Буря - Евгения Медведская

— Вы в порядке? – Сахана подошла к мужчине с профессиональным интересом.

— Да, немного снежком посыпало, да и всех дел. – Рудольф отвесил ей поклон, при этом его мешок упал на пол с явно большей тяжестью, чем мог бы падать предмет такого размера. Из него вызывающе посыпались золотые слитки, которые он быстро засунул обратно.

— Видите, у меня есть, чем оплатить ночлег, – подмигнул он. – А за удовольствие, которое принесет мне ваше прикосновение, необходимое для осмотра, госпожа Сахана, я готов прямо сейчас сломать себе руку.

Алкид засмеялся.

— Не стоит так себя утруждать, – сказал он. –Я и сам могу сломать вам руку. Любое пожелание гостя закон. Да и вылечу вас сам, как смогу, на правах хозяина дома, – задумчиво добавил он.

— А вам палец в рот не клади, господин Алкид, – рассмеялся Рудольф. –Зато все сразу на свои места расставили. Примите мои извинения, госпожа Сахана.

— Не стоит извиняться, господин Рудольф, – Сахана на всякий случай отступила в сторону Алкида, который тут же по-хозяйски положил ей руку на талию.

— Проходите, угощайтесь, – Айрина поманила его в сторону стола, запахи которого звали громче хозяйки. Рудольф тут же подошел к ней и поцеловал зовущую его руку.

— Айрина, вы были правы, насчет поставщиков круп. Я выгадал немало денег, сменив их по вашей рекомендации.

— В прошлый раз я подумала, что вы уже и не прислушаетесь к голосу разума, – высокомерно отозвалась она.

— Но с поставщиками птицы вы ошиблись, – укоризненно сказал он. –Вы выращиваете достаточно своей и не понимаете сути проблемы.

Спор бы продолжился, но тут Рудольф увидел Рьяну.

— Господин Алкид, умоляю вас! Вы меня убиваете снова и снова. Остались ли в этом мире красивые женщины, которые не стали вашими рабынями или сестрами? Уж простите, госпожа Сахана, но я теперь в курсе вашего положения здесь и готов купить вас за 20 цен, если господин Алкид захочет набить себе карманы чистым золотом. Но откуда тут эта прекрасная полногрудая пшеничноволосая дева, кому она принадлежит? Разбейте мне сердце в очередной раз, но я должен знать правду.

— Я не продам свою любимую женщину и за сто цен, дорогой Рудольф, – Сахана почувствовала, как его рука сильнее стиснула ее талию. – Но я не буду разбивать вам сердце – эта прекрасная дева – Рьяна. Она пациентка госпожи Саханы и не принадлежит никому из нас.

Рудольф тут же выпрямил спину и, вперив взгляд в Рьяну, поинтересовался:

— Что же случилось с вами, милая Рьяна? Какое несчастье привело вас в дом исцеления?

— Я чуть не погибла в горах, господин Рудольф, – ответила девушка, томно глядя на хозяина прииска из-под длинных густых ресниц.

— Что же с вами произошло? – он был само внимание.

— Я хотела быстрее доставить товары для нашей пекарни и попала под обвал на Астарийском перевале.

При этих словах Айрина побледнела как мел и залпом выпила свой бокал вина.

— Это – опасное место, Рьяна, – с непередаваемой болью в голосе сказал Алкид. – Вам не стоило там ехать, даже желая сократить путь.

— Многие ездят, мне просто не повезло, – Рьяна опустила взгляд в тарелку.

— Там погибла наша мать, – Алкид коснулся руки Айрины, которая неподвижно смотрела перед собой, пытаясь обуздать эмоции. – Астария.

— Вы сын Сафроса, – прошептала Рьяна, закрывая ладонью рот. С бесконечным простодушием она вскочила из-за стола и бросилась к нему, обнимая. – Я жива, благодаря убежищам, которые построил ваш отец.

— Не отец, а мой брат – Алкид. Вы благодарите именно того, кто это заслужил, – поправила ее Айрина. – Наш отец после смерти матери был настолько потерян, что забывал сколько раз в минуту надо дышать, чтобы продолжать существование. Это мой брат позвал ученых и построил эти убежища, чтобы жертв наших хищных гор стало немного меньше. Он был слишком молод, чтобы распоряжаться средствами и действовал от имени Сафроса.

Айрина с очень странной интонацией произнесла имя отца. Будто бы с неохотой или обидой.

Сахана сжала руку в кулак до боли. Мать Шафараз рассказала ей слишком много, чтобы она могла остаться спокойной. Алкид – сын шаманки-отступницы Астарии, и это не было совпадением.

Сахана сидела у камина. Ужин закончился. Рудольф флиртовал с Рьяной. Один из золотых свитков перекочевал в карман ее платья, и она заливалась кокетливым смехом.

Сахана видела, как Норман поманил Алкида за собой. Она была уверена, что речь пойдет о ней и выскользнула следом.

Мужчины зашли в библиотеку и там говорили вполголоса.

— Мне нужно твое разрешение, брат.

— На что Норман? – послышался голос Алкида.

— Я хочу занять подсобные помещения под моими комнатами. Так у меня будет отдельный выход на улицу, большая столовая и собственный винный погреб.

— Надоели семейные ужины? – с усмешкой спросил старший брат.

— Скажем так, – ответил Норман, – временно надоели. До такой степени, что хочу собственных слуг и входить, и выходить из дома через флигель.

— Тогда все в твоих руках. Первый этаж этого крыла дома в плохом состоянии, надеюсь, ты это понимаешь?

— Конечно и у меня уже есть люди, которые буквально за пару дней сделают мне дом в доме, а дальше – потихоньку буду приводить все в порядок.

— Норман, ты понимаешь, что свободный человек? В любой момент на любом участке этой земли ты можешь построить свой собственный дом. Я передам тебе все права по закону. Это будет мой долг перед братом.

— Ты не просто брат, ты мой лучший друг. И я давно скопил достаточно, но… Ты помнишь, как я был совсем малышом и раздражал нашего отца то плачем, то вопросами?

— Ты был чудесным ребенком, – улыбнулся Алкид.

— Но очень одиноким. Я всегда был один и остаюсь один. Мне не светит нормальная семья, ласковая жена, дети… Я почему-то такой, как ты знаешь.

— И я не лучше, – заметил Алкид.

— Ты можешь казаться лучше, чем есть, а я нет. Ни одна женщина не захочет принять меня со всей моей тьмой. Наша семья – единственный шанс не сойти с ума от тишины. Я могу построить свой дом, но хочу быть здесь, пока ты не намекнешь мне на переезд.

— Воля твоя. Делай, что пожелаешь.