Два билета из декрета - Каролина Шевцова

- Екатерина Сергеевна хотела поговорить со мной? – вежливый тон не смог скрыть нарастающее беспокойство.

- Скорее всего. Но она бы поставила нас всех в неудобное положение, если бы сделала из меня посредника в ваших отношениях.

Трель звонка опередила мою ответную реплику. ВГ скользнул взглядом по экрану телефона и зло ухмыльнулся. На дисплее высветилось слово «ГАДЮКА» и соответствующий смайлик рядом. Дурная привычка не думать о том, как обозначаешь людей в записной книжке! Вернусь домой и переименую всех гадюк, мангустов, королей диско и даже загадочный номер «Никогда не бери»...

Я встала с дивана, шагнула в сторону и только тогда ответила на звонок.

- Яна, - Катя шмыгнула носом, - просто представь: приехала в лабораторию, а мне говорят, что тесты на корону положительные. Они же могут быть ложно-положительные, я о таком читала, но эти ни в какую. Уперлись, будут КТ делать. Как знала, не надо было ехать в эту дыру. Я им сейчас тут все разнесу!

По тону Гобры я поняла, что никто шутить не будет. Разнесет.

- А если на автобусе? - нехорошее предчувствие масляным пятном разливалось у меня в груди, и я, сама того не желая, стала искать варианты, как доставить Катеньку в столицу.

- Бесполезно! - выругалась она. - Десять часов ехать, доберемся к ночи. Если бы он сам предложил, то… - Голос Кати снова задрожал. - Нет, я тут все по кирпичику разберу! У нас контракт на миллионы, Робертович уже столько встреч назначил, я… тоже должна была быть, а тут…

Я сочувственно кивала, стараясь придумать, как можно отменить эту поездку. Из адекватных вариантов имелось…ничего. Дырка от бублика. Кукиш с маслом. Фига, если вам так удобнее. Виталик поднялся с кресла, взял сумку и мой рюкзак и, слегка кивнув головой в сторону растущей очереди, направился к стойке регистрации. Я задержалась, стараясь запомнить все указания начальницы.

- И последнее, - пролепетала Катя, - Яна, прошу тебя, пообещай, что присмотришь за Виталиком.

- Чего?! – выпалила я. Нарастающий гул голосов перебивал неуверенный шепот Гобры, так что оставалась надежда, что мне просто послышалось.

- Игнатов, он же... сама видишь. Яна, у тебя есть муж, так что ты должна понять меня, как никто.

- И все же не совсем понимаю. - Я растерянно встала в хвост очереди, потеряв из вида картавого.

- Просто постарайся сделать так, чтобы к нему не приставали другие женщины, - от нервов голос Кати звучал болезненно. А может, положительный тест на вирус предупредил то, что не было пока заметно взгляду. Сзади меня подпер грузный мужчина, впереди стояла девушка с длинными волосами. Они пушились и лезли мне в нос, глаза, рот, так что хотелось отмахнуться, как от назойливой мошкары. - Яна, это важно, черт тебя дери!

- Катя, - вежливо начала я, отплевываясь от крашенных в блонд волос, – кажется, вы впутываете меня в какую-то странную игру…

- Никаких игр, я прошу тебя, как женщина женщину, пообещай мне.

- Ну, хорошо, пускай так, - наконец сдалась я, с нарастающим ужасом следя за приближавшейся ко мне фигурой. Виталик молча вывел меня из очереди, освободив из плена толстяка и Рапунцель. Я с благодарностью посмотрела в черные, как ночь, глаза, отчего тело привычно налилось свинцом. Физически ощущала, как по венам разогналась кровь и, наконец, стало легко дышать.

- Паспорт, - его горячая ладонь едва коснулась моей руки. Правой. Без кольца.

- Яна, - трещал телефон, - пожалуйста, поклянись, что не допустишь, чтобы какая-нибудь женщина…

- Да клянусь! - выпалила я, лишь бы от меня отстали. - Клянусь! Этого хватит или нужно еще присягу дать?

- Ничего не нужно, - облегченно выдохнула Гобра, - спасибо тебе. За все спасибо.

И отключилась, оставив меня один на один с тьмой угольно-черных глаз, в которой я, кажется, потерялась окончательно.

***

Игнатов сделал жест, чтобы я садилась первой, ближе к иллюминатору.

- Но мое место тут, – я кивнула на кресло посередине.

- А облака – там, не спорь.

На самом деле мне безразлично, что будет за стеклом: облака, радуга, звезды или пролетающий мимо Супермен. Больше всего на свете хотелось спать и плакать. А видеть кого-то и говорить – не хотелось. Я с ужасом представляла, что теперь, во время деловой встречи, не смогу молча отсидеться за спинами трех своих начальников и кивать в нужных моментах. Теперь придется по- настоящему работать, а я, кажется, этого больше не могла.

Самолет разогнался до предела; в ушах нарастал гул; сердце стучало так быстро, что можно было словить инфаркт прямо в полете; бесплатная карамелька со вкусом мяты прилипла к зубам и запечатала рот, как сургуч посылку. И только когда шасси оторвалось от земли и пилот набрал высоту, я смогла выдохнуть.

Ненавижу самолеты, но летать перестала не поэтому. Организовать полноценный отпуск для всей семьи – это дорого и невозможно, если рассчитываешь сохранить нервы в порядке. Время от времени у нас с Олегом появлялись то деньги, то желание, но так чтобы и то, и другое сразу – не совпадало. А ведь в этом году мы, наконец, решились отдохнуть где-нибудь в Греции или на Мальдивах...

Я с тоской подумала, что сейчас Миша мог бы смотреть в иллюминатор и задавать мне тысячный вопрос на беду пассажирам с соседних рядов. Варя бы съела весь хлеб из наших обедов и заснула на плече Олега.

Перьевые облака напоминали куски ваты в прозрачном пакете. Я рассматривала небо и мысленно благодарила Игнатова, что предложил мне свое место. Пока я отвернулась к окну, он не замечал моих слез.

- Томатный сок и чай, у вас есть ромашковый? Тогда лучше зеленый.

Я едва различала, о чем говорил Игнатов со стюардессой. Она была одета в серый костюм, цвета глаз моего сына. Миша не хотел отпускать меня в Москву и много плакал накануне. Я же разрывалась между желаниями наобещать ему горы подарков и послать работу к чертям в пекло, а в итоге выбрала третий вариант.

Позвала на кухню и поговорила, как со взрослым.

- Папа ушел навсегда?

- Нет.

- Папа больше нас не любит? – Дрожь в голосе выдавала сына с потрохами. Все это внешнее спокойствие было бравадой маленького напуганного мальчика.

- Любит. - За односложными ответами проще спрятать собственное смятение.

- Но он кричал на нас.

- На меня, милый. Или из-за меня, к вам это не имеет никакого отношения, поверь, я тебя не обманываю.

- Он придет, все снова станет хорошо?

- Разумеется, - так я нарушила обещание, данное сыну, и соврала.

Никто не знал, что будет дальше. Одно ясно: в семь лет нужно обсуждать Лего и новый мультик от Пиксар, а не развод родителей. Играть с друзьями на площадке, а не отвлекать сестру куклами в закрытой комнате, пока мама отмывает кровь со стены.