Мрачная ложь - Вероника Дуглас

Я могла бы включить фонарик, но мои чувствительные глаза оборотня быстро приспособились к окружающей обстановке, и мне показалось более уместным охотиться за призраком в темноте.

Проходящие агенты и оборотни вытоптали кустарники, и запах нашей стаи был повсюду. Проходя мимо, они растоптали старые, скрытые надгробия — когда-то часть периметра кладбища, а теперь заросшие лесом.

Я надеялась найти точное место, где раньше видела ведьму, но в темноте это было невозможно, поэтому через некоторое время я просто крикнула:

— Эй! Я ищу ведьму Пер-Чейни! Я думаю, ты помогла мне сегодня вечером?

Я затаила дыхание. Прошла минута. Ничего.

Сложив ладони рупором у рта — и не будучи по-настоящему уверенной в том, что имею хоть малейшее представление о том, что делаю, — я снова позвала:

— Привет! Призрак! Спасибо за предупреждение. Это спасло нашу стаю! Но мне снова нужна твоя помощь!

По-прежнему ничего.

Я стиснула зубы. После всего того, как призраки подкрадывались ко мне, разве у них не должно было хватить порядочности прийти на мой зов?

Поскольку у меня не было спиритической доски и я ничего не знала о вызове призраков, я просто продолжала кричать.

Довольно скоро мои голосовые связки начали зудеть. Звезды сверкали над головой, но призрак не появился. Все это было бесполезно.

— Сави, пора убираться отсюда! — Джексон крикнул откуда-то издалека. — Это не работает. Это был хороший план, но мы найдем другой способ.

Я облизала зубы. Черт. Возможно, он был прав, и я далеко забрела.

От нечего делать я посмотрела на злорадствующие деревья и крикнула в последний раз:

— Эй, леди-призрак! Показывайся, мать твою!

Ничего. Просто темные, самодовольные деревья мягко шелестят листьями в саркастических аплодисментах.

— Да, пошли вы, — пробормотала я и повернулась обратно — прямо в бледное, неуловимое лицо ведьмы.

Слишком потрясенная, чтобы закричать, я отшатнулась, споткнулась о разбитое надгробие и приземлилась в кустах ежевики.

Бесплотная фигура подплыла и посмотрела вниз. Это была женщина, которая предупреждала меня ранее. Она была молода — возможно, восемнадцати лет — с растрепанными волосами и в грязном платье. Хотя она была полупрозрачной, я не могла видеть сквозь нее.

Моя рана начала ныть, и мороз пополз от нее по всему телу.

Она повернула голову и с голодной усмешкой протянула руку.

— Ты пришла поторговаться за свою душу?

У меня перехватило дыхание, и я зарылась пальцами в грязь.

— Что? Нет! Ни в коем случае!

— Жаль.

Молодая женщина прошла между деревьями.

Резко вдохнув, я вскочила на ноги и инстинктивно начала притягивать к себе тени.

Призрак рассмеялась.

— Ах, да, такая восхитительно темная магия, такая восхитительно холодная!

Я не могла сказать, были ли это просто тени или сами деревья, но они, казалось, сгибались с ее появлением, когда она кружила вокруг меня.

— Пожалуйста, мне нужна твоя помощь, — взмолилась я, медленно поворачиваясь, чтобы проследить за ее вращением.

Она резко остановилась.

— Я уже помогла тебе. Я не сделаю этого снова — по крайней мере, без сделки.

Затем она наполовину скрылась за деревом.

От слова сделка у меня по спине пробежали мурашки, но я облизнула губы и сделала шаг вперед.

— Почему ты помогла мне? Почему не хочешь сейчас?

В мгновение ока она оказалась в нескольких дюймах от моего лица.

— Я помогла тебе, потому что ты одна из нас.

Моя кожа превратилась в лед — из-за глубокого холода, который исходил от нее, и из-за слов, которые она произнесла.

— Я не понимаю. Из-за моей магии?

Она указала на мое плечо. На мою рану.

— Потому что ты мертва и с нами в подземном мире.

Мороз по моей коже проник глубоко в мои внутренности.

— Я не мертва.

— Часть тебя. Маленькая частичка. Она здесь, с нами. — Она рассмеялась и унеслась прочь.

Я коснулась своей раны. Маленькая частичка моей души умерла?

Черт.

Но должно было быть что-то еще.

— Драган тоже мертв, но ты помогла мне. Почему?

Призрак медленно повернулась и рассмеялась слишком сладкой трелью.

— Он недолго будет мертв, любовь моя. Нет, если он сможет вернуть твоего бога. Темный Бог придаст ему новую форму, а этого никто не хочет — ни живые, ни мертвые.

Я сглотнула, хотя это не помогло моему пересохшему горлу.

— Тогда, пожалуйста, помоги мне!

Она взлохматила волосы и подошла так близко, что у меня застучали зубы, а рана заныла.

— Помоги мне. Тогда я помогу тебе.

Голос Джексона эхом разнесся по лесу.

— Саванна!

Он был ближе. Я обернулась и крикнула:

— Со мной все в порядке! Дай мне минуту.

Когда я обернулась, призрак исчезла.

Черт возьми!

Я развернулась, оглядывая деревья.

— Я помогу тебе, но как?

Тишина. Затем голос прошептал мне на ухо:

— Принеси мне надгробный камень. Красивый, который никогда не поблекнет.

Я взвизгнула и развернулась, снова оказавшись в нескольких дюймах от нее.

У меня перехватило дыхание, когда она опустила высокий воротник своего платья и запрокинула голову, чтобы я могла увидеть темные синяки на ее бледной, полупрозрачной шее.

— Они оставили меня висеть в этом лесу — так и не похоронив должным образом. Оставили мои кости на растерзание волкам!

Я поднесла руку ко рту.

— Мне так жаль. Почему…

Она издала вопль, который пронзил глубины моего разума, и я зажмурилась, как будто это могло заглушить неземной звук.

— Они обвинили меня в колдовстве и вышвырнули из моего города. Повесили меня на дереве!

Призрак опустилась у подножия дуба и начала тихо всхлипывать, закрыв лицо руками.

Я хотела протянуть к ней руку, но инстинкт подсказывал мне не прикасаться.

— Мне так жаль.

Подавив слезы, она сложила руки на коленях, выпрямила спину и заговорила мягким и контролируемым голосом, в котором горела скрытая напряженность.

— Я отомстила им. Я принесла чуму, болезни и несчастья, пока они и все их дети не были похоронены. Пока не осталось ни одного человека. Теперь о них забыли.

Мой желудок сжался от ее нежной улыбки. Она встала и плавной походкой перешла от дерева к дереву.

— Теперь их надгробия превратились в руины. Их могилы разграблены и заброшены. Принеси мне надгробный камень, который никогда не треснет, который никогда не пострадает от непогоды, и я смогу успокоиться, зная, что из всех, кто жил в этом проклятом городе, я буду единственной, кого помнят!

Мне нужна была ее помощь, поэтому