Красавица и пират - Жюли Галан

Жильбер спустился последним и теперь убирал снаряжение, с помощью которого они спустились. Остальные ждали.

– Прошу прошения за нескромный вопрос, – вдруг обратился Рыжий к Жанне. – Но скажите, виконт сегодня вас посещал?

Жильбер вопросительно на него посмотрел, и у Жанны кровь прихлынула к щекам.

– Нет! – резко сказала она. – Я бы посоветовала вам впредь не задавать подобных вопросов. Почему вы спрашиваете у меня?!

– Потому что спросить у виконта я не могу.

Рыжий вгляделся в лицо Жанны.

– Извините, я не думал, что это вас так заденет. Я не спрашиваю у Жаккетты, потому что прекрасно знаю, что ее-то он обязательно навестил. А ваш отрицательный ответ говорит мне лишь о том, что ваше бегство обнаружится до рассвета. Жильберу надо было подождать.

– Но почему? – воскликнул оруженосец. Рыжий скептически хмыкнул и покрутил головой.

– Да потому, милые мои дети, что ваш любитель волков и хорошеньких женщин, сбегающих из гаремов, в эту судьбоносную ночь, после того, как он гордо мне отказал, обязательно захочет попользоваться всем своим гаремчиком, а не только его большей половиной.

– А что же вы тогда рассусоливаете?! – возмутилась Жанна. – Ехать давно пора!

– Сейчас тронемся, – невозмутимо пообещал Рыжий. – Как же мы начнем бегство без такой вступительной части? Это даже неинтересно. Если у кого-либо есть вопросы, задавайте сейчас, потом будет некогда.

– Я не понял, почему ты назвал госпожу Нарджис Жаккеттой? – признался Жильбер.

«Она такая же госпожа Нарджис, как я – Бибигюль», – хотела ядовито прошипеть Жанна, но не успела. Рыжий просто сказал:

– А это ее христианское имя. Все, едем!

– Ну вот, а я хотела узнать, как все-таки ты вернулся? – пробурчала Жаккетта.

– Потом, потом, – отмахнулся Рыжий. – А тебе идут восточные украшения. Опять же в седле устойчивей сидеть будешь, при таком устрашающем количестве побрякушек!

– Да-а, – обиделась Жаккетта, – так я знаю, что они при мне! Госпожа тоже при полном параде!

– Все, молчу, женщину не переспоришь! – Рыжий уже выводил лошадей.

Жаккетта, подброшенная его сильными руками, птичкой взлетела в седло. Жанну с ее юбками мужчинам пришлось усаживать куда дольше.

– Учти, Жильбер, – поучал при этом оруженосца Рыжий, – что спасать даму – тяжкий труд! Потому что если ты даже вытащишь ее прямиком из котла с кипящей серой, но потеряешь при этом платочек или туфельку, то навсегда станешь для нее не героем, а врагом на всю жизнь. Даму всегда спасают при всех ее доспехах, иначе даже браться за дело не стоит.

– Вам обязательно столько говорить? – простонала Жанна.

– А как же! Это моя моральная компенсация. Ведь в случае неудачи нашего предприятия вы попадете опять в теплую постель виконта, а вот нас с Жильбером ждут неприятности довольно мрачного характера. Пока мы еще в начале пути, прошу вас учесть, что ни вы, ни Жаккетта, ни я не пострадаем так сильно, как Жильбер. Он теряет все. Помните об этом.

Жанна промолчала.

Теперь их вел Жильбер. Лесными тропами на северо-восток. Ночь была лунная, а лес, сбросивший свой осенний убор, казался светлым и каким-то пустым.

«Приятно, когда тебя спасают… – думала Жаккетта на скаку. – Вдвойне приятно, когда спасают, но ты знаешь, что, в конце концов, спаслась бы сама! Пока все идет правильно. Можно быть слабой. Хорошо, что Рыжий вернулся!»

Она чуть придержала коня, чтобы поравняться с ним, и крикнула:

– А в той стороне есть барсучьи норы! Нам Жильбер показывал. Они старше замка.

– Я тоже рад, что тебя нашел! – ответил Рыжий.

Через какое-то время до них донесся очень неприятный звук. Подавали голоса гончие.

Жильбер остановился, остановились и остальные.

– Вот и дождались! – сплюнул в кулак Рыжий. – Виконт нашел новую забаву. Как видно, он уже проверил постель госпожи Жанны.

– Разве гончие могут гнать конных людей? – удивилась Жаккетта. – Они же на зверей охотятся?

– Если натасканы, то могут… – отозвался Жильбер.

– Эти, как я понимаю, натасканы… – заметил Рыжий. – Долго нам еще?

– Да порядочно, – уныло сказал Жильбер.

– А куда мы едем? – спросила Жанна.

– К броду. Будь мы с Жильбером одни, уже были бы за пределами Волчьего Острова, но вы в своих нарядах реку вплавь не пересечете, официальные дороги перекрыты. Выбирать не из чего. Все, трогаемся!

Теперь их маленький отряд двигался чуть-чуть быстрей. Быть дичью совсем не хотелось.

Во время пути Жаккетта пыталась трезво оценить их шансы на побег. Делала она это, конечно, совершенно не вовремя. Слишком поздно, да и вообще зря. Но это помогало скоротать время. Пока получалось, что при любом раскладе они сейчас в гораздо более выигрышном положении, чем если бы бежали одни. Это ободряло.

Жанна же съежилась в седле и поражалась, как раньше гон собак казался ей таким приятным, ласкающим слух. Почти мелодией! Теперь же она поняла, что ничего более отвратительного, неприятного и режущего слух в жизни не слышала. Это надо же так ошибаться!

Лай собак за их спиной изменился, стал визгливым.

– Быстрее! – крикнул Жильбер. – Гончие заливаются, значит вышли на нас, они недалеко.

Впереди замаячила долгожданная река. Жильбер привел их к обещанному броду, но и погоня была все ближе.

Лошади вошли в воду. Вот где нельзя было торопиться, так это на переправе. Кони осторожно переставляли ноги, а водный поток ударял их в левый бок.

Жаккетта, сжав губы, старалась в точности повторять движения Жильбера, который первым пересекал реку. Ей было страшно.

– Главное, своему скакуну не мешай! – подсказал сзади Рыжий.

Переливы собачьего лая слышались совсем отчетливо.

Неожиданно сплоховала Жанна. Услышав лай за спиной, она дернулась и сбила свою кобылу с ровного шага. Лошадь неудачно ступила, попала ногой в яму на дне, течение довершило дело, И лошадь, и всадница очутились в воде.

Холодная вода словно ожгла Жанну, сдавила со всех сторон. Не в силах ни крикнуть, ни просто вздохнуть поглубже, Жанна инстинктивно высвободилась из седла и, слабо трепыхаясь, поплыла, уносимая течением.

– Держите курс на те кусты! – крикнул Жильбер и, молниеносно слетев в воду, поплыл догонять беспомощную Жанну.

Жаккетта в каком-то оцепенении смотрела на все это.

– Давай, маленькая, очнись! – подбодрил ее Рыжий. – Еще не хватало и тебя вылавливать. С твоими побрякушками ты пойдешь на дно как топор. Лошадь Жанны, освободившаяся от всадницы, теперь вплавь успешно добиралась до берега. Конь Жильбера, видимо, хорошо знал эту переправу, потому что и без хозяина продолжал идти к кустам на том берегу. Конь Жаккетты следовал за ним как приклеенный.