Секреты соблазнения - Мишель Маркос

Серена задорно повела плечами — от радости, что она помогла принести счастье в жизнь отца. Она почти физически ощущала, что его сердце стало крепче. Возможно, ему немного осталось на этом свете, но по крайней мере ему теперь есть ради кого жить.

— Что это ты делаешь? — раздался громкий голос у нее за спиной, и Серена едва не вскрикнула от неожиданности.

— Малькольм! — Она обернулась, приложив руку к груди. — Не надо так наскакивать на людей. У меня чуть сердце не остановилось!

Он обвил руками ее бедра и прижал Серену к себе.

— Ну, этого не будет. Нам просто надо придумать способ снова запустить его.

Он склонился к ее шее, и его горячее дыхание опалило ухо Серены.

— Малькольм, нас увидят.

— Маленькая ханжа! Разве ты сама не шпионишь за отцом?

— Я не шпионила. Просто хотела удостовериться, что все в порядке.

— Твоему отцу не нужна дуэнья. — Коварная улыбка появилась на его лице. — А вот тебе, учитывая все, что у меня на уме, она может понадобиться.

Она улыбнулась в ответ:

— И ты будешь незаменим, как я понимаю? Ты же мастер на все руки.

— Да, и ты можешь взять обеими руками то, что у меня для тебя есть.

Серена засмеялась этой непристойной шутке.

— Слыхала я, что тем, кто хвастает большими размерами, на самом деле и показать-то нечего.

Он решительно сжал губы, подхватывая Серену на руки.

— Хочешь проверить?

Она обвила руками его шею и посмотрела ему в глаза.

— Да! Хочу делать это каждый божий день…

С тех пор как ей исполнилось двенадцать, Серена рисовала в воображении день своей свадьбы. Но никогда не ожидала, что он будет таким.

Все началось, когда они наконец прибыли в Лондон. Серена гордилась своей помолвкой с Малькольмом, хотя и понимала, что аристократы ее круга будут смотреть на него сверху вниз и заставят чувствовать себя человеком низшего сорта, изгоем. Но, как оказалось, ей не стоило беспокоиться. Сам принц-регент изъявил желание познакомиться с Малькольмом, и когда распространились новости о его участии в спасении посланника Марша, Малькольм стал знаменитостью в высшем обществе.

Разумеется, принц Георг имел свой интерес в их женитьбе. Надо было залатать бреши в политической ситуации, появившиеся после восстания в Шотландии. Он публично сделал очень щедрый подарок к свадьбе Серены и Малькольма. Брак дочери Англии и сына Шотландии стал существенным подспорьем в заделывании трещин в королевстве, и он знаменовал собой возобновленное единство британцев.

К великому удивлению Серены, все шотландское стало последним писком моды. Шотландская клетка появилась на занавесках и скатертях, на званых вечерах стало чаще появляться виски, нежели шампанское. А когда Серену и Малькольма пригласили в Карлтон- Хаус поужинать с принцем, поддержка Шотландии сквозила во всем — начиная с блюд, которые подавались по приказу его высочества.

На ужине присутствовало более ста человек, когда принц Георг объявил, что у него есть свадебный подарок для новобрачных. Он взмахнул рукой, и паж вынес на пурпурной плюшевой подушке кожаную папку. Он подал папку Малькольму с легким поклоном.

С вопросительным видом Малькольм взял папку в руки.

— Ваше высочество слишком добры, — сказал он и ослабил завязки на папке.

Серена, сидевшая напротив Малькольма за столом, наблюдала, как меняется выражение его лица — от приятного любопытства до полного изумления.

— Малькольм, что там?

Серена и не думала, что когда-нибудь увидит подобное выражение лица у своего жениха. Ее взгляд метался между регентом и Малькольмом.

— Что это?

Он протянул ей бумагу.

— Дарственная на Рейвенз-Крейг. Мое родовое имение.

За столом раздались одобрительные аплодисменты. Малькольм посмотрел на принца-регента.

— Ваше высочество… у меня просто нет слов, — сказал он запинаясь. — Этот дар — самое ценное для меня, за исключением моей невесты. Как я могу отблагодарить вас?

Принц-регент подвинул свое внушительное тело в кресле.

— Просто живите там. Дом был изъят у одного из лидеров восстания, чье имущество и собственность конфисковали по закону о наложении наказания без судебного разбирательства. И это особенно кстати, что вместо него домом будет владеть верноподданный шотландец.

— Я ошеломлен, сэр.

Серена никогда не видела Малькольма таким растроганным, с тех пор как она впервые призналась ему в своей любви.

— Я тоже хочу поблагодарить вас, ваше высочество. Мы с Малькольмом надеемся, что вы почтите нас своим присутствием, когда окажетесь в Шотландии, и что это случится уже очень скоро.

Принц одобрительно кивнул:

— У меня есть еще один подарок. Посланник Марш сказал мне, что Слейтер — это не настоящее ваше имя. Настоящее у вас отобрали за какой-то проступок. Это так?

На лицо Малькольма легла тень беспокойства.

— Да, сэр.

— Ну, тогда королевским указом в благодарность за проявленную вами отвагу и преданность правительству нашей страны мы прямо сейчас положим конец запрету носить настоящее имя, возродив его к прежней славе незапятнанным, и постановим, что вы никогда снова не будете принуждены носить имя Слейтер.

Гости за столом зааплодировали, но никто не радовался так, как Серена. Ведь общество признало Малькольма тем, кем он являлся, и удостоило его простейшим из даров — возвращением настоящего имени.

— Тост! — Принц-регент встал со стула, и все за столом — вслед за ним. Он поднял бокал, и все тоже. — За новое крещение нашего уважаемого гостя, отныне именуемого…

Малькольм закрыл глаза и улыбнулся, пробуя невысказанные слова на вкус.

— Малькольм Дэвид Макаслан.

Раздавшийся взрыв оглушительных аплодисментов ничего не значил для Серены — она наслаждалась выражением лица Малькольма. Серена широко улыбнулась ему. Она стала новым человеком, с тех пор как Малькольм вошел в ее жизнь. Теперь и она будет носить новое имя… Серена Макаслан. И оно ей нравится.

Малькольм кивал людям, хлопавшим ему, и постепенно его искрящиеся улыбкой зеленые глаза остановились на Серене. Он поднял бокал, и улыбка на его лице без слов сказала ей о том, как сильно он ее любит.

День их свадьбы был великолепен. Похолодало, в лондонском воздухе чувствовался морозец. Платье Серены было из белой шелковистой тафты с золотистой лентой на рукавах, корсаже и подоле, с прошитой золотой нитью юбкой. Прическу украшала скромная тиара из жемчужинок. Нитка жемчуга висела у нее и на шее. Тугой корсаж делал ее бюст выше и пышнее. Длинные белые перчатки обтягивали руки, оставляя открытой лишь тонкую полоску бледной кожи. Серена сама придумала этот наряд и очень надеялась, что Малькольму он понравится. Она думала о нем, и заказывая букет: довольно необычный — из белых роз с вкраплениями чертополоха и вереска. Легкий намек на единение двух культур.