Экономка тайного советника - Дия Семина

Мы с канцлером с облегчением выдохнули.

— Может быть, и так, я тоже это чувствую, но наверняка не могу сказать, может быть, у книги позже спрошу. Мне бы несколько дней поработать сиделкой, чтобы окончательно помочь оправиться от болезни Его сиятельству.

— Боюсь, что это невозможно. Вчера появился новый пациент с таким же диагнозом. А я теперь сомневаюсь, сможем ли мы его спасти? — озадаченно прошептал государственную тайну Андрей Васильевич.

— А что не так? Я, кажется, поняла о ком речь! Алексей?

— Да, он! Что, если ты ангел-хранитель только для своего родного человека, а сможешь ли помочь другому, причём довольно агрессивно настроенному по отношению к тебе?

Улыбаюсь, вспоминая запонку, он и правда агрессивно настроен к таким, как мы.

— Но попробовать надо, тем более я разработала методику, мне бы, кстати, нужен плесневелый сыр или хлеб, всего кусочек на тарелочке, так более эффективно.

Модест Сергеевич оживился:

— Пенициллин изобретаешь?

— Типа того, но магический, потом расскажу. Это прожорливая армия, которая пожирает магические энергии, если вы Андрей Васильевич хотите, то можете присутствовать. Пенициллин — да, это ж вроде какая-то плесень. Хорошая идея, надо будет добавить к списку. Смартфон хочу ещё сделать.

Я слишком увлеклась…

— Смартфон? — удивлённо спросил Разумовский.

— А это замечательная идея, — поддержал Орлов.

— Да. Магическое переговорное устройство. Панель из природного материала, может кремний или ещё какой-то минерал, в него «зашить» магическое заклинание, пусть не голосовые сообщения, но СМС, коротенькие тексты стилусом написать друг другу можно, и таким образом оставаться всегда на связи, и за каждым вопросом не нужно ездить или отправлять гонца.

Орлов расплылся в улыбке.

Разумовский завис, осмысляя сказанное, но я уже чувствую, что ему эта грандиозная идея очень понравилась и кажется, он уже понимает, каким образом можно эту систему организовать.

— Ульяна, скажи правду, ведь ты не она? Что-то случилось, и ты стала другой, мыслишь иначе, ведёшь себя слишком эмансипировано и идеи потрясающие выдаёшь?

— Это плохо? — я немного напряглась, а Орлов снова сжал мои пальцы, он так и не отпускает руку.

— Это прекрасно! Удивительно и бесконечно интересно. Мы обязательно всё это обсудим. Но кто ты!

— Сама не знаю! Позже спрошу у книги! А сейчас попросите подать нам завтрак, я хочу сама покормить дорогого князя Модеста Сергеевича, и потом Вере Антоновне оставить некоторые инструкции по уходу.

Разумовский быстро вышел. А мы с канцлером остались.

— Юль, ты ведь меня не оставишь?

— Нет! Но надо спасать царевича, наверное, вечером не смогу приехать, но завтра утром обязательно навещу! А вы, дорогой князь, ешьте, спите, поправляйтесь и живите, скоро у нас начнётся век перемен!

Он улыбнулся и подтянул мою руку к своим губам, поцеловал и отпустил.

— Со мной всё будет хорошо! Не волнуйся, себя береги. Болезнь-то ужасная. А ты мелкая!

— Не такая и мелкая! Это правильный подход, жить надо, раз есть шанс!

Глава 61. К царю…

После завтрака мне пришлось выдержать шквал благодарности от Веры Антоновны, она расцеловала меня, обняла и не хотела отпускать.

И я подозреваю, причина тому — страх.

Она боится, что болезнь к мужу вернётся, стоит мне только уехать.

— Смотрите, чтобы вам было спокойнее, я на листочке напишу небольшое лечебное заклинание и спрячу под подушку Его светлости, этот листок останется вместо меня работать.

— А может, всё же останетесь?

— Сказали, что сегодня заболел Алексей, и пока болезнь не нанесла ущерб царственному здоровью, мне придётся спасать его ветряную голову.

— Ульянушка, а как же? Ты всю ночь не спала, и теперь снова? — она держит меня за руки и так внимательно смотрит, что соврать не получилось.

— Я спала, Модест Сергеевич мне уступил уголок кровати. На самом деле после чистки я упала и очнулась только утром. А после вкусного завтрака и так и вовсе полна сил.

Быстро сажусь за столик и пишу маленькое заклинание, сворачиваю лист и прячу под подушку князю Орлову. Он пока молчит, боится нелепыми словами и вопросами выдать себя.

И правильно, в его случае молчание — золото.

Целую его руку и шепчу, что надо быть смелее, не затягивать с налаживанием отношений, начать лучше с конфетно-букетного периода, романтика никогда лишней не была в отношениях.

Ещё раз пожала руку канцлера, и самого дорогого человека в этом мире, самой страшно его оставлять, выслушала его пожелания и просьбу возвращаться скорее. Я бы и не уезжала, но меня уже ждут, карету давно прислали из дворца.

Переобулась в ботинки, забрала с собой шерстяные носки и поспешила в шикарный экипаж, очень хотелось хоть на несколько минут заехать домой и проведать Варю, но Разумовский перед тем, как уехать, попросил не задерживаться.

Хорошо, что его срочно вызвали на службу, там сейчас такое началось. Мне кажется, что я слышу гул, с каким Тайная канцелярия, как пылесосом вычищает всю темень из города. Тем не менее меня радует то, что я сейчас в карете одна, и могу немного пообщаться с книгой.

— Скажи мне, как ты попала к Ульяне?

«Подарок отца, наследие рода от бабушки».

— Понятно, значит, у всех тут книги персональные, а вот я мельком слышала, что у Разумовского тоже есть книга, но она от него закрылась, это в каких случаях происходит? — задаю очень пикантный вопрос, не рассчитываю получить ответ, но книга порцией откровенности повергла меня в лёгкий шок. Не так всё просто с магией?

«Некоторые книги закрываются, если хозяин долгое время работал с чёрной магией, а князь уже на краю!»

Прочитала и замерла…

Если такой человек, как Разумовский, чуть было не скатился во тьму…

— Вот это новость! Я же могу и него подлечить? Мне это не навредит? — шепчу, потому что уже и за себя стало боязно, не просто боязно, а страшно.

«Мы уже с ним работаем, он верит в твои силы и в себя верит, ты подарила ему надежду!»

— Уф! Вот и замечательно, но ты поищи какие-то заклинания, чтобы он окреп и стал собой, ладно?

И тут книга выдала такое, что я покраснела, словно сейчас сам Разумовский сидит