Избранная - Кира Уайт

Ближе к обеду пересекаем границу с Западной Вирджинией, остается проехать совсем немного. И тут Арин, притихшая и обдумывающая все, что я ей рассказал, потрясенным голосом замечает:

– Йен, я только сейчас заметила. Города… они нетронуты разрушениями. И где все машины? Мы уже давно едем с нормальной скоростью, не встретив ни одного препятствия на пути, до этого мы пересекли небольшой городок, не объезжая его, потому что там не было брошенных на дороге автомобилей. Что происходит?

– Все нормально. Думаю, это темные, светлые и хранители расчистили дорогу в радиусе не меньше пятисот километров от Харперс-Ферри, чтобы нам легче было добраться до цели. Ну и из-за близости всех Создателей ракшасы вряд ли были здесь, ведь их снова могут запереть в Ином мире.

Арин глубоко вздыхает и открывает окно, подставляя лицо солнцу. Ветер треплет ее волосы, девушка от этого только улыбается.

– Йен, неужели это и правда происходит? Мы добрались?

– Да, почти добрались. – не могу не улыбнуться в ответ.

– Скоро все закончится… – едва слышно шепчет Арин, но я все равно слышу.

Улыбка пропадает с лица. Не хочется ее разочаровывать, ведь ничего еще не закончилось. Впереди ее ожидает немало трудностей, потому что с Создателями никогда не бывает просто. Но я молчу, чтобы не нарушить хрупкое настроение девушки хотя бы на оставшиеся пару часов пути.

Глава тридцать первая

Арин

Оставшуюся часть пути до Харперс-Ферри не сдерживая улыбки, пялюсь в окно. Да, города по-прежнему пустынны, но они хотя бы целы. Вернувшиеся люди, могут поселиться в них хотя бы на первое время. Машины ровными рядами припаркованы на положенных для этого местах и больше не стоят где попало, на улицах не валяется мусор, осколки стекол и груды кирпичей, все дома выглядят так, будто жители вот-вот выйдут из них, чтобы прогуляться на свежем воздухе. Так же не могу удержаться и очень часто ловлю себя на том, что смотрю на Йена, который, похоже, тоже находится в благодушном настроении. Он столько всего рассказал мне о себе, что даже не верится, что это было на самом деле. Я, конечно, немного в шоке от того, что значит "сердце из тьмы". А когда узнала, что если заветная нить, связывающая темного и Тьму каким-то образом повредится, или порвется, то темный умрет – навсегда переместится в Иной мир, я потрясенно молчала не меньше пяти минут.

Пока мы едем, солнце все ближе опускается к горизонту, Йен с легкой улыбкой погружен в свои мысли, а я могу думать только об одном. О тех словах, что он сказал мне, когда я спросила, почему он передумал на счет меня. "Изменилось мое отношение к тебе". Так он сказал. И я не знаю, как на это реагировать. Мне приятно? Да, до безумия. Страшно? Есть и такое, ведь я не знаю, к чему вообще все это приведет, учитывая его внезапный напор. К тому же, впервые за все время путешествия я сожалею, что оно вот-вот закончится, и мы не можем побыть вдвоем еще хотя бы пару дней. Это помогло бы лучше прояснить ситуацию… между нами.

Когда на землю опускаются сумерки, вдалеке вижу какое-то свечение. Поначалу мне даже хочется недоверчиво протереть глаза. Впереди город и он горит тысячами огней. Нет, не в том смысле, что там пожар. Буквально каждое здание и даже мост через реку Потомак освещены фонарями и вывесками с подсветкой. В городе сохранилось электричество. Я так рада, что снова вернулась в цивилизацию, что нетерпеливо ерзаю на сиденье, не в силах справиться с желанием поскорее оказаться на улице. Бросаю взгляд на Йена, улыбки больше нет, он предельно собран и сосредоточен. Руки мужчины крепко держат руль. Так и не скажешь, но, по-моему, он чем-то взволнован. Его волнение передается мне, и я затихаю.

Город приближается все стремительнее, вот мы уже заезжаем на мост, который в определенном месте разделяется, образуя гигантскую петлю прямо в воздухе, чтобы заехать в город нам нужно свернуть направо, а если бы мы захотели вернуться обратно, нам пришлось бы проехать до конца, развернуться и поехать по левой половине мостовой петли. Внизу простирается водная гладь реки Потомак, которая кажется абсолютно черной в почти наступившей темноте, но тем не менее отражает огни фонарей, горящих наверху.

Преодолеваем мост и выезжаем на городскую дорогу, впереди вижу несколько автомобилей, пара из которых едет в нашем направлении. И повсюду… люди. Очень-очень много людей на улицах. Мы проезжаем мимо гуляющих пар, веселящихся компаний, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не прилипнуть к окну. Сердце щемит, а душа наполняется ощущением невероятной пустоты. Почти целый месяц я не видела столько людей в одном месте. Вспоминаю пустые разрушенные города, и глаза наполняются слезами. Возможно, прямо сейчас не так далеко отсюда горит очередной город, а люди в Ином мире подвергаются пыткам, доказывая, что достойны вернуться. Здесь же, в этом крохотном городке, ничего не изменилось. Жизнь до сих пор кипит и продолжает течь в привычном русле. Отгоняю прочь грустные мысли, стараясь сосредоточиться на предстоящей встрече с Создателями. Но лучше бы я этого не делала. Меня бросает в жар от одной только мысли, что я буду находиться в одной комнате и разговаривать с существами, создавшими наш мир, человечество, да вообще все.

Смотрю в окно и понимаю, наше появление тоже не осталось незамеченным. Все вдруг побросали свои дела и направили глаза-рентгены на машину, чтобы посмотреть на Избранную. Меня передергивает от неприятных ощущений, будто все эти люди на улице и правда увидели меня, да еще и заглянули в самую душу.

– Их так много, – дрожащим шепотом говорю сама себе.

– На самом деле не очень. – отвечает Йен, вероятно, думая, что я обращаюсь к нему. – Всего около полутора тысяч и светлых, и темных, и хранителей. Знаю, что темных точно четыреста тридцать два, светлых побольше, а хранителей поменьше.

Какое-то странное разделение на мой взгляд, но что я в этом понимаю. Хаос вообще одна. Это дела Создателей, которые меня не касаются.

– Йен, уже поздно, думаешь, они захотят встретиться с нами сейчас? – спрашиваю с сомнением, пока мужчина проезжает по главной улице и сворачивает направо.

– Конечно захотят. Думаю, они уже в курсе, что ты здесь, и наверняка ждут тебя. – он протягивает ко мне руку и подбадривающе сжимает ладонь, я с