Не та невеста - Валерия Аристова

Кэрри обернулась:

— Ты же сказал, уходить. Я ухожу.

— В таком виде?

Она пожала плечами.

— Я же хозяйка этого дома, помнишь? Что может мне мешать ходить по нему в любом виде, в котором я пожелаю!

Он бросился к ней, подхватив по пути упавший на пол пеньюар.

— Оденься!

— Не буду.

Он тряхнул пеньюар, ища рукава, и попытался просунуть в них руки Кэролайн. Но его руки так дрожали, что это было совсем непросто. Кэрри смеялась, совсем не сопротивляясь ему, но и не помогая.

— Леди Кэролайн, я уверен, что вы сохранили какие-то остатки знаний о приличиях, — он сдался, поняв, что одеть ее ему не удастся. Пеньюар свисал с одной руки Кэрри, а та так и стояла перед ним совершенно обнаженная с дерзкой улыбкой на лице.

Вдруг Кэрри сделала одно движение, и вот уже лорд Эдвин оказался окутанным шелком ее пеньюара, а она держала ткань двумя руками с двух его сторон. Он оказался почти прижат к ней, и попытался выбраться, поднырнув снизу, но Кэролайн опустила руки и не давала ему вырваться из плена. Кэрри смеялась, смотря, как он мужественно борется с пеньюаром, отпустила ткань и повисла у него на шее, ища губами его губы.

— Вы ведете себя, как дурак, лорд Эдвин Фицжеральд, — прошептала она.

Губы их встретились, и Кэролайн чуть не закричала, когда он схватил ее в объятья с такой силой, что ее ребра издали какой-то ноющий звук. Но лорд Эдвин не слышал ее крика, он рванул на себе рубашку, прижимая Кэролайн к своей обнаженной груди. Потом подхватил ее на руки и в три шага преодолел расстояние до кровати.

— Ты победила, — прошептал он, задыхаясь от страсти, — Кэролайн, Кэрри...

Он избавился от остатков одежды, и тут же вошел в нее, будто не мог больше ждать ни секунды. Когда же все закончилось, и он лежал, прижавшись к ней всем телом, зарываясь лицом в ее растрепанные волосы, Кэролайн казалось, что только сейчас она вышла замуж. Только сейчас она получила его. Получила всего, целиком.

Эдвин поднялся на локтях, рассматривая ее лицо в полумраке.

— Только не изменяй мне, — прошептал он, проводя рукой по ее лицу, — умоляю, Кэрри, я этого больше не вынесу...

Кэрри улыбнулась. Подняла руку и тоже провела пальцами по его щеке. Эдвин смотрел на нее с такой мольбой, что в груди ее стало легко. Да. Он теперь ее. Навсегда.

А потом они долго любили друг друга, наслаждаясь каждой лаской, каждым движением, каждым словом, что срывалось с их губ в порыве страсти.

— Я никогда не изменю тебе, — прошептала Кэролайн ему на ухо, когда рассвет забрезжил за окном, — Эдвин, я люблю тебя

Глава 9. Гости из прошлого

…

Почему вдруг Остхилл стал казаться ей таким красивым? Кэролайн целыми днями рассматривала картины, скульптуры, любовалась лепниной на стенах. И совсем он не мрачный и не серый. Ну да, камень, конечно, серый, но того приятного оттенка, что радует глаз.

По утрам они с лордом Эдвином выезжали кататься на лошадях, катались по аллеям парка, ездили на реку, много разговаривали и смеялись. Ей все нравилось в нем. Неожиданный в нем дар рассказчика, его тонкий юмор, его желание слушать ее. Кэрри делилась с ним своими мыслями по любому поводу и не находила осуждения. После ланча лорд Эдвин поднимался к себе, и Кэрри оставалась одна. Но больше ей не было скучно. Он приходил к ней, как только освобождался, а Кэролайн до этого просто сидела в гостиной и ждала его, читая книгу или вышивая, и совсем не ощущая себя пленницей каменного Командора.

— Мы обязаны вернуться в Лондон, чтобы закончить сезон, — сказал он спустя неделю, — я и так пропустил несколько заседаний в Парламенте, и это, ты понимаешь, совсем неправильно. Если хочешь, можешь завершить свой портрет.

Он поцеловал ее руку, и Кэрри оценила высший уровень доверия, который был ей оказан. Лорд Эдвин хотел показать ей, что больше не станет ревновать, а она обязалась не давать ему повода.

— Хорошо, — сказала она, — только с условием, что я буду приглашать в комнату Сьюзан.

Сьюзан осталась одна при их отъезде, и мать срочно выехала в Лондон, чтобы приглядеть за дочерью. Что она скажет, когда вернутся лорд и леди Фицжеральд можно было достаточно легко угадать.

Отъезд был назначен через день, но лорду Эдвину что-то срочно потребовалось в соседнем городке, поэтому поездку снова перенесли до его возвращения, и Кэролайн, которой делать было нечего в отсутствие мужа, сидела у окна и вышивала. Настроение ее было самым что ни на есть радужным.

Так прошел день, и она приказала служанкам сложить вещи. Лорд Эдвин должен был вернуться до вечера, и, после страстной ночи, которую Кэрри предвкушала уже с самого утра, они отправятся обратно в Лондон.

День был в полном разгаре, когда послышался стук копыт, и Кэролайн подбежала к окну, ожидая увидеть своего мужа. Но это был не лорд Эдвин. Кэрри вглядывалась в этого человека — чернокожего, уставшего старика, и вдруг узнала в нем дядюшку Питера.

Он вошел в холл, немного подволакивая ногу, и сердце Кэролайн сжалось в предчувствии беды.

— Леди, — старик увидел ее, расцвел улыбкой и поклонился, — очень рад, что с вами ничего не случилось.

— Я тоже очень рада, что ты жив, Питер, — сказала она, делая шаг ему на встречу, — проходи к камину, тут холодно.

Старик вошел в комнату, осмотрелся, как он обычно это делал. Кэрри же смотрела на него, будто бы состарившегося еще на десять лет. Спина его согнулась, а нога явно причиняла боль. Неудивительно, после таких-то приключений, да еще и без Кэйт, которая когда-то смазывала его колено мазью и каждый день перевязывала бинтами. Надо бы приказать своим девушкам снова начать лечить его, решила Кэрри. Все в нем изменилось, но только прежней была ослепительно белая рубашка, чистый черный жилет с позументом, и шнур вместо галстука.

Дядюшка Питер встал к камину спиной, и грелся, чуть ли не мурлыча от удовольствия. Как ему удалось выбраться из джунглей, думала Кэрри. Как? Наверняка кто-то из бандейрантов выжил и взял