Эта властная сила - Джудит Френч

Гейбриел кивнул, выехал из загона, подъехал к Кэтлин и спешился. Он помог ей забраться на своего огненного рысака. Кэтлин вполне комфортно чувствовала себя в седле, хотя Рыжий был значительно крупнее Божьей Коровки. Все лошади, которых объезжал Гейбриел, были послушными и спокойными.

Кэтлин пустила Рыжего легкой рысцой. Она уже привыкла к обычной манере езды и позабыла про боковую посадку. Более того, это было объективно удобнее. Дома, в графстве Клэр, ее появление в юбке, в разрезах которой торчат ноги в панталонах, вызвало бы настоящий скандал. Но здесь ее не видел никто, кроме семьи. Да и никто ей слова против не говорил.

Шейн дождался ее, затем тронул своего коня легким ударом пятками по бокам. Два животных бок о бок выехали со двора. Кэтлин почувствовала на себе взгляд Шейна, но не обратила внимания – она сосредоточенно управляла скакуном.

– Ты все правильно делаешь, – похвалил ее муж. – Пожалуй, скоро мы сделаем из тебя настоящего погонщика.

– Ну, до Джастиса мне еще далеко.

– Джастис – прирожденный наездник.

– Как его отец? – рискнула Кэтлин. Глаза Шейна сузились.

– Мы не знаем, кто был его отец. Я думаю, даже Сериз не знала этого.

– Я знаю, кто его отец, – сказала Кэтлин. – Шейн Макенна его отец. И мальчик с каждым днем все больше и больше на него походит.

– Я напросился на этот комплимент?

– Это уж точно, напросился.

– Он хороший мальчик, Кэтлин. Но если он станет хорошим человеком, то в этом будет твоя заслуга.

– Он очень умный. Он знает все слова в своем первом букваре. А из второго он выучил уже половину.

– Ха, он уже обогнал меня.

Кэтлин рассмеялась.

– Тебе придется лучше заниматься.

– Проблема не столько в чтении, сколько в письме. Все эти буквы так и путаются вместе, словно лисьи следы.

Они остановились, но лишь затем, чтобы Шейн открыл перед ней ворота. Кэтлин проехала и подождала мужа. Конь Шейна был весьма неплох. Но в нем не было того огня, который так завораживал в Чероки. Кэтлин знала, что Шейн очень скучает по нему, хотя и словом не обмолвился об этом.

Кэтлин испытывала чувство вины каждый раз, как брала в руки лиру, но никогда не говорила об этом Шей-ну. Она не хотела разрушать его веру в правильность своей жертвы какими-то жалкими сожалениями.

Кроме того, музыка действительно поднимала ей настроение. Когда она перебирала струны, эти волшебные звуки напоминали ей о счастливых днях в графстве Клэр.

Ему и впрямь не надо было говорить ей, что он любит ее. Его подарок говорил за него. Пора уже свыкнуться с этим и принять все как есть.

Они доехали до ивовой рощицы и сбавили ход, чтобы лошади не поранились о высокие острые камни.

Место было низинным, заболоченным и грязным. Все было в следах коней и скота. Шейн спешился и какое-то время изучал следы. Затем указал Кэтлин на крупный след, который принадлежал Голиафу.

– Я поеду посмотрю там. – Он указал рукой на заросли ивняка. – ты подожди здесь. За мной не езди.

А если увидишь Голиафа, не беги от него. У него нет ни малейших причин нападать на тебя. Ты на коне, так что если он тебя и почует, то не обратит внимания.

Кэтлин проводила Шейна взглядом. Вскоре раздался страшный рев, и Кэтлин приподнялась в стременах, чтобы разглядеть, что происходит. Две куропатки взлетели из травы, теряя перья. Рыжий дернулся, но не запаниковал и не понес.

Навязчивые мухи сновали у лица Кэтлин, и она нетерпеливо отмахивалась от них. Ожидание становилось невыносимым. А что, если Шейн пострадал?

Но вскоре раздался треск, и из подлеска с шумом выскочили два мула, дико оглядываясь на бегу. Они промчались мимо нее.

– Ха-а-а, ха-а-а, пшел! – кричал Шейн. Его голос звучал размыто из-за расстояния и препятствий.

Кэтлин облегченно вздохнула.

Через пару минут Шейн появился из зарослей. На аркане он вел двух молодых лошадок.

– Ты не видела, здесь два мула не пробегали? – спросил он.

– Видела, пробегали. Вот туда умчались.

– А-а-а, ладно. – Шейн привязал лошадей к дереву и развернул коня. – Жди здесь, я пошел за последней.

– А ты видел быка? – Кэтлин заметила расплывающийся синяк на его скуле и порез под глазом. Но она не кинулась суетиться вокруг него. Не сейчас.

– Да, Голиафа я видел и дал ему пинка под зад, когда он не пропустил меня. Я ведь тебе уже говорил, здесь он никому не опасен. Ему охота только жрать, отгонять мух да за дамочками бегать.

– Под это описание любой мужик подходит.

Но Шейн уже скрылся среди деревьев. Кэтлин снова ждала его одна-одинешенька. Вскоре он вернулся, ведя на поводу еще одну кобылку.

– На-ка, привяжи к луке седла. Да не бойся, не уйдет. Мне там еще надо коров найти, прежде чем мы обратно поедем.

– Ой, смотри! – Кэтлин указала рукой на наглого лиса, перебегавшего поляну.

– Да ну его, – отмахнулся Шейн. – Главное, чтобы к лошадям не лез. – Шейн усмехнулся. – Если его Мэри увидит, точно коврик для ног из него сделает. Эти лисы у нее столько уток перетаскали!

Кэтлин давненько не было так хорошо. Стоял чудесный весенний день. Воздух наполнялся пением птиц и запахами цветущих трав. Вокруг все было нежно-зеленого цвета миллиона оттенков, которые глаз человеческий не в силах был уловить, но воображение дорисовывало.

Шейн вскоре показался с двумя рогатыми тварями. Он отвязал лошадей, и они поехали обратно. Когда они переезжали ручей, один бычок упрямо встал посреди потока и отказался идти дальше.

Шейн уже был на берегу, и вместо того, чтобы вернуться и вытолкать упрямое животное из воды, он нагнулся в седле и сорвал несколько васильков.

– Вот. И не говори потом, что я никогда не дарил тебе цветы.

Кэтлин услышала какой-то странный хлопок. Она удивленно огляделась, и, прежде чем успела сказать об этом Шейну, что-то прожужжало у ее уха.

– Кейти!

Почему его голос такой странный?

– Что, Шейн?

Васильки выпали из его руки. Кэтлин увидела, как поток подхватил их и понес к берегу. Шейн дернулся в седле, словно его ударили невидимым кулаком.

– Шейн!

– Скачи, Кейти! – крикнул он и вытащил ружье из седельной сумки. – Скачи отсюда, скорее!

Шейн поднялся и нацелил ружье, но его движения были странно заторможены.

Кэтлин стегнула Рыжего и подъехала к нему.

Шейн выстрелил. На склоне всплеснулся фонтанчик земли. Затем Кэтлин увидела человека, стоящего не таясь среди деревьев. Он держал что-то в руках.

– Да пригнись же ты! – закричал на нее Шейн. Кэтлин снова услышала странный шлепок, и тело Шейна снова дернулось. На его груди расплывалось яркое алое пятно. Он сполз с коня и упал наземь лицом вниз. Кэтлин соскочила с Рыжего и кинулась к мужу.