Благие намерения - Кэти Максвелл

Ник, съежившись в комочек, забился в темный угол на верху лестницы и ковырял ссадину на колене, которую заработал в Нидеркоуте, когда пытался верхом на пони въехать по ступенькам на веранду. По его мнению, вся беда со взрослыми в том, что они никогда не скажут прямо, что не так и как это можно исправить. По громким голосам отца и Джиллиан, слышным ему даже на втором этаже, он понял, что взрослые о чем-то спорят, а потом увидел, что Джиллиан опять плакала. Но она не объяснила ему из-за чего; просто сказала, что его отец обижен и сердит. Но Нику не удалось как следует поразмыслить над всем этим, потому что он увидел, как отец, который бурей вылетел из библиотеки, схватил шляпу и трость и бросился к ожидавшему его экипажу. В холле толпились слуги, и Ника заинтересовало, знают ли они о раздорах между его отцом и Джиллиан и как их разрешить. Он уже собрался было спросить об этом, но Роджерсон, его воспитатель, заметив мальчика, повел его наверх в комнату для занятий.

– Все уладится, дружок, – успокоил Ника Роджерсон, положив руку ему на плечо.

Ник думал о Джиллиан, о том, как ему хорошо с ней, и горячо надеялся, что его воспитатель прав.

– Великолепно разыграно!

Джиллиан догадалась, что Крауч вертится у неплотно закрытой двери ее малой гостиной, сгорая от любопытства узнать о послании, которое только что ей доставил, и слегка улыбнулась про себя. Его забота и внимание были очень трогательны, хотя и немного навязчивы.

– Вы что-то сказали, миледи? – Крауч просунул голову в дверь.

– Крауч, вы очень кстати оказались здесь в тот миг, когда я разговаривала вслух сама с собой. Да, я кое-что сказала. Письмо, которое вы мне принесли, чистый розыгрыш.

– Розыгрыш, миледи? – Лицо Крауча выражало неподдельный интерес. – Оно было послано вам в Нидеркоут, но так как вы в городе, управляющий с оказией переслал его сюда.

– Я понимаю, как оно ко мне попало, но я назвала розыгрышем содержание письма. В нем написано, что если я поеду верхом в Лондон и нанесу визит по указанному адресу в Кенсингтоне, то узнаю нечто интересное о своем муже.

– Кто-то хочет, чтобы вы отправились верхом в Лондон? – Крауч нахмурился. – Зачем это кому-то понадобилось?

– Должно быть, письмо было послано мне для того, чтобы я нашла Ноубла прикованным к кровати его любовницы, – задумчиво произнесла Джиллиан, постукивая краем письма по губам.

– Что ж, – Крауч еще сильнее нахмурился, – кому-то стукнуло в башку такое…

– Все зависит от того, в чью башку стукнуло. Вопрос в том, кто послал письмо: тот, кто выслеживает его милость, или кто-то другой?

– Не понимаю, как этот кто-то мог узнать, что случилось с его милостью, если он не тот самый подонок, который заманил его в ловушку. – Крауч в недоумении надул щеки и поскреб крюком живот.

– Я понимаю ход ваших мыслей. Только заманивший его подонок мог знать, где найти графа. Но откуда этому негодяю было известно, что я в Нидеркоуте, а не в городе? Газеты не сообщали о нашем отъезде в Нидеркоут.

– Хороший вопрос, миледи. – Крауч закусил губу. – И впрямь хороший вопрос.

– Что ж, мы еще подумаем над ним, – несколько секунд Джиллиан с улыбкой смотрела на дворецкого. – Через некоторое время у меня будет поручение для вас, но вы не должны говорить о нем лорду Уэссексу.

– Его милость снимет с меня башку, если я сделаю что-нибудь вопреки его желаниям.

– Это не вопреки его желаниям. – Джиллиан усмехнулась. – Вернее, он так поступит, если узнает, но он ничего не узнает, так что все будет в порядке. Понятно?

– Боюсь, что да, миледи, – проворчал Крауч, потирая глаза здоровой рукой. – Так что вы хотите, чтобы я для вас сделал?

– Я хочу, чтобы вы пошли на Боу-стрит и наняли нескольких полицейских. – Джиллиан протянула Краучу листок бумаги. – Думаю, полдюжины хватит. Они должны быть вооружены хотя бы пистолетами или револьверами – что вы сочтете более подходящим. Затем вы должны подобрать им подходящие ливреи и привезти сюда в дом. Мы выдадим их за слуг.

– Зачем вам понадобилось полдюжины полицейских, переодетых слугами?

– Это не мне, Крауч. – Джиллиан бросила на дворецкого-пирата недовольный взгляд. – Они нужны его милости. Для защиты. Ноублу угрожает опасность, а так как мне запрещено выходить из дома, то все заботы о моем муже я поручаю вам.

У Крауча промелькнула мысль сказать Джиллиан, что трое полицейских уже находятся в доме, но он решил промолчать. Лорд Уэссекс весьма сердит на жену, а если он узнает о ее распоряжении нанять охрану для его защиты, нечего и говорить, что сделает граф.

– Я сделаю все, что смогу, миледи, но не обещаю, что мне удастся нанять полицейских.

– Единственное, о чем я прошу вас, Крауч, сделайте все, что сможете. – Джиллиан улыбнулась ему поистине лучезарной улыбкой, которая пробрала Крауча до глубины души, и снова вернулась к своему письму.

– Да, это загадка, – пробормотала разволновавшаяся Шарлотта. Она сидела у себя в спальне перед туалетным столиком и задумчиво смотрелась в зеркало.

– Леди Шарлотта! – Голос служанки оторвал девушку от размышлений. – Вас спрашивает леди Коллинз. Сказать ей, что вы нездоровы?

– Нет, скажите ей, что я спущусь через несколько минут. О, Пенни, подождите минутку. Скажите Уиллу или кому – нибудь из слуг, что это письмо нужно доставить моей кузине.

Шарлотта встала и подошла к небольшому бюро, достала чернила и перо и, пока искала чистый лист бумаги, подбирала слова для письма.

«Дорогая кузина!

Второй экземпляр письма был послан мне, так как отправитель боялся, что оно может не попасть в твои руки. Я очень надеюсь, что ты встретишься с ним в назначенное время в назначенном месте. Я уверена, тебе будет полезно услышать то, что он скажет. Джиллиан, непременно дай мне знать, если понадобится моя помощь.