Сердце пацана - Ядвига Благосклонная

— Я всегда знала, - пробормотала, — еще тогда. Два года назад.

— Тогда почему…

— Спала с тобой? — иронически приподняла бровь. — Хотела получить хоть что-то. Думала, что со временем у тебя пройдет, отпустит, а оно вон как вышло. Ей повезло, — с неким остервенением и завистью процедила.

Как бы ни так. Прям принц на бумере! Так хоть бы своем, а так… Свезло, так свезло… Но отпускать Бобриху больше не намерен. После сегодняшнего не мог.

— Ладно, — когда я ей так и не ответил, изрекла, — пойду я что ли. Удачи, Белов, — уже в привычной стервозной манере пролепетала.

Развернулась на каблуках, волосами взмахнула и, плавно покачивая бедрами, отчалила.

Странный разговор. Таких задушевных бесед у меня с бабами еще не бывало. Но еще страшнее, что это казалось правильно, будто так и надо.

— Бобр, Бобр, что же ты делаешь? Скоро совсем тюфяком стану…

Продолжил свой путь, дошел до двери, что шла на задний двор, пнул старую железяку и вышел. Стояло несколько пацанов, но я не обратил на них внимание. Где Саня?! Его тут не было! Вот же олень, а! Раздраженно фыркнув, стал снова его набирать, но ответа не услышал. Услышал я другое…

— Эй, — позвали, очевидно, меня, — ты!

Развернувшись, беспристрастно посмотрел на пацана, что съел пилюлю храбрости.

— Че надо?

Один из них вышел вперед. Я напрягся. Дело попахивало жареным. Зыркнул по сторонам, понял, что меня окружили со всех сторон. Твою мать!

— Че борзый такой, а? — вызывающе бросил смельчак.

— Исчезни, — зло ощетинился, — по-хорошему прошу.

— Слышь, пацаны, а паренек-то с гонором! — крикнул толпе, и едкие смешки полетели со всех сторон. Их было четверо, вместе с этим зачинщиком. — Нужно урок преподнести, чтобы чужое не трогал.

Но я не стал дожидаться «урока». Мой кулак первый впечатался в его рыло. Один раз, второй!

Сзади меня схватили за шею, но я выкинул ногу и попал прямо в яйца. Минус один, на время. Сбоку налетели еще два. Кулаки посыпались свою всех сторон. Печень, лицо, похоже, из носа кровь потекла. Мои руки действовали. Инстинкты не подводили. Кому-то прилетело в глаз, кому-то в висок. Свернул палец, когда попытались заломить руки, но тут очухался четвертый и меня скрутили.

Сплюнув кровь, «главарь» со всей яростью врезал мне в живот. Меня скрутило, и я бы упал, если бы не руки что меня держали.

Удар! Еще удар! И еще один!

— Что, уже не такой борзый? — поднял мою голову за волосы.

— Да пошел ты, — рявкнул.

И снова удар. Уже в лицо. Безжалостный, мощный, что аж челюсть повело.

— Достаточно, — холодно отчеканили в стороне.

Меня отпустили и я, как мешок с картошкой, повалился на землю, закашлявшись.

Кощей. Сука. Стоял в стороне. Прятался, как крыса.

— Что, Гера, разберемся по-хорошему? — вальяжной походкой подошел ко мне, присел на корточки и пристально взглянул.

Я встретил его взгляд твердо, решительно, с обещанием скорой расправы. Ему не понравилось и, сделав жест рукой, меня пнули в бок. Втянул воздух сквозь зубы, но глаза не отвел. Наивный мажорик, думал что испугал меня.

Хер тебе!

— Где девка? — прорычал, теряя терпение.

— Ты ее не получишь, — в тон ему рыкнул.

Меня еще раз пнули. Сильнее.

— Где. Девка?

— Пошел нахрен, — сплюнул кровь и опять закашлялся.

— Я ее все равно из-под земли достану.

— И что тогда? — глумливо поинтересовался. — Сделаешь тоже, что и с той девкой на вечеринке? — издевался над ним.

Мальчик эмоций сдерживать не умел. Моментальный испуг, смятение, злость. Все-таки та девка не сама пошла. Резко метнувшись, Кощей вломил мне несколько раз по ребрам. Схватил меня за рубашку и процедил:

— Я. Её. Найду.

— Удачи, — выплюнул, едко ухмыльнувшись, за что получил удар в лицо, которым меня почти вырубило.

Уже не соображая, услышал крики. Была какая-то возня. Женский голос, мужские торопящиеся шаги… Крысы сбежали…

— Белов, — хлопнули меня по щеке, — Белов, — еще раз.

Голос знакомый, но шум в голове все искажал.

— Белов, — еще один хлопок.

Сквозь ресницы увидел Таньку. Перепуганная до смерти сидела рядом со мной.

— Очнулся, — выдохнула, — скорую!

— Не надо, — случился у меня момент просветления, и резко схватил её за руку, — не надо скорую.

Всхлипнув, она хотела возразить, настоять, но я покачал головой. С трудом она меня подняла, и я начал понемногу приходить в себя. Нехило меня долбанул. Хоть и мажорик, а удар сильный.

— Куда?

— К машине, — сквозь боль, отрезал. — Сбоку стоит.

— Сейчас-сейчас, — шептала Танька, ведя меня к машине.

Прихрамывая, мы добрели. Она посадила меня на сиденье, а сама села за руль.

— Куда?

— Артиллерийская 17. Смотри, чтоб хвоста не было, — приказал и откинулся на сиденье.

В голове шумело. Кровь из текла из носа, губы и брови, капая на куртку, кулаки стерты, а тело будто бульдозер переехал.

Шурик, падла! Подставил.

Глава 18

Аида

Батюшки!

Прижала к своим горящим щекам ладошки.

Это что же, я с Беловым целовалась? Так… Так откровенно, по-взрослому, интимно, что в животе аж бабочки устроили переполох. А еще эта тяжесть в животе. Хотелось большего. Гораздо большего.

Господи, ну я и извращенка! Он меня только и всего поцеловал, а я уже накрутила себе! Да поцелуй! Да горячий! Но это ж не повод его в постель тащить, в самом деле?!

Ой, чего это я? Какая постель?

Мои щеки еще больше загорелись, хоть и казалось, что это невозможно. Повернулась к зеркальному шкафу и увидела счастливую девчушку с сияющими глазками и улыбкой на пол лица.

Так, Дунька! А ну-ка успокоилась!Подумаешь поцелуй! Пфф! Да у Белова этих поцелуев было-перебыло! Ну, поцеловались с кем