Мой самый-самый... - Ана Сакру

- Мог бы просто сказать, - шиплю раздраженно на него.

Егор смеется.

- Похоже, секрет популярности нашего стенда сегодня раскрыт, - подмигивает мне, даже не пытаясь показаться смущенным.

- Вот ты гад, Чемизов! – начинаю смеяться вместе с ним, от впрыска адреналина в кровь щеки непроизвольно заливает пунцовым.

- А ты красотка, когда тушуешься, - вдруг резко говорит серьезным глубоким голосом и немного качается в мою сторону, подаваясь ближе и будто сам этого не замечая.

Смущаюсь окончательно, потому что вижу в его черных глазах совершенно однозначный требовательный интерес, который мне совсем не хочется замечать. И флиртовать сразу желание пропадает. Вместо того, чтобы ответить что-то вроде «красотка только, когда смущаюсь?», я молча сую ему стопку визиток с пометками, кто, по моему мнению, более перспективный для начала сотрудничества.

- До конца выставки пара часов. Мужик из «Химпласта» сказал, что пока будет в буфете, и можно сразу все обговорить. Вперед, - выразительно кошусь в сторону местной столовой-тире-ресторана.

- На фуршет остаешься же? – встает Чемизов, недовольно вздыхая и поправляя съехавший галстук – селедку, который ему очень идет, подчеркивая ширину плеч, обтянутых белоснежной рубашкой, и узкую талию, - Камчатских крабов обещали.

- М-м, - при слове «камчатских» чуть дергаюсь, образ мужа на секунду мелькает перед глазами, полностью застилая реальность, - Не решила еще. Ты же знаешь, я заодно приехала к родителям, хочется побольше времени с ними провести – итак из-за этой выставки три дня пропало.

- Да мы же ненадолго, пару часов и все. Как раз в неформальной обстановке проще результаты закреплять, и нам с Файзулиным нужна прекрасная дама для привлечения внимания и улучшения переговорных позиций, - Егор играет бровями.

- Посмотрим, может, на час задержусь, - сдаюсь.

- Все! На слове ловлю, - Чемизов грозит мне указательным пальцем, прежде чем, забрав нужную визитку и папку с материалами, оставить меня одну.

Смотрю ему вслед, непроизвольно улыбаясь. Егор мне нравится. Понравился с самого начала, хоть он для меня и мальчишка по сути. Ему лишь недавно стукнуло двадцать семь. Высокий, спортивный, харизматичный, умный, талантливый, дерзкий, веселый, простой. Для меня загадка, почему он официально один и никогда не был женат, ведь таких обычно «разбирают щенками». Я бы даже решила, что он играет за другую команду, если бы не ловила иногда на себе его откровенно похабный взгляд. Не заинтересованные в сексе с женщиной так точно не смотрят.

Почему его зацепила именно я? Не спрашивайте…

Вполне возможно, Егор просто из тех мужчин, которые избегают серьезных отношений как огня, и потому симпатичная разведенка бальзаковского возраста с двумя детьми - подростками кажется ему идеальным вариантом для попытки договориться о ни к чему необязывающих встречах.

Но приятней мне, конечно, думать, что я просто еще очень даже хороша. Тешу себя этим, почем нет?

От размышлений меня отвлекает завибрировавший телефон. Сашка. Легкая улыбка, играющая на губах, непроизвольно становится шире, в груди разливается щекочущее нервное тепло. Есть вещи, которые невозможно контролировать силой мысли. Например, то, как реагирует твое тело на его звонок. Смахиваю зеленую трубку.

- Привет.

- Привет, Кис, как дела? – Сашкин бодрый голос в динамике отдается приятной щекочущей вибрацией в груди.

- Да хорошо, почти отработала…Еще фуршет будет, сегодня же последний день, но я до конца вряд ли буду оставаться. Хотя дети меня не ждут, их Рамиль на музыкальный фестиваль повез, так что не скучают, еще и позже меня приедут наверно.

- Ясно…- Сашка делает паузу, и я слышу, как откашливается в кулак, - Лиз, тут такое дело…

- Что? – хмурюсь.

- Я задержусь еще на Дальнем востоке. Появились кое-какие дела. Обратно полечу седьмого, восьмого у меня пересадка в Москве и до Сочи рейс. Помнишь же, что у мамы юбилей девятого? Если вы без меня раньше на Домбай не поедете, то давай я вам сейчас тоже на восьмое билеты куплю, вместе полетим.

Я в шоке молчу. Невидящий взгляд упирается в стену.

- Лиз? Ты меня слышишь?

- Да…Саш…В смысле ты задержишься до седьмого? Ты улетел еще в марте. Какие дела?! – вырывается наконец из меня.

Начинает мелко трясти, ладони холодеют. Мы не виделись три недели…Три! Он должен был через два дня уже приехать, я думала, мы все майские вместе проведем, это вроде как и подразумевалось. Я не строила других планов, я настроилась, я…

- Лиз, я потом всё объясню, - давит Сашка голосом, - Не буду сейчас.

- У тебя всё хорошо? – теряюсь уже в догадках.

- Да, всё отлично.

«Тогда какого хрена?» - хочется мне рыкнуть в ответ. Но я только шумно выдыхаю, растирая занывший лоб и прикрывая глаза.

- Ну я рада, что у тебя всё «отлично», - цежу, поджимая губы. И так и тянет на этом сбросить вызов.

- Лиз, не обижайся, - несется в ответ.

О, сколько раз я это слышала…

Такая усталость накатывает, что хочется по полу растечься. Это же Саша…Ну вот чего я ждала. Чему удивляюсь? Нечему. Всё как обычно. Всё как всегда.

Обсудить, спросить, посоветоваться…Нет.

Вот ему так надо и всё. А я не должна обижаться. Мне не на что. Подумаешь, задержится еще на почти три недели, захватив половину праздников и даже не объяснив. Уши закладывает от поднимающегося давления, виски начинает ломить. Роняю голову на подставленную ладонь, уперев локоть в стол. Да пошло оно всё…

Пусть таскается, где и сколько хочет.

- Кис, ну что? Я беру вам билеты на восьмое?

- Бери, - равнодушно отзываюсь.

Все равно шестидесятилетие бабушки детям и мне не пропустить.

- Хорошо, - Сашка будто с облегчением выдыхает в трубку. Похоже, решил, что всё, эту кочку проскочил.

А у меня уже просто нет сил ему что-то объяснять. Я ведь обещала себе смириться с подобными