Темный Луч. Часть 3 - Эдриенн Вудс

Я надеялся, что мне придется драться только один раз, но Сэмюель решил получить то, что ему причитается. Нужно было выиграть три боя.

— Готов? — спросил Фил.

— Готов, как никогда, — сказал я, выходя из раздевалки.

Я уже был Греем, поэтому мой голос стал глубоким, а акцент звучал раскатисто, как у некоторых карибских музыкантов. Сражался ли я в обличье Грея больше одного раза? Я попытался вспомнить, но это было заперто вместе с остальными моими воспоминаниями того времени.

Я последовал за Филом на ринг, и толпа обезумела, увидев меня.

Мы остановились возле клетки. Сквозь каркас с жужжанием проходило электричество, и от него исходил запах горелой плоти.

— Удачи, Грей, — сказал Фил и сильно хлопнул меня по спине.

Из микрофона прогремел голос ведущего.

— Встречайте. Единственный. И неповторимый. Грей!

Радостные крики наполнили арену. Прожекторы били мне в глаза, и мне пришлось прищуриться, когда я занял свое место на драконьей стороне.

Ведущий озвучил мою статистику. Судя по всему, я особо не сопротивлялся. Затем он объявил, что я столкнусь с Солнечным Взрывом.

Теперь уже не имело значения, кем они были.

Никто из них не сможет убить меня, независимо от того, насколько упорно они сопротивлялись.

Я шел на борьбу за свою свободу. Свободу от тявканья Елены и Дента, раз и навсегда.

***

Драка длилась недолго.

Он был бескрылой глыбой, испустившей свой последний вздох менее чем через тридцать минут.

Сэм получил огромную прибыль от этого боя. Все, что мне было нужно, — это заклинание.

Был сорокапятиминутный перерыв перед моим вторым боем, который был против Зеленого Пара.

Весь реквизит был брошен мне в ту минуту, когда я в нем нуждался. Я сделал все по-другому, чтобы они не нашли сходства между Греем и Гензелем. Я был более безжалостен. Я рванул его за гриву и сломал Зеленому Парню шею. Эта драка тоже быстро закончилась.

У Дими шла кровь из носа, пока я боролся. Ему пришлось изрядно потрудиться, чтобы скрыть мою истинную личность. Грей был крупным парнем — даже больше, чем я в человеческом обличье, — и он был сильным.

Я не потерял сознание, как это было с Гензелем. Та часть меня, которая боролась с тьмой, исчезла. Я наблюдал за каждым убийством и получал удовольствие.

Если бы только Дент не защищал Елену, я бы свернул ей шею, как тому Зеленому Пару.

Третий бой был против Ночного Злодея, и его плоть была сильной. Наконец-то я нашел способ сильно ранить его с помощью способностей Грея и оторвал от него столько плоти, сколько смог. Он упал, но не раньше, чем сломал мне бедро. Я закричал от боли, но матч был выигран.

Зрители растерялись.

Сэм и Дмитрий бежали рядом с медиками, которые несли меня в лазарет. Я боролся с доктором, который пытался исцелить меня, чтобы они не узнали мою истинную личность. Я не мог допустить, чтобы скандал из-за дракона, убивающего себе подобных, отвлек меня от заклинания, которое мне было нужно, чтобы сотворил Дими. После борьбы и множества помех Сэмюелю и Филу удалось вытащить меня оттуда.

Когда чары Дими наконец рассеялись, я проснулся и обнаружил, что нахожусь на диване Сэмюеля. Нога заживала, а Дими спал. После этого он проспал несколько дней.

Сэмюель был встревожен.

— Почему ты не сказал мне, что ты защищен? Борьба за сохранение чар чуть не убила моего лучшего гребаного союзника, — заорал он.

— Вот почему мне нужно, чтобы он сломал это, Сэм. Это не только ради меня. Если ты хочешь, чтобы я дрался, тебе нужно заставить Дмитрия снять это гребаное заклятие.

На четвертый день Дими наконец проснулся.

Пришло время.

Заклинание Дмитрия разрушит магию Дента.

Каждый поймет, что Рубикон не может быть приручен.

***

Я проснулся в отеле.

Я не мог вспомнить последние несколько дней. Но одно было ясно наверняка: что бы ни сделал Дими, у меня ужасно болела голова. Мои целительские способности даже не смогли притупить этого.

Я спустил ноги с кровати и застонал.

Голос Елены пропал, и это заставило меня рассмеяться, несмотря на боль в голове.

Наконец-то я был свободен. Если мне придется ходить с этой гребаной головной болью, то так тому и быть. Ничто не дается бесплатно.

Отец вошел в гостиничный номер с выражением отвращения на лице.

Мне было все равно.

— От тебя разит темной магией, Блейк. Какого хрена ты натворил?

Я покосился на него. Он не знал? Тогда как, черт возьми, я сюда попал?

— Что случилось? — прохрипел я.

— Что случилось? Айзек нашел тебя на обочине дороги. Да, я знаю, что ты там останавливался. Он рассказал мне все. Он сказал, что две недели назад ты исчез. Они повсюду искали тебя, и это то, что ты делал? Экспериментировал с темной магией. Почему?

— Почему? — Я рассмеялся. — Потому что все это неправильно. Дент не то, что надо. Мы теряем себя как драконы. Как я могу быть единственным, блядь, кто это видит?

— Блейк. — Голос моей матери был суров. Я даже не видел, как она вошла. — Это не заклинание. Ты должен сделать дент.

— Нет, ни за что. Я должен бороться. Единственное, что может разрушить подобное заклятие, — это темная магия.

— Не говори глупостей. Это поглотит тебя и убьет, — сказал отец.

— Убьет меня? — Я рассмеялся. — Ты хочешь прочитать мне лекцию о моем выборе, когда ты дважды не подумал, прежде чем накинуть на меня эту гребаную тьму.

Мои отец и мать в замешательстве нахмурили брови.

— О, я и забыл. Никто из вас не может вспомнить этого из-за меня. Я сделал для этой семьи больше, чем ты когда-либо делал.

— Блейк, не искушай…

— Прекрати. Я никому не уступлю. Не тебе, и уж точно не этой маленькой гребаной сучке.

Быстрее, чем я мог себе представить, отец оказался надо мной. Он был сильным и крупным, а головная боль заставляла меня медлить.

Мать кричала, чтобы мы остановились, но я не хотел останавливаться.

Мне хотелось оторвать ему голову, как я сделал с тем Ночным Злодеем на ринге.

В голове у меня пульсировало, а силы иссякли. Отец схватил меня, заломил мне руки за спину и повалил на землю. Он мог бы поблагодарить свою счастливую звезду за