем снова опустились. — Немного, но это только разговоры. Ты знаешь, что он вспыльчив.

— Но ты бы сказал мне, если бы он что-то планировал, верно? Пожалуйста, скажи мне, что ты бы предупредил нас.

Санте отстранился, убирая свои руки от моих. — Я не знаю, ясно? Я не знаю, что он задумал.

— Но… что-то есть? — спросила я, желая получить ответы и чувствуя, что мой брат держится в стороне.

— Он работает над чем-то большим, но… это может не иметь никакого отношения к вам, ребята. Я просто знаю, что он был очень напряжен, понятно?

Я откинулась назад и заставила себя мягко улыбнуться. — Я верю тебе. Он не из тех, кто рассказывает кому-то о своих планах, в любом случае. Я просто надеюсь, что если ты узнаешь что-то, что, по твоему мнению, я должна знать, ты мне скажешь. — Это было не совсем то, что я хотела сказать, но я завела брата так далеко, как он только мог. Я открыла линию общения и, по крайней мере, имела с ним связь. На данный момент этого было достаточно.

Прибыв в нужное время, официант поставил наш ванильный коктейль и помог нам вернуться на берег. Мы вспоминали прошлые дни в закусочной и другие приятные воспоминания из нашего детства, пока я не поняла, что уже почти одиннадцать тридцать вечера.

— Я лучше пойду. Спасибо, что пришел сегодня. — Я вышла из кабинки и крепко обняла брата.

— В любое время, большая крошка. Тебя подвезти домой?

— Я не хочу задерживать тебя дольше, чем нужно. Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

Санте усмехнулся. — Нет, никто не знает, что меня нет. Все будет в порядке. Пойдем.

Я последовала за ним к его машине, предпочитая не возиться с поимкой такси в такой час. Он высадил меня у моего нового здания, пообещав, что скоро приедет, чтобы осмотреть мое новое место. В вестибюле было пусто, если не считать охранника, сидевшего за стойкой регистрации. Я воспользовалась карточкой-ключом, которую Коннер дал мне, чтобы подняться на тридцатый этаж, и ввела код доступа к квартире.

Когда я вошла внутрь, мои вены наполнились льдом при виде Коннера, который сидел в гостиной и ждал меня, с убийственным блеском в глазах и брызгами крови на груди.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

— Я сказал тебе оставаться здесь. Я сказал тебе не уходить без одного из моих людей или меня. Ты не позвонила. Ты не написала смс. Ты просто… пропала. — Коннер пригубил последнюю порцию золотистой жидкости из хрустального бокала в своей руке.

Каждое мягко произнесенное обвинение одновременно резануло меня по живому и напугало.

— Мне жаль. Я беспокоилась о своем брате и в итоге дозвонилась до него. Он предложил встретиться, чтобы поговорить, и я пошла. Я должна была написать смс. — Я могла бы соврать и сказать, что забыла, но правда заключалась в том, что я не забыла. Я просто не хотела рисковать тем, что Коннер откажется отпустить меня. Лучше попросить прощения, чем разрешения. И когда я не была уверена, что он меня отпустит, я не стала рисковать.

Я положила сумочку и пересекла комнату, присев на край дивана напротив него. — Что случилось сегодня вечером? — Его внезапный уход. Кровь. Угрожающее спокойствие, которое он излучал. Все это заставило холод от моего молочного коктейля просочиться из моего желудка по всему телу, пока я не смогла сдержать дрожь.

— Это не твоя забота. — Его слова были дверью, захлопнувшейся перед моим лицом.

Я уже собиралась возразить ему, когда заметила, что его глаза сузились, и поняла, что он смотрит на мои руки на коленях — точнее, на золотой браслет-манжету, все еще скрывающий мою татуировку. Моя вторая рука рефлекторно закрыла обидное украшение, как будто если я спрячу его сейчас, это что-то изменит.

— Я не хотела, чтобы Санте увидел ее и рассказал отцу, — поспешила объяснить я.

— Какая, на хрен, разница, увидит ли он ее? — Хрупкая хватка, которую он держал над своим гневом, сгибалась и разгибалась от напряжения. Его потеря контроля над собой подстегнула мой собственный, усиливая мое разочарование от того, что меня обвиняют в большем, чем заслуживают мои преступления.

Я встала, положив руки на бедра. — Это не твоя забота, — выстрелила я в ответ, подавая ему его же реплику. Мне надоело ходить на цыпочках вокруг мужчин в моей жизни.

Коннер поднялся с места и одним быстрым движением бросил свой бокал в камин в другом конце комнаты. Звук бьющегося хрусталя пронзил воздух, усиливая напряжение между нами.

— Ни хрена подобного. Твой отец представляет для тебя угрозу, и твоя безопасность — всегда моя забота.

Я сделала шаг вперед, не обращая внимания на его вспышку, и ткнула пальцем ему в грудь. — То же самое, Коннер. Ты весь в крови, и как твоя жена, я заслуживаю знать, если ты… — У меня перехватило дыхание, эмоции этой ночи внезапно нахлынули на меня. — Если ты… был ранен. — Я яростно вытерла свои предательские глаза, расстроенные слезы потекли без моего разрешения.

— Черт! — Гортанное ругательство отскочило от стен, прежде чем рот Коннера врезался в мой. Руки по обе стороны от моего лица, он впился в мой рот, словно я была тем самым воздухом, которым ему нужно было дышать. Переплетаясь языками и кусая зубами, мы наказывали и наслаждались друг другом.

— Ты сводишь меня с ума, детка. — Он сблизил наши лбы, наше тяжелое дыхание — все, что было между нами. — Кровь не моя. Это того албанского ублюдка, который сбежал после того, как напал на нас.

— Ты нашел его?

— Да. Он больше не будет проблемой.

Я кивнула, мои пальцы двинулись к расстегиванию пуговиц на его рубашке. — Я рада,