Маскарад сердец - Кейти Роуз Пул

— Что случилось? — спросил он. — Что-то произошло.

Марлоу покачала головой:

— Это не важно. Ты здесь.

— Я должен был увидеть тебя, — сказал Адриус. — Мой отец… он умер.

Марлоу резко вдохнула. Она не была удивлена. И, возможно, это было ужасно, но первое, что она почувствовала, — было облегчение.

— Хочешь поговорить об этом?

Он провёл большим пальцем по её щеке:

— Я просто хочу быть здесь.

Она поднялась на носки и поцеловала его — мягко.

— Это… — начала она, но он не дал договорить, отвечая на поцелуй с жадностью. Между ними вспыхнул жар. Он обвил рукой её талию и притянул к себе.

Марлоу отступила назад, увлекая его за собой. Он прижал её к стене, целовал до головокружения, до огня под кожей.

Она коснулась его груди и слегка отстранилась, разрывая поцелуй. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга в темноте, тяжело дыша. Будто бросая вызов — остановиться или продолжить то, что не может закончиться иначе, кроме как разбитым сердцем.

Но Марлоу взяла его за руку и повела к дивану.

Она опустила его на подушки и села к нему на колени. Уже не важно было, чем всё закончится. Все причины, почему они не могут быть вместе, растворились в ночной тишине.

Они были здесь. Они были живы.

Этого было достаточно.

Марлоу снова поцеловала его — медленно, с наслаждением. Потянулась к поясу халата.

Адриус перехватил её за запястье, его шёпот коснулся её губ:

— Ты уверена?

Марлоу кивнула:

— Да. А ты?

Он отпустил её руку, обхватил её лицо ладонями:

— В тебе? Всегда.

Глава 33

Марлоу не ожидала, что Адриус останется на ночь. Это было слишком рискованно. Но часть её — крошечная, глупая часть — всё же надеялась. После того, как он касался её, обнимал и называл своей, ей хотелось верить, что он не сможет уйти.

Это было жалкое, влюблённое желание, и Марлоу злилась на себя за ту горечь разочарования, что заклокотала в животе, когда она проснулась одна.

Она знала, что значила прошедшая ночь. Мгновение слабости для них обоих. Прощание. Она ничего не меняла — только делала невозможность их отношений ещё невыносимей.

Но Адриус всё-таки не оставил её с пустыми руками — она заметила это, когда взгляд скользнул по смятым простыням и остановился на предмете, которого раньше не было на прикроватной тумбе.

Это был небольшой прозрачный флакон, длиной с её большой палец. Марлоу подняла его, перевернула в ладони. Внутри плескалась прозрачная жидкость.

Слёзы, внезапно подумала она. Пролитые слёзы убийцы. Аурелиус был мёртв, а значит, Адриус — его убийца.

Она сжала флакон в кулаке. С того самого дня, как Вейл рассказал ей о своих планах и о том, как хочет изменить город, Марлоу постоянно спрашивала себя, а стоит ли вообще пытаться его остановить.

Но после вчерашнего — после того, как она увидела, с какой жестокостью он расправился с Медноголовыми, и как он взвалил на плечи Адриуса ужасное бремя убить собственного отца — она знала ответ.

Она оделась быстро, спрятала флакон с его слезами в карман куртки, прошла на кухню, засунула в рот черствый бисквит — и вышла за дверь.

На лифте она поднялась в частные покои семьи Вейлов — и не слишком удивилась, когда её впустили. Она знала, что в резиденции два крыла: в одном жили Вейл и его жена, другое принадлежало Сильвану и прежде — Дариану.

Марлоу быстро дошла до комнаты Сильвана и с силой постучала.

Никто не открывал. Теряя терпение, она достала карту-отмычку.

Замок поддался без сопротивления, и Марлоу вломилась внутрь, пересекла гостиную и с размаху распахнула дверь спальни.

— Какого чёрта?! — взвыл Сильван, натягивая простыню до подбородка и тараща глаза на Марлоу в дверях.

Рядом с ним Свифт выглядел так, будто его ударили током. Волосы взъерошены, грудь обнажена, лицо — сплошная паника.

— Марлоу?

Сильван застонал и откинулся на подушки:

— Ох, это ты… — Он натянул простыню до самых глаз.

— Всё в порядке? — спросил Свифт, его голос стал мягче. — С тобой всё хорошо?

— Да, — ответила Марлоу. — Вернее, нет. Наверное, не совсем. Но будет.

— Эм… А есть причина, по которой ты ворвалась сюда? — осторожно поинтересовался Свифт.

— Есть, — сказала Марлоу. — Нам нужно вернуться на Грязнокрыла. Даже если Фишер больше не может нам помочь, мы должны закончить то заклинание. — Она бросила взгляд на ком простыней, под которым прятался Сильван. Он ведь всё ещё не знал, какую именно сделку они заключили с Фишером и Чёрной Орхидеей — и что всё это имело отношение к Вейлу.

— Эм… ладно, — ответил Свифт. — Конечно. Я… сейчас встану, и мы пойдём, да?

Марлоу молча ждала. Свифт не двигался.

Голова Сильвана ушла ещё глубже в подушки:

— Она уже ушла?

— Нет, — спокойно ответила Марлоу.

Ответом ей был только стон раздражения.

— Дай мне десять минут, ладно? — сказал Свифт.

Из-под одеяла донёсся приглушённый голос Сильвана:

— Всего десять?

— А зачем тебе больше — начала Марлоу, но тут же передумала. — Знаешь что, забудь. Даже не отвечай. Никогда не говори мне. Просто оденьтесь и встретимся у меня в квартире.

Через полчаса они уже плыли по каналу на лодке в сторону Грязнокрыла.

— Эй, Свифт? — сказала Марлоу после десяти минут необычного молчания.

Он повернулся к ней:

— А?

— Тебе он вообще нравится, что ли?

Свифт удивлённо заморгал:

— Кто, Сильван?

Марлоу подняла брови:

— А ты последнее время в чьей-то ещё постели бываешь?

Свифт покраснел:

— Нет.

— Да чтоб меня… — пробормотала Марлоу, с изумлением глядя на него. — Тебе правда нравится.

— Заткнись, — буркнул Свифт. — Он… знаешь, он не такой уж плохой, если его получше узнать. Он как кошка — надо заслужить доверие. А если заслужишь… он, ну… он даже вроде как… милый.

— Милый? — переспросила Марлоу с откровенным недоверием. Она не могла придумать слова, которое бы меньше подходило Сильвану. Хотя… она вспомнила, с каким упорством тот настаивал сопровождать её, когда они искали Свифта. Тогда он притворялся, будто просто ей не доверяет, но, может, на самом деле он волновался. А ещё той ночью, после аукциона, когда на Марлоу наложили проклятие, именно он пришёл им на помощь.

Может, в Сильване и правда было что-то большее, чем его колючая внешность. Может, он и правда делает Свифта счастливым. А если кто и заслуживал чего-то хорошего и простого — так это Свифт.

— Что? — спросил он, и Марлоу осознала, что всё ещё на него смотрит.

Она покачала головой:

— Ничего. Просто… тебе идёт, когда ты влюблён.

Свифт