Боль - Вера Холлинс

Нет. Нет, нет, нет. Я не хотела, чтобы он дрался. Больше никогда.

— Если у него с этим проблемы, он знает, где меня найти, — прорычал он и завершил разговор, швырнув телефон на тумбочку. Он ударился о поверхность с громким стуком и соскользнул, остановившись у края. Тяжёлый груз упал мне в живот. Он был в беде.

— Блядь. Блядь. Блядь! — Он схватился за голову, застонав от боли. — Этот сукин сын… Чертов ублюдок…

— Хейден?

— Что? — Рявкнул он, его тело источало напряжение. Он не повернулся ко мне.

— Тебя заставляют драться?

Он сжал кулаки.

— Это не твоя проблема.

Я встала, обошла его кровать, и присела перед ним, внезапно почувствовав холод. Его глаза пылали яростью, когда он уставился на меня.

— Я беспокоюсь о тебе, Хейден. Я…

— То, что я собирался совершить ошибку, поцеловав тебя минуту назад, не даёт тебе права…

— Ошибку? — Я повысила голос, не желая этого, грудь напряглась. — Но мы оба этого хотели!

— Почему ты бросила меня? — Задал он тот же вопрос, что и вчера, удивив меня.

Я отвернулась. Я была совершенно не готова к этому вопросу.

— Так я и думал, — мрачно проговорил он. — Ты даже не можешь ответить на это и хочешь, чтобы я тебе поверил? — Его глаза наполнились льдом.

— Я могу ответить! — Я встала, слишком смущенная, чтобы так легко высказать свои чувства.

— Тогда почему ты не можешь сказать это?! — Он выпрямился во весь рост и застонал от боли. — Почему ты должна быть такой слабой во всем?

Я вздрогнула, мгновенно вспомнив слова, которые он сказал мне в больнице. Он презирал мою слабость с самого первого дня.

— Ты думаешь, мне нравится быть слабой? — Выстрелила я в ответ. Мои щеки вспыхнули, но я отказалась заползать обратно в свою раковину. — Я ненавижу себя за то, что я такая. Я ненавижу себя за то, что я слабая и не могу сказать то, что хочу сказать! Я хочу быть сильнее, но у меня есть свои демоны, и я думала, что ты поймешь это, потому что они есть и у тебя. У тебя те же демоны, которые тянут тебя вниз и не дают тебе сказать то, что ты хочешь сказать, потому что ты так переполнен недоверием, что иногда тебе кажется, что в мире нет ничего хорошего! Все существуют, чтобы использовать тебя и ударить тебя в спину. Ты интерпретируешь каждый взгляд или действие других как что-то, направленное против тебя, и ничего не можешь с этим поделать. Ты всегда сначала относишься к чему-то негативно, прежде чем попытаешься бороться с собой и увидеть это в позитивном ключе.

Я тяжело дышала. Боль образовалась в затылке.

— Вот мой ответ: ты причинил мне так много боли раньше, Хейден. Так много. Ты оставил мне так много шрамов, которые никогда не заживали. Я не могла простить тебя тогда. Не имело значения, что я чувствовала к тебе, потому что я не могла преодолеть свою боль. Она была слишком свежей и сырой, и я не была готова быть с тобой.

Его глаза… Его глаза опустошали все во мне. Они были омрачены болью и одиночеством, вызывая боль глубоко в моей груди. Он медленно вдохнул и выдохнул, повторив это несколько раз, как я видела раньше.

— Со временем я поняла, что не могу выбросить тебя из головы. Я поняла, что хочу сделать тебя счастливым. Я хочу прикоснуться к тебе и… — Я закрыла глаза. — Я хочу поцеловать тебя, — прошептала я, смущенно, но мне нужно было, чтобы он это знал. Мне нужно было, чтобы он знал, что он не один. Я открыла глаза. — Ты не один. Я здесь.

Я сделала шаг к нему, но он не двинулся. Он продолжал глубоко дышать, молча глядя на меня, сжимая и разжимая руки.

Почему он ничего не говорит?

— Пожалуйста, скажи что-нибудь. — Он молчал, пытаясь контролировать дыхание. Я посмотрела на его рот, когда он открыл его, чтобы сделать еще один глубокий вдох. — Почему ты так дышишь?

Он отвернулся, мускул на его челюсти дернулся.

— Это помогает мне успокоиться, когда я чувствую себя полным дерьмом.

Я сделала еще один шаг к нему.

— Ты научился этому на терапии? — Спросила я, все еще глядя на его рот.

Все его тело напряглось. Он медленно повернул голову, чтобы посмотреть на меня, его глаза сузились до щелочек.

— Что за херню ты только что сказала?

Я побледнела.

— Я…

— Откуда ты, черт возьми, знаешь о моей терапии?

Черт возьми.

Миссис Блэк рассказала мне о его пограничном расстройстве личности, потому что она хотела, чтобы я от него отказалась, но я всегда надеялась, что она поговорит с ним о нашем разговоре. По какой-то причине она ничего ему не сказала, и я почувствовала разочарование.

Я отступила назад, мои нервы бушевали во мне. Я должна была сказать ему правду. Я не могла лгать или молчать об этом.

— Твоя мама рассказала мне.

Его глаза вспыхнули яростью.

— Когда?

Я сделала еще один шаг назад.

— Когда я проснулась в больнице после нападения Джоша.

Его глаза расширились, мышцы напряглись от растущего гнева.

— Что она тебе сказала? — Его голос дрожал, почти неузнаваемый из-за яда и ярости.

Я сделала еще один шаг назад и врезалась в его стол. Я хотела, чтобы он узнал правду, но я не хотела, чтобы он был таким.

— Хейден…

— Что она тебе сказала?! — Он сократил расстояние между нами и зажал меня между собой и столом.

Я постаралась сделать свой голос как можно спокойнее.

— Она рассказала мне о твоем состоянии. Она рассказала мне о пограничном расстройстве личности.

Его руки сжались в кулаки по бокам, и мое сердце забилось за него. Я наконец поняла, как ошибалась миссис Блэк. Она сделала это за его спиной. Она сделала это, чтобы защитить меня, но она проигнорировала чувства Хейдена, ведя себя так, будто они были неважными и неуместными. Она не доверяла мне, как правильному человеку для него, но она также не доверяла своему собственному сыну, чтобы он мог бороться со своими демонами и иметь счастливые отношения. Она списала его со счетов как безнадежное дело.

Я понимала, что у нее были добрые намерения, и она хотела спасти нас от потенциального разбитого сердца и страданий, но она должна была принять во внимание наши чувства и возможность того, что мы справимся.

— Ты знаешь о моем расстройстве? — Его голос был глубже от боли и стыда.

— Да.

Он