Наш новый учитель – Дракон - Варвара Корсарова

– Откуда ты знаешь? – с подозрением спросила Лиза.

– Прочитала в книге. Ты вот получила арфу, и даже не заинтересовалась ее историей. А она у нее удивительная! Летописи говорят, что ее создал сильный маг. У арфы есть свой характер. Ты не думаешь, что твоей арфе скучно играть баллады? Ее ведь сделали для другого!

– И что ты предлагаешь?

– Давай попробуем сыграть на арфе для призрачных крыс! – выпалила Тара.

Я заулыбалась. Все лучшие приключения воспитанниц начинались со слов Тары «А давай попробуем...». Заканчивались они, как правило, выговором от наставниц а то и наказанием, но и радости всем доставляли немало.

– Возьмем арфу и выйдем в Черный коридор, – продолжала Тара с азартом. – Ты сыграешь на ней что-нибудь, и посмотрим, что получится.

– А что может получиться? – забеспокоилась Лиза.

– Не знаю! Может, призрачные крысы покажутся? Твоя подруга Адриана мечтает их увидеть.

Лиза задумалась. Ей очень хотелось вернуть расположение подруги. Тара предлагала для этого возможность.

– Я не знаю, какую мелодию нужно играть для крыс.

– Да неважно! – все больше загоралась Тара. – Сыграй для них сонет «Приходи на вечерней заре». Он такой… манящий! Наши зверюшки не устоят.

И Лиза тоже не устояла.

Она подхватила арфу и поднялась. Мы вышли из музыкальной комнаты и поспешили в Черный коридор.

Глава 17

Настроение у нас было отличное. Мы кипели азартом. Приятно закончить унылый день хоть небольшим, но приключением. В последние недели я приобрела вкус к такому образу жизни.

По пути мы шепотом договаривались, как себя вести, если нас застукают. Уже было поздно, и мы нарушали запрет директрисы. Что ж, скажем, что спешили в дортуар и срезали путь. Зачем Лиза взяла арфу? Чтобы сыграть нам на ночь колыбельную. Если госпожа Росвиг разрешит, разумеется!

Мы никого не встретили по пути, но возле двери в Черный коридор столкнулись с Адрианой и Ровеной. Они возвращались с дополнительного занятия с магистром Штормом и тоже решили воспользоваться Черным коридором – вопреки запрету.

Обе казались усталыми, но веселыми.

Хорошо, должно быть, прошел у них урок, подумала я с крайне неприятным чувством – как будто в груди царапнули острые крысиные коготки.

Интересно, чему их учил магистр Шторм? Он был с ними резок и сдержан, как всегда на уроке? Или шутил, смеялся?

– Куда это вы отправились, да еще с арфой? – требовательно осведомилась Адриана.

Лиза, захлебываясь, тут же ей все выложила. Мы с Тарой кисло переглянулись. Вот подлиза рыжая!

Ровена грубо рассмеялась и выразительно покрутила пальцем у виска.

Адриана хмыкнула и покачала головой.

– Ничего у тебя не выйдет. Маги не нашли на арфе никаких заклинаний. Это просто деревянная рама со струнами.

– А вдруг все же выйдет... – уныло протянула Лиза.

– Ладно, попробуем, – снисходительно согласилась Адри и тут же взяла на себя роль лидера: – Только пройдем по коридору подальше, до ниши, где висит гобелен с черным рыцарем. Чтобы нас никто не услышал и не застукал.

Она решительно открыла дверь и вошла в Черный коридор первой. За ней, как преданная раба, засеменила Лиза, остальные побрели в хвосте.

Нас окутал могильный холод. Серый вечерний свет с трудом проникал через редкие узкие окна-бойницы и сразу же безвольно рассеивался. Дальше окон и вовсе не было. Стены уходили в темноту, отчего коридор казался бесконечным.

Когда мы ступили во мрак, я вытянула раскрытую ладонь и запалила над ней магический светящийся шар. Адриана тут же зажгла свой небрежным движением кисти, и ее шар получился больше и ярче, но все же не давал достаточно света.

Наш световой круг полз вместе с нами, выхватывал из темноты грубо отесанные камни стен, неровный пол, пыльные деревянные рамы без картин – а дальше стояла кромешная чернота.

Иногда чернота шевелилась – на сквозняке колыхались старые гобелены, что скрывали пустые ниши. Каждый раз от этого движения замирало сердце. Хоть мы теперь и знали, что настоящих призраков в коридоре не водится, только развоплощенные крысы, но сомнения все остались.

Одну тайну замка Элфорд мы узнали. Но сколько еще их имеется? О чем еще недоговаривает директриса Лисандра? Отчего она все же не желает, чтобы мы свободно посещали Черный коридор? Отчего даже слуги избегают в него заходить?

Было холодно, пахло подвалом и сыростью. Стояла полная тишина. Но вдруг она нарушилась слабым стуком чужих шагов и отзвуками разговора.

– Кто-то идет! – запаниковала Лиза.

– Сюда! – прошипела Адриана и потянула меня за рукав в сторону. Она погасила свой светильник, откинула один из гобеленов, впихнула нас в тесную нишу и торопливо опустила полог.

Мы прижались друг к другу и затаили дыхание. Пришлось зажать нос двумя пальцами, чтобы не чихнуть. Тут было ужасно пыльно, в носу мигом засвербело, висок облепила паутина и я содрогнулась от липкого, щекочущего прикосновения.

Шаги и голоса приближались. Ровена немного оттянула гобелен с одной стороны, Тара – с другой, и мы пристроились у образовавшихся щелей – наблюдать.

В стене напротив гобелена, высоко под сводчатым потолком, тускло светилось последнее крошечное окно. От него к полу тянулся бледный луч.

И вот в него ступили две фигуры. В которых мы с изумлением узнали маэстро Кабриоля и нашу классную наставницу Розгу!

Они остановились друг против друга. Кабриоль сделал решительный шаг и сократил расстояние до своей спутницы, встав непозволительно близко. Изящно изогнулся вопросительным знаком, чтобы оказаться еще ближе.

Розга подняла к нему лицо; ее очки тускло блеснули в полумраке.

– Розалия, моя дорогая Розалия, наконец-то мы одни! – заговорил Кабриоль с такой страстью, что даже у меня щеки вспыхнули.

Розга не шелохнулась, но ее тонкие губы дрогнули, показывая скрытое удовольствие.

– У меня немного времени, Алан. Пора укладывать девочек, – напомнила она. – Переходите к делу. Что такое вы желали мне сказать наедине?

– То, что давно не дает мне покоя. Что мучает меня ночами, горит в моем сердце! – разливался Кабриоль. Он схватил руку Розги и прижал ее ладонь к своей груди.

Та не сопротивлялась, лишь склонила голову набок, задумчиво изучая его усатую надменную физиономию, на которой разлилась умильная и вкрадчивая улыбка.

– И что же вас мучает? Может, банальная изжога?