Невидимый муж - Анна Снегова

Я отвела глаза.

– А если она прикажет тебе что-то, что будет способно мне навредить?

Он смотрел долго потемневшим взглядом.

А потом положил большую и тёплую ладонь мне на голову.

- Не думай об этом, куколка! Это мои проблемы. Есть пара идей на этот счёт. Я разберусь. Иди, отдыхай! Тебе досталось за последнее время.

Потом повернулся к сестре и скомандовал:

- Помоги ей освоиться! Объясни, что где. Сможешь? Без того, чтобы снова не показать свой отвратный характер? Иногда мне кажется, что тебя в нашу семью подбросили йотуны.

- Возможно. Иначе как объяснить, что я одна у нас такая красавица? – показала ему язык Фрейя.

Простонав что-то неразборчиво, Белый волк отвернулся и быстрым шагом направился к выходу.

У самого порога его задержал мой оклик.

- Фенрир!

Он остановился, но не обернулся. Я проговорила робко в напряжённую спину, с трудом подбирая слова:

- Мне очень жаль, что из-за меня тебе было больно. И спасибо… что пытаешься защитить от Владычицы. Я понимаю, насколько это для тебя… опасно.

Ничего не ответив, он вышел.

Я вдруг заметила, что всё это время Фрейя смотрела на меня – долгим, пристальным взглядом. В смущении я отвела глаза. Здесь, у себя дома, она будто сняла броню – не только с тела, но и с души. Яркие эмоции, которые она совершенно ничем не сдерживала. И всё, что было на уме, тут же оказывалось на языке. Такая Фрейя мне нравилась намного больше… но её эмоций я чуток побаивалась. И сжавшись, я готовилась к её следующим словам. Которые, видно было по лицу, сейчас сорвутся с её губ.

Ожидать можно было чего угодно. И всё-таки того, что она сказала, я не ожидала.

- Мы тебя увезли против твоей воли. Фактически, похитили. Разлучили с мужем, которого ты, без сомнения, любишь без памяти. Привезли туда, где с тобой станут обращаться, как с куклой. Дорогой, обожаемой, одетой в самые драгоценные тряпки, но куклой. А ты… жалеешь и благодаришь?

Я смутилась ещё больше. Как-то в пересказе Фрейи это и правда выглядело глупо.

Но я тоже предпочитала говорить то, что думаю.

В голубых глазах вдруг появился странный огонёк. Их взгляд смягчился.

- Пожалуй, я начинаю понимать, что нашло на моего брата. И почему он тебе помогает. Хотя ты верно подметила – это опасно. И для него, и для меня. Но… В тебе что-то есть.

Я просияла и сделала шаг к ней.

На лице девушки отразился почти что страх. Она отшатнулась.

- Если вздумаешь и ко мне лезть со своими нежностями и благодарностями, я тебя точно чем-нибудь стукну!

И я осталась на месте. И правда – хотела же сказать спасибо! Фрейя ведь хоть и язвит всю дорогу, но без колебаний помогла брату прикрывать нашу ложь. Вряд ли королева пощадит их обоих, если эта ложь вскроется. Мне уже начинало казаться почему-то, что она не только вздорная и сумасбродная, но и жестокая старуха.

Но Фрейя совершенно точно как огня боялась всякий «телячьих нежностей». Поэтому я не стала благодарить. Вместо этого улыбнулась.

- Ты ведь тоже одинока? Такая же, как я. У тебя тоже нет подруг. Никого, кроме одного-единственного человека, в котором вся жизнь. Как и у меня. Я права? Так может… попробуем подружиться?

Фрейя посмотрела на меня, как на идиотку.

- Нет, она точно сумасшедшая! Пойду-ка я тоже отсюда поскорей. А то, кажется, сумасшествие этой блаженной дурочки заразно. На какое-то мгновение мне даже захотелось согласиться.

Она продолжала строить лицо суровой воительницы… но на долю секунды на губах промелькнула озорная улыбка. Которая совершенно его меняла и делала похожим на лицо юной совсем и беззаботной девчонки. Которой она, наверное, была когда-то. Так давно, что уже позабыла, каково это.

Фрейя наскоро пробормотала указания насчёт того, что я могу пользоваться на этом этаже всем, что найду. А потом подхватила с пола доспех, и её вынесло из моей комнаты со скоростью северного ветра.

Но и когда за ней закрылся проём в ледяной стене, я продолжала улыбаться.

Подружимся. Обязательно.

***

Хоть я уже и с ног валилась после всех переживаний и утомительного путешествия, сначала решила осмотреть свою «клетку», в которой мне предстояло прожить ближайшую неделю. «И это как минимум», - грустно добавил внутренний голос. Я затолкала его подальше.

Как и воспоминания о Бьёрне. Сейчас, когда меня наконец-то оставили одну, они всё сильнее пытались прорваться ко мне. А это было слишком больно. Я и так держалась всё это время, как могла. Иначе меня бы, наверное, парализовало от этой боли.

Никогда раньше я не подозревала, что можно так скучать и тосковать по другому человеку.

Воспоминания о недолгом времени, проведённом рядом, о его руках, его словах, его прикосновениях… они были постоянно рядом, будто тихий шёпот волн, который не слышно, когда его заглушают другие звуки.

А вот теперь вокруг меня наконец-то тишина. И я слышу этот шёпот так отчётливо, будто любимый мужчина снова рядом.

Я коснулась кончиками пальцев губ. Они до сих пор помнили терпкий вкус моего первого поцелуя.

Ведь я даже не успела насытиться им как следует! Нас оторвали друг от друга. Но сердце плакало и отчаянно тянулась обратно.

Думает ли он обо мне? Испытывает ли хоть малую толику того, что я к нему?

Кажется, у меня будет шанс узнать не раньше, чем истечёт эта проклятая неделя. Фенрир наверняка не зря просил так много. Он знает, чего стоит путь по этим горным лабиринтам.

Я бросила грустный взгляд за окно. Где совсем стемнело, и лишь ветер яростно швырял туда-сюда горсти холодных снежных хлопьев в темноте. Потолок осветился изнутри магическим голубоватым светом. Подушки и снежно-пушистое одеяло – белым. Будто приглашая лечь и уснуть. Но я никак не могла расслабиться, изнутри грызла тревога. Я постоянно безотчётно прислушивалась.

На секунду снаружи будто послышался какой-то звук.

Я понимала, что это глупо, но ничего не могла с собой поделать – бросилась на балкон, и стояла там, вцепившись леденеющими пальцами в перила. Ветер яростно вцепился мне в волосы, трепля их в потоке снега, а я с бешено колотящимся сердцем вглядывалась во тьму. До тех пор, пока суровые горные ветра не пробрали меня окончательно