Элеанор и Грей - Бриттани Ш. Черри

Пока мы смотрели фильмы, я наблюдала, как до неузнаваемости менялось лицо девочки. Она сидела, глядя в экран широко раскрытыми глазами. Я вспомнила, что сама испытывала такой же восторг, удивление и счастье, когда впервые смотрела эти серии.

Ее губы беззвучно повторяли слова героев, и было ясно, что она уже не первый раз пересматривала эти фильмы. И выучила все наизусть.

Мы останавливали просмотр лишь тогда, когда она уходила в туалет.

Оказалось, что я тоже нуждалась в дне душевного оздоровления. В дне магии и приключений и отдыхе от маглов.

Около трех часов настало время ехать за Лорелай, и это было печально, потому что мы с Карлой не хотели отрываться от просмотра.

Карла начала вставать, но я покачала головой.

– Ты можешь не ездить со мной. Я туда и обратно.

Она вскинула бровь.

– Папа не любит, когда я остаюсь одна. Он мне не доверяет.

– А ты справишься? – спросила я.

– Конечно, я же не идиотка.

– Тогда ладно. Если что-то пойдет не так, звони. Дай-ка я запишу тебе свой номер.

Она протянула мне свой телефон.

– Круто. Похоже, ты очень хочешь, чтобы тебя сегодня уволили.

Я вернула ей телефон и улыбнулась.

– Я быстро.

Я заехала на парковку перед школой Лорелай и увидела, что всегда веселая малышка идет, понурив голову. Я поспешила к ней.

– Привет, дружок, что стряслось? – встревоженно спросила я.

– Ничего. Просто эта Кэролайн глупая, – пробормотала она, взглянув на девочку, увлеченную разговором с другими детьми.

– И что не так с этой Кэролайн?

Лорелай шмыгнула носом, потянув рюкзак за собой по асфальту.

– Просто она всех пригласила на свой крутой день рождения, а меня нет.

– Что? Это невозможно. Думаю, ты что-то не поняла, милая.

Она покачала головой.

– Нет. Она сказала, что не пригласила меня, потому что я чокнутая, которая разговаривает сама с собой.

Как же меня это взбесило!

Распрямив плечи, я взглянула на Кэролайн, после чего заметила ее мать, подзывавшую дочь к машине.

– Подожди меня здесь, Лорелай. Я все улажу.

Я бросилась к припаркованной машине и окликнула женщину.

– Простите! Одну минутку!

Женщина вздрогнула, застигнутая врасплох моим появлением. Она прижала сумочку к себе и натянуто улыбнулась.

– Чем могу помочь?

– Здравствуйте. Я – Элеанор, няня Лорелай, – представилась я, указав на Лорелай, которая по-прежнему стояла, разочарованно понурив голову.

Женщина взглянула на нее и поморщилась.

– Ах да, новая няня. Эта семья меняет нянь, как перчатки. Им бы следовало придумать способ, как удержать у себя людей хоть чуточку подольше.

Я пропустила ее замечание мимо ушей.

– Я просто хотела уладить вероятное недоразумение. Похоже, что всех учеников из класса Лорелай пригласили на день рождения вашей дочери, кроме Лорелай. Я уверена, что это ошибка.

– Нет, это не ошибка, – ответила женщина, поджав губы, словно чертова примадонна. – Ее действительно не пригласили.

– Что? Но я ничего не понимаю. Вы ведь были у нее на дне рождения вместе с Кэролайн. Лорелай очень хорошая девочка.

– Да, я не сомневаюсь, что она неплохая, но мне не по душе идея приглашать девочку вроде нее на праздник к своей дочери.

– ДЕВОЧКУ ВРОДЕ НЕЕ?! – завопила я. Да, я завопила на эту женщину, и мне было совершенно все равно. Ее слова укололи меня, и я даже не представляла, что чьи-то слова могут так ранить. – Потрудитесь объяснить!

– Здесь не на что обижаться, – заявила она, немного удивленная моей реакцией.

– Гм, а по-моему, совсем наоборот, – возразила я. – Что значит «девочка вроде нее»?

– Ну, милая, – произнесла она столь снисходительным тоном, что меня передернуло, – вы уже достаточно долго работаете в этой семье, чтобы заметить, что девочка со странностями. Кэролайн рассказывала мне, как Лорелай разговаривает сама с собой на переменах, а затем я и сама это увидела у вас на празднике.

– Она разговаривает не сама с собой, – возразила я. – А со своей мамой.

Женщина вскинула бровь.

– Со своей мамой?

– Да.

– Со своей умершей мамой?

– Именно.

Она стиснула пальцами переносицу.

– О боже, да у них и няня ненормальная. Послушайте, мне очень жаль, правда. Я понимаю, что девочка пережила ужасную потерю, но это не моя проблема. Я имею право выбирать тех, кто может общаться с моей дочерью.

– Что ж, ваша Кэролайн вела себя сегодня очень грубо, назвав Лорелай чокнутой.

– Ну вы же знаете, дети есть дети. – Она нацепила солнечные очки и пожала плечами, этим жестом приведя меня в ярость. – А теперь прошу меня простить. – И она отмахнулась от меня, как от пустого места.

И затем это случилось.

У меня все поплыло перед глазами.

Я… сорвалась.

– Нет, дело не в детях. Это совершенно неподобающий поступок, за который следует отвечать! Ваш ребенок издевался над моим. Ваша дочь издевалась над Лорелай, а вы ведете себя так, словно ничего не произошло. Хотя теперь я не удивляюсь поступку вашей дочери, видя, какая у нее мать. Подобный тип поведения не возникает на пустом месте, он намеренно закладывается в голову ребенка, и вам должно быть стыдно! Вы отвратительное создание, которое воспитывает маленькую стерву!

И хотя я уже закрыла рот, слова и мысли продолжали роем носиться у меня в голове.

Я только что случайно назвала стервой маленькую девочку.

Я огляделась, заметив, как все вокруг притихли, глядя на меня и разинув рты от изумления.

А затем я перевела взгляд на мать Кэролайн, которая выглядела так, словно вляпалась высоченными каблуками своих туфель в дерьмо.

– Ваш работодатель непременно об этом узнает! – пригрозила она. – Не сомневайтесь!

А затем посадила дочь в машину и укатила.

Я подошла к Лорелай, которая слегка развеселилась. Взглянув на меня, она захихикала.

– Ты сошла с ума, Элеанор! – сказала она.

Устами младенца.

Посадив в машину, я пристегнула ее ремнем безопасности и откинула волосы с ее лица.

– Послушай, я просто хочу, чтобы ты знала, что ты самая замечательная, поняла? Ты замечательная, умная и очень красивая. И тот, кто скажет тебе, что это не так, – лжец. Понимаешь? И все, что сказала Кэролайн, – ложь. Ты. Потрясающая.