Академия «505». Циклы Ремали. Часть 1 - Дария Эссес

Пока Роксания беззаботно забалтывала его, Регулус переводил взгляд с ее губ на грудь. Я сдерживался из последних сил, чтобы не познакомить его лицо со столом.

Он был тем, кто отправлял в тюрьмы родственников Карателей, кто расстреливал каждого провинившегося, прикрываясь Кодексом нового порядка, но в глубине черствой души оставался маленьким, озлобленным, гнусным человеком.

Однако присутствие Роксании отпугнуло его. В хорошем смысле. Он сухо ответил на ее вопросы и ретировался, а Роксания повернулась ко мне, проведя ладонью по лбу.

– Хух. Это было тяжелее, чем я думала.

Мы простояли с ней совсем недолго, пока Кси танцевала с Зейденом. И именно тогда я понял, насколько Роксания опасна.

Ее харизма и кокетливость действовали на меня завораживающим образом. Я склонялся ближе, внимая ее словам, и сходил с ума от желания прижаться губами к точке пульса.

Она задрожит? Или будет скрывать эмоции за маской высокомерия?

– Крэйтон?

Я прочистил горло и незаметно отстранился.

– Не успел сказать вам. – Мой голос слегка вздрогнул от неловкости, а щеки охватил румянец. Опять, мать твою. – Вы… Сегодня вы выглядите очень красиво. Точнее, красиво вы выглядите всегда, но сегодня…

Роксания приложила палец к моим губам, заставив меня замолчать.

Я хотел укусить ее.

– Ты такой забавный, – протянула она, склонив голову набок.

Я бы хотел продлить это мгновение, но оно закончилось слишком быстро. На постамент вышла директор Каллисто, а за ней – Джонатан Алькастер. Я слушал его речь, скрипя зубами, пока не почувствовал успокаивающую ладонь Роксании, коснувшуюся моей поясницы.

Поэтому сейчас, пытаясь заглушить сотни наслаивающихся друг на друга мыслей, я стоял напротив Кси, пока она нервно кусала губы.

– Что случилось?

Ксивер бегло огляделась и прошептала:

– Крэй, здесь происходит что-то странное. Если сначала я игнорировала это, то теперь просто не могу делать вид, что всё нормально. Когда я была в библиотеке, то нашла книгу с чьей-то записью. Там говорилось, что мне нужно дать кому-то умереть, чтобы запустить цикл. Сначала я не разобрала почерк, но потом поняла, что он… мой.

Я застыл на месте, а она повторила:

– Мой, Крэй, но сначала я его не узнала. Знаешь, почему?

– Ты… – Не веря, я покачал головой. – Ты писала другой рукой.

– Правой. Впервые за год я писала правой рукой, а потом, во время приступа, исписала ей же свой дневник. Поэтому и поняла, кому принадлежал тот почерк. Я не помню, как делала это, но это точно была я. – Кси перевела дыхание. – А еще я постоянно вижу какие-то сны и будто… воспоминания. Не знаю. Пару дней назад в моем дневнике появилась…

Договорить она не успела. Рядом кто-то откашлялся.

– Не помешаю?

Мы с Ксивер замерли, смотря друг другу в глаза. Мое сердце остановилось.

Я неспеша, будто в замедленной съемке, повернулся на мужской голос. Прикрыв глаза и сделав прерывистый вдох, Ксивер последовала за мной.

– Здравствуйте, мистер Алькастер.

Перед нами стоял верховный правитель Альтинга.

С этими металлическими глазами, жестким ртом и словно высеченными из камня чертами лица. Они с Каем были похожи намного сильнее, чем казалось на первый взгляд. Окутавшая их сила заставляла съеживаться каждого, кто оказывался с ними в одном помещении.

– Веселитесь?

Кси затрясло, и она ответила:

– В Круачейне было веселее.

Джонатан улыбнулся. Впервые улыбающийся человек вызвал у меня страх.

Я встал чуть спереди, заслонив Кси спиной.

Когда нас задержали в Арканесе, Джонатана там не было. Последний раз мы видели его вживую до Круачейна. Альтинг проводил обращение у Дома правительства, а мы затесались в толпу гражданских, отыскав на помойке разодранные вещи.

– Как вам академия? – спросил Джонатан деланно заботливым тоном. – Вижу, вы уже освоились.

– Да, обучение проходит лучше, чем мы ожидали. Спасибо Альтингу за такую возможность. – Мою сестру чуть не убили, а если вы узнаете о моем эфире, то убьете и меня.

Джонатан издал тихий смешок. Сталь в его глазах не сочеталась с голосом, окутавшим нас своей бархатистостью и галантностью.

– Могу сказать, что я приятно удивлен вашими успехами. Мы приняли правильное решение, отправив вас в академию к другим ремалийцам. Директор Каллисто передала, что ваши организмы принимают силу Ремали относительно медленно, но думаю, никаких проблем с этим не будет. Верно?

– Можете быть в этом уверены, – прохрипела Ксивер.

Желая перевести тему на что-то более нейтральное, я произнес:

– Мы хотели бы поблагодарить вас за приглашение на раут. Правда, для нас с сестрой огромная честь побывать на таком важном мероприятии Альтинга. – Ложь срывалась с моего языка так искусно, словно я отрабатывал ее несколько лет.

– О, не стоит, – отмахнулся Джонатан. – Главная задача правления – безопасность гражданских и развитие нового общества. Самое малое, чем мы можем отблагодарить вас за заслуги перед академией, это пригласить на раут.

Безопасность. Как же.

Я собрался ответить, как вдруг на плечо Джонатана легла чья-то ладонь.

– Отец. У вас есть минута?

Кай остановился рядом с непроницаемым выражением лица. Ксивер сразу же сузила глаза, а Джонатан слегка повернул к нему голову и спросил:

– Ты не видишь, что я занят?

– Это важно, отец.

Он глубоко вдохнул. Впервые за вечер сквозь маску проступила присущая ему раздражительность.

Склонив голову в прощальном жесте, Джонатан с сожалением произнес:

– Надеюсь, скоро мы вновь встретимся, Зальцри. Берегите себя.

Эти слова прозвучали как смертный приговор.

Развернувшись, они вдвоем двинулись к выходу. Перед их уходом я заметил, каким взглядом Кай посмотрел на Ксивер.

В нем читалось предостережение.

Глава 16

Eigi veldur sá, er varar annan.

Невиновен тот, кто предостерег.

Исландская пословица

Дышать. Мне нужно дышать.

Даже когда старший и младший Алькастер вышли из зала, ребра впивались в легкие, вынуждая меня захлебываться кровью. Я так сильно держала рядом с Джонатаном лицо, что сейчас была готова упасть на колени и разрыдаться от сдерживаемых эмоций.

Мне нужно освободиться.

Мне нужно отвлечься.

Мне нужно, нужно, нужно…

– Всё в порядке?

Роксания потянула Крэйтона за рукав пиджака, на что получила рассеянный кивок.

Нет. Нет, не в порядке.

Меня до сих пор потрясывало – сначала от обращения Джонатана и того, какие жуткие, совершенно необъяснимые образы возникли перед внутренним взором, затем из-за разговора с ним. Я снова тянула руку к соседней койке. Я снова чувствовала присоединенные к телу провода. Я снова умирала изнутри.

– Мне нужно отойти, – сказала сдавленно, двинувшись на шатких ногах неизвестно куда. – Скоро вернусь.