Пышка для миллиардера - Мила Младова

— Так выбери меня. По крайней мере, меня ты знаешь, — отвечает он. — Я более чем готов тебе помочь.

Матвей выглядит невозмутимым, вот только его челюсть как-то подозрительно сильно напряжена.

Он нервничает. И он совершенно серьезен. Этот человек действительно предлагает мне себя в качестве отца моего будущего ребенка, которого я так отчаянно хочу.

На несколько секунд я позволяю своим мыслям разгуляться, представляя, каково это — иметь ребенка от Матвея Гусарова.

Матвей на самом деле привлекает меня…

Я глубоко вздыхаю, пытаясь понять, как правильнее будет ответить.

— Матвей, ты богат, известен, владеешь успешным бизнесом. С какой стати тебе вообще нужен ребенок от женщины, которую ты почти не знаешь?

— Я не хочу ребенка от кого попало. Я хочу его от тебя. А лучше узнать друг друга — не проблема, — ворчит он.

В очередной раз Матвей меня крайне удивляет.

— То есть? Ты тоже хочешь иметь ребенка? От меня? Это бред.

— Нет, не бред, Лана. Тебе почти тридцать пять, а мне скоро будет тридцать шесть. Мы оба полностью поглощены своим бизнесом. Ни у кого из нас нет потенциального партнера. Поэтому я предлагаю заключить разумное соглашение.

— Так ты решил, что хочешь стать моим донором?

— Не в клинических условиях. Естественным путем. Ты говорила, что в этом процессе тебе не хватает интимности. Я могу тебе с этим помочь.

Я тяжело сглатываю, осознав, что он готов заняться со мной сексом. Причем вряд ли один раз. Я ненавижу себя за то, какой привлекательной мне кажется такая перспектива.

Все еще отчаянно пытаясь осмыслить его предложение, я спрашиваю:

— А что, если ты встретишь кого-то еще? А что, если я встречу?

— Пока что такого не случалось, — спокойно говорит Матвей. — Я не собираюсь встречать кого-то еще. Видимо, ты тоже, раз планируешь родить ребенка от незнакомого мужчины. Так почему тебе не воспользоваться моей помощью?

Я теряю дар речи.

Признаться, я уже смирилась с тем, что в моей жизни не будет мужчины. Я даже не пытаюсь его искать, а материнство закрепило бы мое решение остаться одной. Этот ребенок станет моим миром, поэтому о свиданиях не будет и речи.

И Матвей предлагает подарить мне ребенка, о котором я всегда мечтала.

Невероятно.

Я должна бы прыгать от радости от такой возможности, но не могу.

Разговор настолько сюрреалистичный, что я никак не могу его осознать. Вряд ли ему просто жаль меня. У него должен быть какой-то скрытый мотив.

Единственным рациональным объяснением остается то, что он тоже хочет ребенка.

— Нет, не выйдет, — наконец говорю я. — Матвей, мы даже не знаем, уживемся ли вместе. Это первый раз, когда мы по-настоящему поговорили. Ребенок — это не шутки. В итоге мы можем возненавидеть друг друга. Ты прав насчет того, что идеальный мужчина не появится. Я уже даже не ищу отношений. Но рождение ребенка — это очень серьезное обязательство. Ты можешь встретить кого-нибудь...

— Не встречу, — перебивает он. — Я уже говорил об этом.

У меня голова идет кругом, разговор все еще кажется каким-то безумием.

— Ты же помнишь, есть еще условие, — тихо и смущенно выдыхаю я.

Он смотрит еще внимательнее, хотя, казалось бы, куда больше? Наши взгляды встречаются, и у меня перед глазами мутнеет.

Я не могу отвернуться. И не могу дышать. Думать…

Я чувствую себя полностью захваченной одним только его взглядом. С одной стороны, хочется сбежать… но в итоге побеждает та часть меня, которая не имеет ни малейшего желания вырываться.

— Ты хотела, чтобы мужчина хотел тебя, — хрипло говорит он, пожирая меня глазами. — Могу пообещать, что ни один мужчина никогда не захочет тебя больше, чем я, Лана. Я подхожу идеально.

Я тяжело сглотнула, ошеломленная глубиной желания, которое замечаю в его взгляде. Потом качаю головой, почти неспособная говорить.

— Я... я... я не могу.

Самые сложные слова в жизни.

— Потому что я тебя не привлекаю? — спрашивает Матвей, нахмурившись.

У меня начинает ныть живот, потому что, могу поклясться, я услышала в его тоне крошечный намек на разочарование. Или мне просто показалось?

— Нет. Ты меня привлекаешь, — поспешно отвечаю я.

Честно говоря, желание прикоснуться к каждому сантиметру его разгоряченной, обнаженной кожи грызет меня прямо сейчас, заставляя руки слегка дрожать.

Так заманчиво будет узнать, каково это — быть с парнем, который на самом деле хочет... меня. Потому что Матвей хочет, и я это вижу.

— Значит, ты не хочешь меня? — уточняет он.

Я качаю головой, прикусив губу.

— Дело не в этом.

Матвей — влажная фантазия любой женщины. Перед ним практически невозможно устоять. Особенно мне.

— Хорошо. Все остальное решится само собой, — заявляет он с довольным видом. Впервые с тех пор, как я его встретила, Матвей улыбнулся.

Он выглядит так, будто только что испытал большое облегчение. Он кажется мне… счастливым?

И именно в тот момент, когда мне становятся заметны настоящие эмоции Матвея, я понимаю, что все это закончится плохо.

Глава 5

ЛАНА

Как ни странно, время наедине с Матвеем проходит достаточно приятно.

На вопросы про себя он отвечает неохотно, а потом и вовсе заявляет, что вся информация есть в бумагах, которые он принес, и я смогу ознакомиться с ней дома.

Я соглашаюсь на такой вариант, и мы переходим к другим темам

В конце концов, мне придется обсудить с ним некоторые вещи, но сначала лучше обдумать их один на один с собой.

Разговор плавно течет по абсолютно другому руслу, и я наконец позволяю себе расслабиться.

Мы с Матвеем оба любим путешествия, поэтому, решив заказать-таки обед, мы обсуждаем все, что успели увидеть в других городах и странах. Дальше тема переходит на благотворительность, и мы обсуждаем парочку фондов, а еще детский дом, в который я иногда отправляю свою одежду — для девочек, которые скоро будут выпускаться.

Когда Матвею приносят десерт, он удивленно смотрит на меня, ограничившуюся еще одним стаканом воды.

— Ты смотришь на мой кусок торта так, будто хочешь вступить с ним в серьезные интимные отношения, — заявляет Матвей настолько сурово и безэмоционально, что становится только смешнее.

Я улыбаюсь ему.

— О, я обожаю сладкое, но это не значит, что я должна его есть.

Матвей только качает головой, зовет официанта и заказывает еще один десерт для меня.

Я тяжело сглатываю слюну и печально выдыхаю:

— Я не могу себе позволить десерт Матвей. Я уже выпила бокал вина и съела слишком много