Поцелуй в час Дракона - Ана Адари

И это называется куртуазностью!

«Прибью», — подумал Мин, соскакивая на берег. И не замечая, что между ним и джонкой полоса воды, которую не перешагнуть. Принц набрал воды полные сапоги и до колена замочил штаны. Но не заметил этого.

— Моя жена? Где она⁈ — схватил он за грудки первого же попавшегося навстречу мужчину.

— В беседке, ваше высочество.

— С ним ⁈

— Но все думали, что вы знаете…

Он заметил развалившегося на травке евнуха, которого когда-то приставил к жене. Две ее служанки рвали цветы, беззаботно щебеча.

— Бездельники! — заорал Мин. — Как вы посмели оставить госпожу наедине с мужчиной⁈ Я вас до смерти запорю!

— Простите, ваше высочество! — все трое упали на колени.

Европеец, который наблюдал эту сцену, тяжело вздохнул: варвар. Эти восточные принцы настолько ревнивы, что запирают своих женщин дома и никого к ним не подпускают, кроме евнухов.

Хорошо, что Леонель прекрасно владеет шпагой, и дуэль ему не в диковину. Но как бы им всем не пришлось уносить сегодня ноги из Гуанчжоу. Наместник прямо-таки рассвирепел.

А он уже бежал к беседке, сжимая в руке обнаженный меч. Но потом опомнился. Надо застать их на месте преступления. И обоих показательно казнить.

Ран Мин по тигриному стал подкрадываться к жене и другу, прячась за кустами и напрягая слух. Глаза стали почти черными от ненависти.

— … да чем вам не угодил Конфуций? — раздался звонкий голосок жены.

— а вам Библия?

— Я ее не читала.

— В том-то и беда. Как можно осуждать то, о чем вы понятия не имеете?

Философская беседа⁈ Они сидят достаточно близко.

— Но вы же сами восхищаетесь нашими храмами! — Мин увидел, как жена встала.

Де Соуза тоже вскочил. Не слишком ли поспешно? И как он смеет так смотреть на чужую жену⁈

— Я восхищаюсь архитектурой, мозаикой и скульптурой. Вечными ценностями. Как и женской красотой.

Принцу показалось, что де Соуза качнулся к Юэ и вот-вот до нее дотронется.

— Стой! — заорал он.

И выскочил из кустов. Принцесса вздрогнула.

— Господин? — удивленно спросила она. — Что вы здесь делаете⁈

— Что ты здесь делаешь?

— Но вы позволили мне осмотреть город!

— Город, но не его достопримечательности! — Мин с гневом кивнул на португальца.

Пытаясь разглядеть сквозь туман в глазах: все ли пуговицы застегнуты? На месте ли шейный платок? И нет ли на лице и руках следов косметики, которой пользуется Юэ? Они целовались? Или только обнимались?

— Ты все неправильно понял… — начал было де Соуза.

— На колени! Забыл, с кем разговариваешь⁈

— Ваше высочество, он, похоже, ревнует, — с улыбкой повернулся португалец к принцессе. — А вы говорили, что супруг потерял к вам интерес, как к женщине. Да он меня сейчас убьет. Правда, Мин?

В ответ он взмахнул мечом, но де Соуза проворно выхватил шпагу. И оказался прав: в бою она быстрее. Юэ закричала:

— Мин!!!

Он отшвырнул ее к парапету.

— Ты что творишь⁈ — португалец ловко ушел от очередного удара. — Ты сделал ей больно!

— Конфуций, говоришь⁈

Он отбросил бесполезный меч, потому что злодея не достать, очень уж проворен, и вцепился португальцу в горло.

Здоров! Медведь! Мин даже не думал, что де Соуза такой сильный!

— Мин! Прекрати! — жена пришла в себя и налетела на него сзади. — Ты ведешь себя, как дикарь!

— А ты как нюй!

— Да это ты ходишь тайком к ним в бордель!

— Что⁈ — он невольно разжал руки. — Откуда ты знаешь⁈

— А еще принц, — сплюнул на пол де Соуза и потрогал распухшую шею. — Не по правилам, ваше высочество. Сначала пытки и допрос. Потом тюрьма и казнь. У нас ведь правовое государство? Или как?

— Это ты ей сказал про бордель⁈

— А меня туда пускают? Сядь, и поговорим спокойно. Сядьте. Ваше высочество, — де Соуза низко поклонился. — Простите, что не дал себя зарезать. Но давайте сначала разберемся. Может быть, я не так уж и виноват?

— Ступай в лодку! — приказал Ран Мин жене.

— Но ты же не станешь…

— Ты как со мной говоришь!

— Простите, господин.

— Это моя земля! Я принц великой династии, наместник Гуандуна и хозяин юга!

— Первый после Бога, все понятно, — кивнул де Соуза. — Хорошо, я встану на колени. Вижу, что ты не в себе. Вы.

— Не надо, — сквозь зубы сказал Мин. — Юэ! Оставь нас! Немедленно!

У беседки смущенно топтались евнух и две служанки. Как только принцесса ее покинула, они обступили госпожу и закрыли ее ото всех.

— Сядь! — велел Мин.

— Дозволяешь?

— Да!

— Я прекрасно понимаю, где нахожусь и с кем говорю, — португалец осторожно сел. — И чья жена госпожа Юэ.

— Ты смеешь называть ее по имени⁈

— Ты ведешь себя, как деспот. А дело было так. Госпожа случайно узнала, что ты посещаешь бордель.

— Но это политика! Я встречаюсь там с местным дворянством!

— Но супруге ты ничего не объяснил. И она приехала за разъяснениями ко мне. Спросила, почему муж ею пренебрегает?

— И ты предложил ей себя⁈

— Почему ты всех меришь по себе? Всем известно, кто первый в городе соблазнитель.

— Но это все в прошлом!

— Если хочешь разделить жизнь на до и после, то надо начать с главного.

— А именно?

— Обезопасить тыл. Ты обещал жене путешествие по Жемчужной реке.

— Но у меня нет времени!

— Ты пренебрегаешь красивой женщиной. Жене нужно внимание, Мин. Иначе ты превратишь Гуанчжоу в неприступную крепость, но твой дом при этом станет дырявым сараем с протекающей крышей. Что важнее политика или семья?

— Я государственный деятель! И если кому-то нечем заняться…

— Сделай ей еще одного ребенка.

— А это идея! Много детей — полно забот. Молодец, напомнил. Мир? — он протянул де Соузе руку.

— Но это не по-ханьски.

— Нас никто не видит. Ты можешь до меня дотронуться.

— Лучше