Изумрудный сад - Андреа Кейн

Держа папку под мышкой, Хендрик направился к выходу. На полпути он увидел Памелу и поспешно прекратил все разговоры о деле.

— Памела, как чудесно тебя видеть, — объявил он и наклонился, чтобы поцеловать ей руку. — Какой приятный сюрприз! Кентон не сказал, что ты так рано вернешься.

— Как не сказал и о твоем визите. — Памела бросила на мужа любопытный взгляд. — Знай я, что ты приедешь, я бы постаралась быть дома.

— Хендрик приехал довольно неожиданно, — вступил в разговор Кентон. — Нам нужно было обсудить кое-какие важные дела.

— Бентли так и объяснил. — Последовал еще один любопытный взгляд, на этот раз брошенный в сторону дворецкого, стоявшего с каменным лицом. — Как бы там ни было, ты не хочешь остаться на ужин, Эллард?

— Очень бы хотелось, — Хендрик провел рукой по седой голове, — но, к сожалению, мне нужно быть в Лондоне сегодня вечером. Поэтому пора в путь. — Он вежливо улыбнулся. — Как-нибудь в другой раз.

— Конечно.

Обернувшись к Кентону, Хендрик пробормотал:

— Как только доберусь до своей конторы, сразу же поменяю документы.

Кентон пригнул голову и жарко зашептал:

— Я тем временем дознаюсь до самой сути. Мне нужны все факты, Хендрик, — все до единого.

— Я понял. — Адвокат откашлялся и снова заговорил обычным тоном: — Доброй ночи, Кентон, Памела.

Памела терпеливо ждала до тех пор, пока Бентли не вышел проводить Хендрика до кареты. Оставшись с мужем вдвоем, она тут же обратила на него изумленный взгляд:

— Что за срочное и секретное дело у тебя с Эллардом?

— С чего ты взяла, что оно секретное? — Кентон выглядел бледным и измученным, словно только что вернулся после битвы.

— Потому что Бентли не позволил мне даже приблизиться к библиотеке. — Памела нежно погладила ладонями крепкие плечи мужа, чувствуя, как он измотан. — Это Дезмонд, да?

Кентон устало кивнул, морщины вокруг глаз свидетельствовали о мучительной бессоннице.

— Ты не хочешь рассказать мне, в чем дело?

— Ты тут ни при чем, Памела. Это должно остаться между мной и сыном. — И словно для того, чтобы смягчить резкость своего ответа, Кентон поймал руку жены и поднес ее ладонь к губам. — Я сам справлюсь, — тихо добавил он.

— Понятно. — Памела нежно провела пальцами по подбородку мужа, как будто это могло избавить его от боли. — Я не хотела вмешиваться. — Она вздохнула, опустив взгляд. — Бог свидетель, я сознаю, что Дезмонд твой сын, а не мой, он потратил годы, напоминая мне об этом ежечасно. По правде говоря, я перестала пытаться изменить то, что не поддается изменению. Но ты меня волнуешь — мне невыносимо видеть, как ты страдаешь. То, что произошло между тобой и Дезмондом вчера, разрывает тебе сердце. Могу ли я что-нибудь сделать?

— Нет, не сейчас. Может быть, позже. — Он сжал ее руку. — Завтра Гаррети, мой агент, прибудет в Колвертон и, надеюсь, привезет недостающие факты, необходимые, чтобы покончить с этим грязным делом раз и навсегда. Если его постигла неудача, я возьму все в собственные руки.

Памела побледнела.

— Кентон, ты меня пугаешь. Это не опасно?

— Опасно? — Кентон покачал головой. — У меня нет причин так думать.

На следующий день у него появились такие причины. Сидя у себя в кабинете, Кентон рассматривал короткую записку, доставленную лакеем несколько минут назад. Он прочел ее уже раз десять, чувствуя, как по спине бегают мурашки.

«Ты суешься не в свое дело. Будешь продолжать — умрешь, а Дезмонд расплатится».

Кентон уронил голову на руки и крепко зажмурился, пытаясь придумать, как ему доискаться до правды и при этом защитить тех, кого он любит. Он долго так сидел, размышляя, что предпринять.

Наконец он взял в руки перо.

— Дорогой, в чем дело? — Памела оторвала взгляд от туалетного столика и увидела, что муж прислонился к косяку двери, соединявшей их комнаты, и смотрит на нее с печальной задумчивостью. — Кентон, — она так резко встала, что пеньюар закрутился вокруг ног, — что-нибудь случилось?

— Ничего. — Он улыбнулся и прошел в спальню, чтобы обнять жену. — Я просто думал, как сильно я тебя люблю. Она прижалась щекой к его шелковому халату.

— Об этом можешь думать, сколько угодно.

— Памела, я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала. Отстранившись, она встревожено посмотрела на него:

— Наверное, что-то страшное.

— Не страшное. Но очень важное. — Он вынул из кармана халата запечатанный конверт и ключ. — Я хочу, чтобы ты сохранила это для меня. Спрячь туда, где никто, даже твоя горничная, не сможет их найти.

Памела удивленно рассмотрела оба предмета.

— Письмо для Квентина? — спросила она, прочитав на конверте имя сына.

— Да. Вручи сразу по его возвращении. До тех пор я хочу быть уверен, что никто не ознакомится с содержанием письма.

— Хорошо. — Памела нахмурилась. — Но почему бы тебе самому не вручить письмо? Война с Францией окончена, Квентин должен появиться дома со дня на день.

— Даже если это так, меня… может не быть, когда он прибудет в Колвертон.

— А где же ты будешь?

— Дорогая, — Кентон мягко приподнял подбородок жены, — прошу тебя, не задавай больше никаких вопросов. Просто обещай, что Квентин обязательно получит эту записку.

— Обещаю.

— Вместе с ключом.

— Хорошо, — кивнула Памела, переведя взгляд на ключ в руке. — Да он же от твоей шкатулки, той, что составляет пару с моей.

— Да. И мне очень хочется, чтобы Квентин, прочитав мое послание, точно знал, какого поступка я от него жду.

— Это имеет отношение к Дезмонду, правда?

— Правда.

— Я слышала, мистер Гаррети прибыл сегодня днем. Он доставил тебе сведения, которые ты ждал?

— Пока нет.

Кентон сцепил пальцы. После сегодняшней записки с угрозами он пошел на огромный риск, приказав своему агенту усилить поиски. Но с другой стороны, если бы преступный план старшего сына осуществился, это могло бы иметь пагубные последствия не только для самого Дезмонда, но и для всей семьи. Поэтому, несмотря на все разочарования, Кентон видел свой первейший долг в том, чтобы защитить свой дом и его обитателей.

— В чем бы ни был замешан Дезмонд, тебе нужны детали, — пробормотала Памела, словно прочитав мысли Кентона.

— Да. Я должен все узнать… ради нас самих. Памела кивнула, сжав в руке письмо и ключ:

— Я не стану тебя больше расспрашивать — ни о твоих неприятностях, ни о причинах, по каким ты не хочешь разделить их со мной. Что касается Квентина, ты прав, что решил довериться ему. Конечно, они очень разные, к тому же Дезмонд выдумал какое-то несуществующее соперничество, но Квентин любит своего брата. Он поступит как надо.