Дикая река - Лора Павлов

Нэш: Катлеру на следующей неделе на «родительский вечер» — он хочет, чтобы все пришли и познакомились с новой учительницей. Я не решился сказать ему, что Руби к тому моменту уже уедет. Может, устроим барбекю на прощание? Ты же знаешь, какой он. Разревется, как только ее не станет.

Кингстон: Не думаю, что он будет единственным. Ты все еще упрямишься, брат?

Ромео: У каждого своя реакция. Пусть разберется по-своему.

Хейс: Вот это всех удивит… но я на стороне Кинга. Хватит быть идиотом. Скажи ей, что чувствуешь, пока не поздно.

Кингстон: Вот это день! Даже Хейс на моей стороне. Давайте, Золотой Мальчик и Нэш, прыгайте на поезд Кинга.

Ромео: Ты сумасшедший ублюдок. Уверен, ты испортил эту пословицу. Слепая белка находит орех, а не свои орехи. И да, я на твоей стороне. Хочу, чтобы он ей все сказал. Но пусть сделает это по-своему. В своё время.

Нэш Черт.: Я не знаю, на чьей я стороне. У всех аргументы сильные.

Я: Потому что вы, мать вашу, все одно и то же говорите. Я понял. Вы хотите, чтобы я сказал ей, что люблю ее. А не вспомните, чья это вообще была идея с гребаным стикером?

Хейс: Я вообще не поддерживал идею признаваться в любви на стикере.

Нэш: Проблема с запиской, особенно такой маленькой, — ты не знаешь, дошло ли сообщение. И, честно говоря, твой почерк далеко не идеален.

Ромео: Мне записка все же больше понравилась, чем первая идея Кинга — набить признание тату и с драмой сорвать рубашку.

Хейс: Это точно было чересчур. У Кинга большинство идей полное дерьмо.

Кингстон: Эй, ну началось. А ну отстали, придурки. Тату — да, немного через край. Но Руби — та девушка, ради которой надо выкладываться по полной. Стикер, может, и провалился, но мы не уверены, что она его увидела, да?

Я: Да увидела она, конечно. Подписала же контракт. Уезжает через два дня. Уже вчера попрощалась с бабушкой и детьми из Fresh Start. Очевидно, увидела. Видимо, ее это дико напугало. Надо было объясниться.

Кингстон: А как это объяснить? «Я тебя люблю» — вроде все и так ясно, не?

Ромео: Ты ведь понимаешь, что советы получаешь от человека, который ни разу не был в отношениях? Без обид, Кинг.

Хейс: Справедливо.

Нэш: Надо было убить идею со стикером еще в зародыше.

Кингстон: Ну давайте, валите теперь на посланника. Я хоть что-то делаю. А вы только языками чешете.

Хейс: Ромео собирается сделать предложение своей девушке, может, дадим ему слово?

Кингстон: Давай, Золотой Мальчик, удиви нас.

Ромео: Ну… ты мог бы просто пойти в бар и сказать ей все в лицо. Это проще, чем гадать, прочитала ли она стикер.

Нэш: Вот это уже нормальный план.

Кингстон: Задним умом все крепки, да, судьи хреновы.

Я: Все. С меня хватит. Отпишусь позже.

Мой телефон продолжал вибрировать, но я засунул его обратно в карман и решил: к черту все, пора брать быка за рога. Я никогда ничего не боялся — и уж точно не боялся Руби Роуз.

Что мне терять?

Я дошел до Whiskey Falls, распахнул дверь. Эви завопила мое имя — слова уже расплывались от алкоголя, она сидела с подругами. Я махнул ей в знак приветствия и быстро оглядел бар. Руби не было.

За стойкой стояла Дорин. Я подошел.

— Привет, Ривер. Что налить?

— Пока ничего. Думал, Руби сегодня работает в ночную смену?

— Да. Она попросила меня остаться подольше — у нее тут друг, они уже час как в подсобке болтают. Наверное, приехал помочь ей с переездом? Не знаю. Но если скажешь ей, чтоб поторопилась, я буду тебе благодарна. Ноги отваливаются, хочу уже закончить смену.

Мои плечи напряглись.

Приехал помочь с переездом.

— Кто этот чувак? — спросил я, пока она наполняла бокалы пивом.

— Парень по имени Дерек. Кажется, из большого города.

Гребаный профессор.

Быстро она…

Я рванул за барную стойку, распахнул двойные двери на кухню и прошел, как танк на задании. Кивнул Кэлвину у плиты, направился к лестнице — думал, они в офисе.

В том самом месте, где мы с ней впервые были вместе.

Но я замер, когда увидел их в углу кухни. Ее спина была прижата к стене, будто она его в чем-то уговаривала. Он выглядел расстроенным, а она — будто извинялась.

Вот и прекрасно.

Значит, она все это время крутила с ним, пока спала со мной?

А теперь уезжает.

Возвращается к прежней жизни. К рутине. К скучному бойфренду с мешками вместо яиц.

— Какого хрена здесь происходит? — рявкнул я. Они оба вздрогнули.

Лучший момент моего дня — когда этот урод начал нервно ерзать.

— Ты что творишь? — Руби сузила глаза, когда я двинулся к ним, как чертов буревестник.

— А кто у нас тут? — произнес я спокойно, хотя внутри кипел от ярости. Поло, бежевые брюки, аккуратная стрижка — типичный выпускник восточного побережья.

Вот к кому ты возвращаешься, Руби?

— Привет, я Дерек Хэмилтон, — сказал он с этим своим важным акцентом, протягивая руку.

Я уставился на нее.

— Убери руку, профессор.

Он вскинул брови, как будто никто и никогда не отказывал ему в рукопожатии.

И, судя по всему, Руби тоже не отказывала.

— Ривер, ты ведешь себя как придурок.

— О, ну ты, вроде, не жаловалась на моего придурка последние пару месяцев, — усмехнулся я.

Щеки ее вспыхнули, как будто она не верила, что я озвучил это вслух.

Держись, королева. Я только начал.

Злость, обида и что-то незнакомое жгло мне вены.

Наверное, разочарование.

Боль.

Я не знал, как с этим справляться. Умел только бить в ответ.

Она ранила меня — и я не собирался уходить без драки.

Профессор посмотрел на нее так, будто собирался спасти.

Меня это взбесило еще сильнее.

Это не его, блядь, дело.

— Дерек, — ее голос прорвался сквозь гул в ушах, и мне показалось, будто нож вонзился прямо в грудь. — Можешь выйти в зал? Я подойду через пару минут.

— Ты точно в порядке? — спросил он. Я сжал кулаки.

— Она в порядке? Ты серьезно? Иди налей себе бокальчик шардоне и закажи еще парочку рубашек-поло, надменный ты ублюдок.

Профессор даже не обиделся. Он просто выглядел разочарованным.

Как будто не верил, что с ним так разговаривают.

Он еще не знал, на что я способен.

— Боже, что с тобой? — Руби схватила меня за предплечье, разворачивая лицом к себе. Дерек ушел,