Эта властная сила - Джудит Френч

Шейн говорил, что эта зима, которая показалась ей ужасной, на самом деле была вполне мягкой. Временами случались оттепели, и им удавалось выпасти скот. Иногда приходилось этоделать и в метель. Но всего они потеряли одного мула и нескольких овец.

– Как только погода окончательно установится, я погоню скот, который мы хотим продать, на северо-запад, в Форт-Индепенденс, – говорил он ей. – Очень важно правильно рассчитать время. Если я прожду слишком долго, то рынок будет заполнен и цены упадут. Кто приходит первым, тот устанавливает самые высокие цены. Здоровяк Эрл пытается меня опередить последние два года.

– Но ведь и слишком рано нельзя идти. Есть риск попасть в бурю, – сказала Кэтлин. Гейбриел напугал ее историей про целое стадо, попавшее на пути в снежную бурю. Тогда погибли все животные, и четверо пастухов замерзли насмерть.

– Еще не стоит соваться туда раньше, чем пройдут те, кто гонит скот на Орегонский рынок, – продолжил Шейн. – Многие гонят свои стада аж из Сент-Луиса. Хотя многие плывут на баржах по Миссури до самого Форт-Индепенденс. Если бы я занимался мулами и рогатым скотом, то прогорел бы наверняка. За лошадей дают больше наличными. Кроме того, некоторые сделки я могу заключать еще в дороге, с лошадьми разное может приключиться, а без хорошей лошади в нашем деле не обойтись.

План Шейна заключался в том, что Кэтлин с женщинами останутся в Килронане, в то время как Шейн с Гейбриелом и Джастисом погонят скот.

– По прямой тут всего миль двести. Но это если лететь, как ворон. А по земле, с оврагами, речками, лесами, без признаков жизни, без поселений на пути... Вот здесь я начинаю завидовать Здоровяку Эрлу с его огромной командой.

– А не проще вам объединиться и идти вместе? – спросила Кэтлин.

Шейн усмехнулся.

– Единственное, что я услышал от него за всю зиму, так это слова, которые мне передал Бо, когда мы встретились у изгороди на одном из объездов. Он обвиняет меня в том, что я украл их племенного и продал его в Сент-Луисе.

– Надо было пристрелить мерзавца, – сказал Гейбриел, входя на кухню.

– Я бы и пристрелил, если бы он ломал забор, но он просто стоял и смотрел на меня. За это пристрелить нельзя.

– Бо Томпсон – бесполезный слизняк, и рано или поздно его кто-нибудь прикончит, – настаивал Гейбриел. – И чем раньше, тем лучше.

– Видит Бог, я хотел бы прищучить этого уб... – Шейн посмотрел на Дерри, игравшую с котом, и не стал продолжать. Вместо этого он вздохнул и сказал, махнув рукой: – Ладно, все это разговоры.

– Убийством никогда ничего не решить, – сказала Кэтлин. – Какая-то изгородь не может стоить человеческой жизни.

– Если речь идет о Бо, то даже Здоровяк Эрл вряд ли заметит.

– Я уж не говорю о Рейчел, – добавил Гейбриел, засовывая руки в карманы.

Никто из них не видел Рейчел с самого Рождества. Она уехала поутру по большому снегу, с горшочком черничного джема в сумке и атласной шалью на шее.

– Бо слишком туп и лишен всяческих амбиций, чтобы так долго вредить нам, – сказал Шейн. – За ним кто-то стоит. Но руку даю на отсечение, это не Рейчел.

Кэтлин дотронулась до плеча мужа.

– Ты считаешь, что один Бо не мог все это затеять?

– Вот именно.

– А кто еще мог?

– Нейт Боун. Он вполне может за всем этим стоять.

– Если ты поймаешь Бо за руку, увидишь, как он ломает изгороди или забирает твой скот, зачем его убивать? Пусть его арестуют, – предложила Кэтлин. – Разве в суде недостаточно будет того, что ты видел его?

– Слово Макенны против слова Томпсонов? – недоверчиво спросил Гейбриел. – В том, что Здоровяк Эрл станет прикрывать своего отпрыска, я не сомневаюсь.

– Но если бы вы поговорили с мистером Томпсоном... Хотя бы попытались...

Шейн покачал головой:

– Без толку. Если я встречу его на пути или в Форт-Индепенденс, то я ему скажу. Он будет предупрежден.

– Я думаю, ты не прав, Шейн, – сказала Кэтлин. – Зачем Бо воровать своего племенного или убивать свой же скот? Наверняка это бандиты.

Шейн нахмурился.

– Мы знаем о том, что у них тоже что-то пропадает, только со слов Рейчел.

– Она не стала бы врать, – сказал Гейбриел. – Кроме того, Начез был конем Здоровяка Эрла, а не Бо. Под их крышей ненависти больше, чем любви. Во всяком случае, между отцом и сыном.

– Кто бы ни был виноват в наших злоключениях, он нам ничего не делал с ранней осени, – сказала Кэтлин. – Может, все прекратилось?

Шейн пожал плечами.

– Надеюсь, ты права, женщина. Мне было бы спокойнее гнать скот и оставлять тебя в Килронане одну, зная, что так оно и есть.

Неделей позже Кэтлин смотрела, навалившись на изгородь, как Гейбриел и Шейн делят скот на партии для перегона в Форт-Индепенденс. Дерри гуляла неподалеку под пристальным присмотром Мэри, а Джастис сидел на верхней жерди загона, впуская и выпуская то или иное животное, как ему велел Шейн.

Шейн думал двинуться в путь первого апреля. Он сказал Кэтлин, что ему понадобится около двух недель, чтобы добраться до места. Два-три дня он пробудет в Индепенденсе, продавая скот, а до Килронана доберется дней за пять-шесть.

– Ужасно не хочу оставлять тебя одну, – сказал он ей раз, наверное, десятый. – Но, учитывая, что Томпсоны тоже уйдут, ты будешь в относительной безопасности.

Она решила сказать ему о ребенке, когда он вернется. Он продаст скот, и у него будет достаточно денег на следующий год; вот тогда она сможет все ему рассказать с чистым сердцем.

– Так, для этой партии хватит. – Шейн указал рукой на собранное стадо. – Пятнадцать лошадей и четыре мула.

– Я видел двух бычков и трех лошадей. Они спустились в лог и кормятся там. Хочешь, я мигом сгоняю и заверну их назад? – спросил Джастис.

– Нет, – ответил ему Шейн и свернул лассо, закинув его на луку седла. – Я, пожалуй, сам. – Он посмотрел на Кэтлин: – Хочешь прокатиться со мной?

– Аккуратнее там, – сказал им Джастис. – Берегитесь Голиафа. Я его там в последний раз видел. Он совсем одичал, его всю зиму никто не укрощал.

– Меня мало волнует его поведение, главное, чтобы он обихаживал коров, которых я привезу. – Шейн улыбнулся Кэтлин. – Я тебе присмотрю молочную корову с теленком на обратном пути. Только из Индепенденса их не потащу. Думаю, мне удастся подыскать что-нибудь стоящее на перекрестке Кейна.

– Значит, пока вы отсутствуете, мне нужно будет научиться доить ее? – спросила Кэтлин с лукавой улыбкой. Она знала, что в здешних краях дойка коровы была женской работой. Она никогда раньше не пробовала делать это, но раз уж Рейчел Томпсон смогла, то она и подавно справится.

– Эй, Гейбриел, ты не против, если Кэтлин поедет на твоем Рыжем? Он уже оседлан.