Уроки плохих манер - Сюзанна Энок

Стивен был доволен собой, и Бартоломью не стал его разуверять. Он вел себя не слишком-то любезно, когда его родные вернулись в Лондон. И не будь рядом с ним Терезы и Лакаби, вряд ли он стал бы таким, каким был сейчас.

Бартоломью с семьей прибыл на бал раньше Уэллеров. Хотя Тереза, или ее брат, или бабушка, или все они вместе вполне могли принять решение не ездить сегодня в гости. Отсутствие Тесс вынудило Бартоломью то и дело переключать внимание с собравшихся в зале гостей на высокие двойные двери.

— Полковник Джеймс.

Бартоломью поднял глаза. Перед ним стоял мужчина лет на десять старше его самого, в очень похожем мундире с бело-золотыми эполетами на плечах.

— Генерал Мейхью.

Вскочив с кресла, Бартоломью отдал честь. Да, он ушел в отставку, но сегодня предпочел надеть мундир. Поэтому ему не хотелось, чтобы его лишний раз обвинили в непочтительности и недостойном поведении.

— Как вам не стыдно, Джеймс, выставлять себя напоказ, в то время как ваши люди лежат где-то мертвые.

— Не где-то, генерал, а в Индии, — холодно ответил Бартоломью, прекрасно осознавая, что все вокруг прислушиваются к их беседе. — Мы вытащили их из колодца, в который всех нас бросили «душители». Вы ведь не думаете, что мои солдаты прыгнули туда сами?

— Ну, это ваш взгляд на развитие событий. Я же больше ни от кого не слышал подобного вздора.

— Неудивительно, поскольку истина прижата туго набитым кошельком.

В толпе раздался тихий смех, и без того красное лицо генерала стало багровым.

— Это непростительная дерзость, — брызгая слюной, рявкнул он.

— Но ведь это вы затеяли спор с инвалидом, — как ни в чем не бывало произнес Бартоломью. — Вы хотя бы понимаете, что ведете себя как фигляр и задира? — Он снова отдал честь, а потом уселся в кресло. — Приятного вам вечера, генерал Мейхью.

Когда тот удалился прочь, бормоча себе под нос проклятия, вернулся Стивен с двумя бокалами в руках. Один, наполненный шотландским виски, он передал брату.

— Не слишком ли жестоко ты с ним обошелся?

— Вообще-то я предпочел бы сразиться с ним на кулаках:

— В таком случае я не стану сетовать на то, что ты изменил свое первоначальное намерение, — произнес Стивен, — но почему ты это сделал?

Бартоломью затаил дыхание. Даже не оглядываясь по сторонам, он знал, что Тереза здесь и идет к нему.

Стивен продолжал говорить, но Бартоломью уже не слышал его слов. Все его внимание было приковано к восхитительной молодой леди с серо-зелеными глазами и волосами цвета растопленного меда. Сегодня на ней было изумрудно-зеленое шелковое платье. Шею, левое запястье и уши украшал гарнитур из камней того же цвета.

Жидкий огонь разлился по жилам Бартоломью, и желание накрыло его мощной волной. Он хотел Терезу. Немедленно. Ему показалось было, что она обрела способность мыслить здраво и пройдет мимо, но он все же поднялся с кресла.

Остановившись, Тереза заглянула ему в глаза.

— Добрый вечер, Толли, — произнесла она слегка дрожащим от волнения голосом.

Святые небеса, как же ему хотелось дотронуться до нее. Вцепившись пальцами в полы кителя, Бартоломью почтительно склонил голову.

— У меня захватило дух от вашей красоты, — признался он.

— Это хорошо. Значит, не зря я старалась. — Тереза лукаво улыбнулась.

Спустя мгновение к ней присоединились брат и бабушка. Лорд Уэллер казался взволнованным, но изо всех сил старался скрыть это. Он прекрасно понимал, что сестре не стоит здесь находиться. Вдовствующая же виконтесса прямо сияла, переводя взгляд с внучки на Толли. Хоть кто-то одобрял их пару, если они вообще смогут когда-нибудь стать парой.

— Я вижу Харриет, — произнес лорд Уэллер, указывая на противоположный конец зала. — Нужно подойти поздороваться.

Тереза покачала головой: — Я останусь здесь.

— Ты не можешь сделать этого, Тролль, — чуть тише произнес ее брат. — Никто еще даже не вписал имени в твою карточку.

Пробудившийся в глубине души Толли собственник был польщен тем, что Тереза предпочла его всем остальным, но хладнокровный и трезвомыслящий полковник понимал, что это не доставит ей радости.

— Тесс, — произнес он с улыбкой, — не стоит понимать буквально выражение «будь рядом со мной». Я знаю, что вы любите танцевать.

— Это ничего не значит.

Сдвинув брови и скрестив руки на своей восхитительной груди, Тереза упрямо повторила:

— Вовсе нет.

Подошедшая Вайолет недоуменно переводила взгляд с брата на Терезу.

— Толли сказал, что я должна быть как можно более обворожительной, чтобы никто не смог сказать, что наша семья им не нравится, — пояснила она. — Поэтому я намерена танцевать со всеми подряд, и начну с самого недовольного джентльмена.

Тереза упрямо тряхнула головой:

— И я не отстану.

— Спасибо, Тесс, — тихо произнес Бартоломью, незаметно проведя пальцем по подолу ее платья. — Оставишь для меня танец?

— Таков был первоначальный замысел, — ответила девушка. — А теперь посмотрим, что я смогу сделать. — Развернувшись, она пошла прочь.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — прошептал Стивен. С этими словами ушел и он. Как показалось Бартоломью, присмотреть за сестрой.

У Вайолет не было опыта и умения Терезы превращать любую беседу в нечто веселое и очаровательное. Бартоломью претило то, что девушки рисковали ради него собственной репутацией, но, похоже, он ничего не мог с этим поделать.

Кто-то постучал пальцем по его плечу. Внутренне сжавшись, Бартоломью обернулся и с облегчением увидел лорда Уэллера.

Брат Терезы смотрел оценивающе.

— Никогда бы не подумал, что она выберет вас, — произнес он наконец. — Но, принимая во внимание ее прошлое, это вполне объяснимо. И все же, прошу вас, не втягивайте ее в скандал. Пожалуйста.

— Обещаю, что постараюсь оградить ее от неприятностей. Но она очень упряма.

— Знаю. — Майкл неохотно улыбнулся. — Мне остается лишь надеяться, что все сложится для нее хорошо. — Он глубоко вздохнул. — Хочу, чтобы вы знали: я дал согласие на то, чтобы Монтроуз ухаживал за ней.

Бартоломью стиснул зубы.

— Я не собирался ни о чем подобном вас просить.

— И все же я согласен, чтобы и вы тоже ухаживали за моей сестрой. — Кивнув Бартоломью, Майкл взял под руку леди Агнес и пошел прочь.

Бартоломью оставили все. Кроме Лакаби.

— Что думаете? — спросил он камердинера.

— Я считаю, что нам лучше подъехать поближе к столу со сладостями.

— Есть еще какие-нибудь полезные наблюдения?

— Мейхью мерзавец. Здорово вы его отбрили. Только его мнение мало что значит.