Не развод, а война - Дана Вишневская

Тихон Аркадьевич уже сидит за столиком в дальнем углу. Строгий костюм, очки, папка с документами — типичный адвокат.

— Добрый вечер, — здороваюсь я, садясь напротив.

— Добрый. Рассказывайте, что случилось.

Официантка подходит, я заказываю кофе. Тихон просит чай.

— Руслан сходит с ума от того, что я встречаюсь с другим мужчиной, — начинаю я осторожно.

— Я помню, как вы эффектно об этом объявили, и что?

Пауза.

— Это... сложно.

— Злата Владиславовна, мне нужна конкретность, если вы хотите, чтобы я вам помог.

— Хорошо, — вздыхаю я. — Вы знаете, что никого у меня нет. Я соврала Руслану из мести.

Тихон поднимает брови:

— И не подумали о последствиях?

— Хотела, чтобы он почувствовал то же, что чувствовала я, когда узнала про его любовницу.

— Понятно. И теперь он ищет несуществующего соперника?

— Да. Нанял частного детектива, следит за каждым моим шагом. Вчера ворвался в студию, перевернул всё вверх дном.

— Это уже преследование. Можем подать заявление.

— Пока не хочу. Но он становится опасным.

Официантка приносит заказ. Пью кофе, пытаюсь успокоиться.

— А что если он найдёт какого-нибудь Ивана Петрова? — спрашиваю я.

— Кого?

— Я назвала ему это имя. Сказала, что встречаюсь с художником Иваном Петровым.

Тихон качает головой:

— Злата Владиславовна, вы понимаете, во что это может вылиться? Если ваш муж найдёт невинного человека с таким именем...

— Господи, я не подумала об этом.

— Нужно как-то выходить из ситуации. Может, скажете правду?

— Нет! — резко отвечаю я. — Пусть помучается.

— Тогда будьте осторожны. Ревность — опасная штука.

Сидим молча несколько минут. Я пью кофе и думаю о том, что натворила. Может, действительно зря всё это затеяла?

— Кстати, — говорит Тихон, доставая документы из папки, — по поводу вашего дела. Нужно обсудить стратегию раздела имущества.

— Какую стратегию?

— У нас есть документы о тайных счетах мужа. Можем требовать не только половину, но и компенсацию морального вреда.

— За что?

— За измену, за психологическое давление, за ущерб вашему бизнесу.

Склоняюсь над документами, изучаю цифры. Суммы внушительные.

— Сколько мы можем получить?

— При удачном исходе — процентов семьдесят от общего имущества.

— Хм. А он согласится?

— А он согласится на что угодно, лишь бы эти документы не попали в налоговую, — усмехается Тихон.

Мы обсуждаем детали, когда вдруг дверь кафе распахивается с таким грохотом, что все посетители оборачиваются.

В проёме стоит Руслан. Лицо красное от ярости, глаза безумные. Он быстро оглядывает зал, находит меня взглядом.

— Вот ты где, сука! — орёт он, направляясь к нашему столику.

Сердце проваливается в пятки. Господи, он что, следил за мной?

— Руслан, успокойся, — встаю я.

— Заткнись! — рычит он, подлетая к столу. — Значит, вот он, твой любовник!

Смотрит на Тихона с такой ненавистью, что адвокат инстинктивно отодвигается.

— Молодой человек, — начинает Тихон вежливо, — боюсь, вы ошибаетесь. Я адвокат вашей жены, и мы обсуждаем...

— Адвокат?! — перебивает Руслан. — Какой нахрен адвокат! Ты спишь с моей женой!

— Руслан, ты что, дебил? — шиплю я. — Это действительно мой адвокат!

— Не ври мне! Я видел, как вы сюда заходили! Как мило беседовали!

— Потому что мы работаем!

— Работаете! — издевается он. — В постели работаете, да?

Весь зал уставился на нас. Люди достают телефоны, снимают. Официантки шушукаются в углу.

— Господин Громов, — пытается вмешаться Тихон, — я понимаю ваши подозрения, но...

— Ты заткнись, ублюдок! — поворачивается к нему Руслан. — Сколько она тебе платит? Или ты бесплатно её трахаешь?

— Руслан! — кричу я. — Прекрати немедленно!

— Не прекращу! Вы думали, я дурак? Что я не догадаюсь?

— Да о чём ты говоришь?

— О том, что твой Иван Петров — это он! — тычет он пальцем в Тихона. — Художник хренов! Только фамилию сменил!

Мозг отказывается работать. Он что, правда думает, что мой адвокат — это выдуманный мною любовник?

— Руслан, это бред...

— Бред?! А почему тогда вы так уютно сидели? А, Мензуров? Или всё-таки Петров?

Тихон встаёт, пытается сохранить достоинство:

— Господин Громов, советую вам немедленно покинуть заведение. Иначе я вынужден буду вызвать полицию.

— Полицию?! — взрывается Руслан. — Да я тебе сейчас морду набью, ты, адвокатишка хренов!

— Руслан, остановись! — хватаю я его за рукав.

Он стряхивает мою руку, наклоняется к Тихону:

— Слушай меня внимательно, придурок. Это моя жена. Понял? Моя! И если ты ещё раз к ней прикоснёшься...

— Молодой человек, — начинает Тихон спокойно, — я...

— Заткнись! — рявкает Руслан. — Думаешь, я не вижу, что тут происходит? Думаешь, я идиот?

— Руслан, прекрати! — шиплю я. — Ты позоришься!

— Позорюсь? — он поворачивается ко мне, глаза налиты кровью. — А ты что делаешь? Шляешься по кафе с любовниками!

— Это мой адвокат!

— Адвокат? — смеется он истерично. — Да конечно! И поэтому вы так нежно держались за ручки? И поэтому ты наклонялась к нему, как влюблённая дурочка?

Тихон Аркадьевич пытается встать:

— Я думаю, мне лучше...

— Стой! — Руслан хватает его за рукав. — Никуда ты не уйдёшь! Сколько она тебе платит? Или ты даром стараешься?

— Руслан! — я вскакиваю. — Ты совсем обалдел?

— Обалдел? — он оборачивается ко мне. — А что ты хотела? Что я буду спокойно смотреть, как ты крутишь романы налево и направо?

— Какие романы? — кричу я. — О чем ты говоришь?

— О твоём Иване Петрове! Помнишь такого? Или уже забыла, сколько у тебя их?

Мать твою... Он действительно поверил в мою выдумку. И теперь мучается, думая, что у меня толпы любовников.

— Руслан, ты идиот, — говорю я, но в голосе слышится неуверенность.

— Идиот? — он подходит ближе, нависает надо мной. — Идиот