Два билета из декрета - Каролина Шевцова

На следующий день я собирала вещи в командировку, пыталась договориться с няней и на будущее искала съемную квартиру для нас с детьми. Недорогую, светлую и ближе к центру. Ужаснулась от цен за советский подранный диван, обмотанный в ковер, и поменяла запрос на крохотную студию в любом районе города. Если и съезжать, то не мне, а Олегу. У него и вещей меньше, и жизнь, судя по всему, теперь насыщенная. Народная мудрость гласит: без разницы, на какой кровати ты спишь, если рядом с тобой молодая стажерка.

В итоге я потерпела фиаско по всем фронтам.

Арендовать жилье в нашем городе определенно могут только люди, мечтающие совершить суисайд. После просмотра Авито и разговоров с риелторами прыжок с моста в реку воспринимался уже веселой забавой.

Няня уехала из города на несколько дней.

Несобранная сумка укоризненно смотрела на меня из коридора.

В конце концов, я плюнула и позвонила Кларе Гавриловне, чтобы попросить о помощи. Судя по нарочито вежливому тону, она еще ни о чем не знала.

И вот очень не выспавшейся, все еще заплаканной, с дергающимся от нервов глазом, я приехала в аэропорт. В руках небольшой рюкзак с паспортом, сменным бельем и зубной щеткой. Я, как и Олег, совершенно не умела уходить из дома и не знала, что нужно брать с собой в короткую командировку.

Игнатова я заметила сразу. Он резко выделялся на фоне остальных посетителей кофейни и выглядел в этом антураже каким-то ненастоящим, приклеенным. Синие джинсы, белый свитер – простота этих вещей была обманчива: стоили они космос. Но я с облегчением выдохнула при виде такого домашнего и милого начальника. К тому же и сама напялила на себя джинсы, купленные накануне с Анфисой. Тесные, зато новые и симпатичные.

- Рада, что встреча пройдет без дресс-кода, - постаралась выглядеть весело и беззаботно. Опухшие от слез глаза и улыбка до ушей – великолепное сочетание. Расступись, Москва, Янка тебя покорять будет!

В.Г. оторвал взгляд от телефона, быстро посмотрел на меня, едва сдерживая облегченную улыбку. Уже через мгновение лицо картавого, как и прежде, не выражало никаких эмоций.

- Доброе утро, Яна, ты приехала первая, - в голосе сквозил привычный металл. - Нет, я не рискнул везти костюм в самолете, его доставят сразу в номер. Ты завтракала? Может, кофе?

Ну вот, все мои надежды на неформальную встречу с заказчиками испарились, как нос с лица Волан-де-Морта. И если кто-то позаботился о подходящей одежде, то я даже не подумала, что она мне может пригодиться. Поникнув, я горестно вздохнула.

- Могу предложить добавить в кофе коньяк. Хотя нет, после алкоголя ты удивительно забывчива. Лучше просто чай, - Игнатов саркастически улыбнулся. Его взгляд оценивающе блуждал по мне, едва задерживаясь на чем-то конкретном, и вдруг замер на уровне рук. Посмотрела вслед за ним и нехотя поморщилась: сразу после ссоры с Олегом, повинуясь ребячливому порыву, надела обручальное кольцо на палец левой руки, да и забыла об этом.

- А где генеральный? – пришлось придумывать новую тему для разговора.

- Забирает вместе с Катей справки из лаборатории, - произнес Виталик, не отрывая черных глаз от столешницы, по которой нервно приплясывали мои пальцы.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы взять себя в руки и продолжить ничего не значащую беседу о погоде в Москве. Да, похолодало. Ах, совсем не вовремя. Будем передвигаться на такси и греться, пританцовывая джигу.

Четкий голос из колонки сообщил об открытии регистрации на наш самолет. Я расслышала каждое сказанное слово, включая звуки нервного дыхания со стороны диспетчера, и удивилась такому контрасту между аэропортом и вокзалом. Там, как правило, нельзя понять, отходит сейчас автобус до Пятигорска или отлетает дирижабль в страну мигунов.

Игнатов посмотрел на часы и досадливо поморщился. Мне было понятно его беспокойство: до начала посадки оставалось не больше часа. Я стала гипнотизировать центральный вход, надеясь, что вот-вот увижу, как сюда вползает Ее Величество Гобра. Толпа у металлоискателя недолго занимала мое внимание, уже через секунду телефон Виталика завибрировал и послышалось короткое: «Слушаю».

Можно было только гадать, кто звонил шефу и о чем они говорили. Бесстрастная вежливая маска застыла на лице Игнатова и не менялась вплоть до прощания.

- Нет. Очень жаль. Не стоит. Катя, не глупи, завтра мы уже вернемся назад. – Он мельком посмотрел в мою сторону и поморщился. - Нет, если тебе нужно сказать Яне что-то важное, ты можешь набрать ее сама.

Он повесил трубку и в один глоток допил кофе. Несмотря на абсолютное отсутствие эмоций, пульсирующая на виске венка красноречиво показывала: что-то происходит.