Зимний зной - Иден Бар

Просветленно киваю. Ну, надо же, какие конспираторы!

— Очень приятно, Артём, — отзываюсь я, чуть-чуть сжимая мишаню.

— Вы запишите мой номер, вдруг что понадобится, — настойчиво предлагает.

— А что может понадобиться?

— Да что угодно! Вы можете через меня держать с Данилом связь.

— Ах да, спасибо. Действительно, — бормочу, и записываю его номер под диктовку.

— Вы звоните, не стесняйтесь! Если что. Так он сказал, — напоследок говорит мне Артём.

Я смотрю в его умные карие глаза, и мне спокойно.

Располагающий такой к себе пацан, надежный. Как здорово, что у Дани есть такие друзья. Мы прощаемся.

Как только Артём уходит, я двигаю в вокзальный санузел. Закрываюсь в кабинке, и нетерпеливо дергаю за молнию под лапой медведя.

Первым делом вытаскиваю на свет свёрнутый в трубочку лист бумаги, но там ещё что-то твёрдое.

Засовываю руку поглубже, и нахожу толстенную пачку стодолларовых купюр. Кладу их обратно.

Разворачиваю записку подрагивающими пальцами: «Этих денег должно хватить, чтобы дождаться меня. У Артёма есть твой номер, в случае необходимости сразу связывайся с ним. Я люблю тебя. Мы всех победим. До встречи!»

Как же это скупо, по-мужски! Сглотнув непрошеные слезы, прячу в сумочку записку. С трудом утрамбовываю в боковой карман дорожного чемодана и выпотрошенного мишку. Пусть будет. На память об этих событиях!

Правда, чтобы разместить его, мне приходится пожертвовать блузой, которую я без сожалений выбрасываю в урну.

А переложив косметичку и еще кое-какую мелочевку в чемодан из сумочки, нахожу в ней местечко для денег. Там же, в кабинке переодеваюсь в свитер и джинсы, бережно сложив белое платье. Отправляю его в боковое отделение вслед за мишкой.

Поразмыслив немного, я вынимаю из пачки одну стодолларовую купюру и кладу в карман джинсов. Теперь прямиком отсюда пойду в обменник, а затем в ближайшую привокзальную гостиницу.

Лучше даже будет доехать до нее на такси. Благо их под вокзалом тьма. Сниму до завтра нормальный номер, отдохну и высплюсь как следует!

Данил

Интересно. Как там Тонечка?

Я не могу себе позволить даже написать ей, потому что это риск. Тимур Урусов слишком ясно показал мне, на что способен.

Да и к черту его!

У нее есть деньги. Она умна и осторожна, значит, все будет нормально. Я почти спокоен. Главное, что простила!

А мне нужно сосредоточиться. За окном давно глубокая ночь, но я упорно сижу в ноутбуке, в который раз прокручивая в голове все то, что случилось сегодня.

Бесцельно гуляю одними и теми же страничками в соцсетях. Тимур, Катя, их друзья. Родные. Я ищу нечто, или кого-то, по наитию.

То, что может мне помочь, натолкнуть, дать идею. Подсказать, где или в чем может быть выход.

Нам нужно спастись, обоим.

Это самое важное сейчас. Потому что больше в этой войне мне помочь некому.

Я один против Тимура. Вчерашний детдомовец против того, кто мажор по праву рождения, и оттого мнит себя вершителем судеб.

Для него, для них с Катей я не человек, я просто раб. И все для них, кто не может дать им отпор, низшая раса. Но эти люди заблуждаются! Мне придется доказать им, насколько сильно…

Наступает момент, когда я нахожу это.

А точнее, человека, который может стать ключом!

Полистав фото и видео, и подписи под ними, я только убеждаюсь в своей находке. Это оно. Наконец-то! Нашел.

В голове моей зарождается дьявольский план, детали которого постепенно прорисовываются все яснее.

Немедленно звоню Соммерту. Он сейчас в Москве и, как многие творческие люди, несмотря на ночь, не спит. Соглашается приехать ко мне.

У меня просто нет времени ждать, вернее, его слишком мало. Да и ни к чему откладывать.

В любой момент я отправлюсь на Мальдивы, и тогда уже все или почти все должно быть готово.

На острове у меня будет чуть иная задача, но тоже требующая полного сосредоточения.

Теперь, кажется, в общих чертах есть! Впервые улыбнувшись, я встаю из-за ноута. Разминаю затёкшие мышцы.

Конечно, детали еще отрабатывать и отрабатывать. Кроме того, нужны помощники — верные, надежные. И, само собой, деньги на реализацию плана. Но это все походу есть!

Теперь бы только немного удачи!

Все остальное преодолимо.

Глава 41

Выход на старт

Данил

Как опытный геймер, я немедленно включаюсь в игру.

В игру, которую придумал себе сам, и которую внедряю в жизнь уже, с адским упорством человека, поставившего на карту слишком многое.

Что из всего этого выйдет, покажет время. Только время, которого так мало.

Не удивлюсь, если Тимур установил в моей квартире «жучки». А потому, не желая недооценивать его, назначаю моему друзяке Соммерту или, в миру, Мишке Сомову, встречу в «Красном быке».

Сегодня здесь малолюдно. Хищный лаконичный интерьер заведения, выделанный в красно-черных тонах, успокаивает меня.

Это чисто мужская, круглосуточная забегаловка по типу элитной, где для удобства посетителей предусмотрены отдельные «кабинки». Мы заваливаемся в одну из них и заказываем пива с большим мясным ассорти.

Теперь, когда я снова в строю, чувствую, насколько проголодался. Когда мы утоляем первый голод, приступаю к разговору.

Мне нелегко. Я с трудом заставляю себя открыться ему, начать хоть с чего-нибудь. Все равно ведь других вариантов нет — только сдохнуть или сдаться!

Я сделал свой выбор, довериться Михе. К тому же, мне вовсе не хочется использовать его вслепую. Решаюсь. Сперва коротко и аккуратно ввожу его в курс дела насчёт Тони, и того, как меня кинул Вирмантас.

Какое-то время Мишка задумчиво молчит, переваривая информацию. Он, я знаю, не выносит Тимура.

Урусов умудрился и ему перейти дорожку, серьезно задолжав за несколько выступлений в сборных концертах, где сам выступал соорганизатором. Точнее, креативным менеджером, как это теперь модно называть.

Графит, как мы кличем между собой Урусова, просто взял и очень креативно решил, что можно сократить бюджет за счет таких, как Соммерт. То есть, "сошек" масштабом помельче. Тех, кто наверняка не рискнет бороться с ним и удовольствуется не тем, о чем договаривались, а тем, что дадут.

А Михе нужно кормить немаленькую такую команду людей и, одним словом, он обжигался еще не раз, прежде чем решил больше никогда не работать там, где хоть как-то звучит это имя. Что в Москве довольно сложно.

— Короче, есть тётя, — неспешно продолжаю я свой рассказ, — пожилая, при бабосах, все дела. Живет в Европе, тусит по миру. Не замужем.

— Так, — серьезно морщит