Последняя из рода Гонт - Ласточкин

Наверху я увидела ожидающего меня Виктора Крама в парадном красном костюме. Заметив меня, он потрясённо замер, но, быстро справившись с собой, шагнул навстречу.

— Ты прекрасна, Аннабель. Тебе очень идёт этот цвет и стиль, — сказал Крам и взял меня за локоть.

— Спасибо, — смущенно ответила я.

Виктор подвёл меня к остальным чемпионам, которые уже стояли со своими парами в ожидании нас. По традиции нам предстояло открыть бал. Неподалёку вертелась Рита Скитер со своим фотографом, рядом с ними в воздухе висел пергамент и Прытко-Пишущее перо, которое быстро что-то записывало.

Через несколько секунд двери Большого зала распахнулись. Под вспышки волшебной фотокамеры мы вошли в зал, где нас встретили аплодисментами. До меня донеслись восхищённые голоса студентов: «Глазам своим не верю, это Гонт?!», «Потрясающее платье!» и «Крам и Гонт — красивая пара». Мы прошли на середину зала, и тут же заиграла мелодия вальса.

Виктор взял меня за талию, притянул к себе, и мы закружились в танце. Вскоре к нам присоединились Альбус Дамблдор с профессором Макгонагалл, а следом за ними и остальные студенты.

Виктор уверенно вёл меня в каждой фигуре вальса. Было видно, что он, в отличие от меня, опытный парный танцор.

— Аннабель, я покорён твоим очарованием, — прошептал он, склоняясь к моему уху. — Могу ли я надеяться на взаимность?

От неожиданности я сбилась с шага. Крам притянул меня еще ближе, а затем приподнял и закружил. У меня перехватило дух от такого маневра.

— Всё может быть, — уклончиво ответила я. Мне не хотелось расстраивать его прямо сейчас.

— Ты настоящий рождественский подарок, Аннабель, — улыбнулся он. — Можно я буду считать, что ты мой подарок?

И я опять сбилась с шага.

— Виктор, если ты продолжишь в том же духе, я могу случайно отдавить тебе все ноги, — отшутилась я.

Крам пожирал меня глазами. От его взглядов я чувствовала себя неловко и нарочно смотрела по сторонам, на танцующие вокруг пары. Рядом кружились Грейнджер и Нотт, они выглядели такими счастливыми. Пэнси Паркинсон танцевала с Драко Малфоем, Седрик Диггори — с Чжоу Чанг, Флёр Делакур — с Роджером Дэвисом, а Гарри Поттер — с Парвати Патил. Было заметно, что Гарри жутко нервничает и постоянно сбивается с шага: в танце его вела Парвати. Поклонницы Крама, бегавшие за ним по школе, тоже вальсировали со своими партнерами, но всё время поглядывали на меня с неприкрытой завистью.

Когда музыка стихла, Виктор взял мою ладонь и прикоснулся к ней губами. Я растерянно улыбнулась, и тут в зале поднялся радостный визг: на сцену вышли знаменитые «Ведуньи». Они запели под весёлую, бодрую музыку, и студенты бросились танцевать.

Двигаться под ритм песни и при этом не чувствовать на своей спине и талии руки Виктора было намного комфортнее, и я радостно прыгала и подпевала вместе со всеми. Но ближе к полуночи Крам решительно взял меня за руку:

— Аннабель, я хочу тебе кое-что сказать. Давай выйдем, тут слишком шумно.

— Хорошо, — согласилась я, не чувствуя подвоха.

Виктор вывел меня в коридор, затем буквально затащил за колонну и прижал к ней.

— Что ты делаешь? Немедленно отпусти! — испуганно вскрикнула я. Но Крам словно не услышал и придвинулся вплотную.

— Я люблю тебя, Аннабель, и весь вечер мечтал поцеловать тебя, — его глаза лихорадочно заблестели, и я поняла, что так просто он от меня не отстанет.

— Виктор, тебя чем-то опоили?! — я попыталась вырваться, но у меня ничего не вышло: он слишком крепко меня держал. Крам наклонился к моей шее и глубоко вдохнул:

— Ты так сладко пахнешь… просто восхитительно, Аннабель! — От этих слов я занервничала еще больше. — Меня ничем не опоили, мои чувства к тебе настоящие.

— Виктор, отпусти, пожалуйста! Ты меня пугаешь, — предприняла я очередную попытку выскользнуть из его объятий. Но Крам лишь сильнее вжимался в моё тело. Он был настолько близко, что я слышала, как бешено бьётся его сердце.

— Хочу поцеловать тебя. Всего лишь поцелуй… Не бойся меня, Аннабель.

— Нет! Ты сошел с ума! — возразила я, вырываясь. Но, несмотря на все протесты, Виктор обхватил ладонями моё лицо и впился губами в губы. Я задохнулась… а мгновением позже меня ослепила вспышка фотокамеры. Хватка на лице ослабла, и я резко оттолкнула Виктора, а потом влепила ему пощечину. Это всё, на что в этот момент я была способна. Крам даже не дёрнулся, наоборот, его губы расплылись в улыбке.

— Когда помолвка? — голос Риты Скитер резанул по ушам. — Дадите эксклюзивное интервью для «Пророка»?

Прытко-Пишущее перо торопливо что-то записывало на пергаменте. Получив свободу, я поторопилась уйти, но в вестибюле Виктор догнал меня и снова схватил за руку.

— Аннабель, не уходи! Я люблю тебя. Завтра же пойду к твоему опекуну и попрошу твоей руки.

— Держись от меня подальше! — срываясь на крик, бросила я.

— Эй, отвали от неё! — раздался голос Нотта. Обернувшись, я увидела Тео и Гермиону.

— Не лезь не в своё дело, Нотт.

Усмехнувшись, Теодор стремительно подошёл и со всего размаху, совсем по-магловски, ударил Виктора кулаком по лицу. Крам ослабил хватку, и я, выдернув свою руку, отбежала на безопасное расстояние.

Виктор ударил Нотта в ответ, и завязалась настоящая драка. Парни, рыча, наносили друг другу безжалостные удары. У Тео получилось сделать подсечку, и Виктор упал. Нотт навалился сверху и продолжил лупить его кулаками.

— Не моё дело, говоришь? Я с этим не согласен! — хрипел он. — Думаешь, я буду спокойно смотреть, как ты обижаешь мою подругу?!

— Я люблю её! — выкрикнул Крам, сплёвывая кровь.

— А она тебя — нет! — ответил Нотт, нанося очередной удар.

Шокированная происходящим, я просто застыла. Мистер Беранс, видимо, учил Теодора не только магии, но и искусству рукопашного боя. Глядя на то, как Нотт избивает Крама, я думала, что Тео даст фору таким психам, как Крауч и Феликс Дамьен.

Неожиданно из коридора вылетел Пивз. Он стал кружить вокруг нас и со смехом напевать:

— Наш чемпион стал жертвой страсти,

И на полу он распростёрт!

Его преследуют напасти,

С тех пор, как он связался с Гонт!

Она его околдовала

И целовалась с ним взасос.

И, чтобы Грейнджер ревновала,

Нотт Виктору расквасил нос!

Я посмотрела на Гермиону. Испуганно прижав ладонь к губам, Грейнджер смотрела на дерущихся парней и по щекам её бежали слёзы.

На шум из Большого зала выбежали студенты. Кто-то закричал: «На помощь, Нотт сейчас убьет Крама!» Тут же появились преподаватели.

— Что происходит? — раздался голос директора. Взмахом волшебной палочки он скинул Тео с Крама. Подбежавшие сокурсники Виктора