Развод. Больше тебя не жду - Анна Измайлова

– Друзья, – начал он, чуть прочистив голос. – Сегодня я решил взять на себя небольшую инициативу. Сегодня с нами присутствуют все, кого я действительно считаю своей семьёй, и я не мог позволить, чтобы кто-то из нас встречал Новый Год в одиночестве.

Я нахмурилась, пытаясь понять, к чему он ведёт, но сердце почему-то забилось быстрее.

– Поэтому я пригласил сюда папу Алёны, чтобы он тоже встретил этот праздник в кругу родных людей, – закончил он с лёгкой улыбкой.

Я замерла. Папа? Здесь?

И как раз в этот момент на крыльце послышался звук шагов, а потом дверь открылась. Мой отец, в своём старом тёплом пальто, зашёл в дом с пакетом подарков в руках. Снег ещё не успел растаять на его плечах, лицо было немного покрасневшим от мороза, но когда он увидел меня и Ксюшу за столом – улыбка озарила его лицо.

– С праздником всех! – громко сказал он, заходя в гостиную.

Дети сразу бросились к нему, Ксюша первая подбежала, прижалась к его ноге, а он вручил ей небольшую коробочку с бантиком.

– А вот и ваши подарки! – с улыбкой добавил он, протягивая ещё несколько коробок племянникам Михаила.

Алевтина, лучезарно улыбнувшись, подошла к нему и жестом пригласила присаживаться за стол.

– Проходите, не стесняйтесь, у нас уже почти всё готово! Михаил, какая хорошая мысль – праздник ведь семейный, – сказала она с искренней добротой в голосе.

Мой отец сел рядом со мной, на мгновение задержав на мне взгляд, и тихо, чтобы никто не услышал, произнёс:

– Молодец, дочка. У тебя тут… хорошо.

Я не могла ответить, просто кивнула, чувствуя, как эмоции подкатывают к горлу.

Михаил снова привлек внимание всех. Он встал, снова поднял бокал и произнес:

– Сегодня, в этом прекрасном кругу, собрались те, кто для меня действительно важен, – начал он мягко, обведя взглядом всех присутствующих. – Семья. Те, кто поддерживает, вдохновляет, помогает. И поэтому, раз уж у нас такая тёплая атмосфера… – он на секунду замолчал, словно собираясь с духом, а потом посмотрел прямо на меня. – Я хочу сказать нечто важное.

Я замерла.

– Алёна… – Его голос стал чуть тише, но от этого ещё глубже проникал в самое сердце. – С тех пор, как ты вошла в мою жизнь… в наш офис, если быть точнее, – он позволил себе лёгкую улыбку, но глаза остались серьёзными. – Я понял, что рядом со мной появился человек, которого я не хочу отпускать. Ты – невероятная женщина, замечательная мама, и я хочу быть частью вашей жизни. Если, конечно, ты позволишь.

Я слышала, как Наталья сдержанно ойкнула, а Алевтина за столом уже прикрыла рот рукой, смахивая слезу. Мой отец с лёгкой полуулыбкой, но уже без былой напряжённости наблюдал за происходящим.

А я… я чувствовала, как сердце буквально вырывается из груди. Его слова словно заполнили каждую клеточку тела теплом, которое давно не ощущалось.

– Я люблю тебя, Алёна, – сказал он твёрдо. – И я хотел бы, чтобы мы были вместе. Но только если ты согласишься. Если это действительно то, чего хочешь ты.

На мгновение в комнате стало так тихо, что было слышно, как потрескивают свечи на столе. Моё сердце гулко билось в груди. Я смотрела на него, на этого сильного, уверенного мужчину, который стоял передо мной, открытый, честный, искренний…

Я медленно встала. Голос дрожал, но я всё равно смогла сказать:

– Да, Михаил. Я хочу попробовать… хочу быть с тобой.

Он шагнул ко мне, его рука накрыла мою, крепко, тепло, но бережно. Я почувствовала, как он слегка сжал мои пальцы, словно боясь, что я исчезну.

– Спасибо… – прошептал он так тихо, что, казалось, услышала только я.

И в этот момент Алевтина всхлипнула ещё громче, Наталья зааплодировала, дети выглянули из-за угла, а мой папа вдруг сказал:

– Ну, раз уж такое дело… Михаил, сынок, добро пожаловать в семью.

Наталья вдруг хлопнула в ладоши.

– Да они же идеально подходят друг другу! – воскликнула она, а отец Михаила одобрительно кивнул, глядя на нас с явным удовлетворением.

Мой отец, сидевший чуть в стороне, вдруг поднялся, взял бокал шампанского и с серьёзным видом произнёс:

– Михаил, я долго думал, что никто не сможет стать для моей дочери надёжной опорой. Но, глядя на тебя, я вижу, что ошибался. Если ты сделаешь её счастливой, я буду только рад. Но знай: это огромная ответственность. Береги её и мою внучку.

– Обещаю, – твёрдо сказал Михаил.

Звон бокалов наполнил комнату, а я всё ещё стояла, ошеломлённая. Алевтина подошла ко мне, обняла, а потом тихонько, почти шёпотом, сказала:

– Спасибо, Алёна. Мой сын долго был один. Но с тобой… я вижу, он нашёл своё счастье.

Я улыбнулась сквозь слёзы, обнимая её в ответ.

Всё смешалось – смех, радость, крики "Горько!" и звон бокалов.

И в этот момент, когда за окном медленно падал снег, а дом наполнился смехом, я поняла, что счастье возможно. Оно – здесь. Рядом. В его тёплой ладони, в глазах, в этом уютном доме, полном света и любви.

Эпилог

Первое января началось для меня не с похмелья или разбитости, как у большинства. Нет, я проснулась в доме Михаила и в его мягких объятиях. Его рука лежала на моей талии, дыхание было ровным, спокойным, он ещё спал. Я осторожно, стараясь не разбудить, выбралась из-под одеяла и пошла на кухню, чтобы найти кого-то кто не спит и попросить совместно выпить кофе.

Ксюша мирно сопела в гостевой комнате, окружённая подарками, которые она получила накануне. Вспомнилось, как она светилась от счастья, когда Михаил вместе со своей семьёй окружили её заботой, когда Наталья поправляла на ней ленту, а Алевтина угощала горячим какао с взбитыми сливками. Какой-то новый, тёплый, настоящий праздник… такой, каким он должен быть.

Алевтина составила мне компанию. Она как раз суетилась на кухне, готовя завтрак. Я включила кофемашину, достала телефон, чтобы проверить сообщения. Несколько поздравлений, пара уведомлений из банковского приложения… Я бездумно разблокировала экран и на секунду замерла, видя уведомление о зачислении. В моих глазах цифры казались чем-то нереальным. Сумма… слишком большая.

В этот момент мама Михаила ушла в столовую, держа в руках два блюда с нарезками.

Я же открыла приложение полностью. Там, в строке "Ипотечный счёт" стоял ноль. Полностью закрыто. Кредит погашен.

– Ч-что? – выдохнула я, не веря своим глазам.

В этот момент Михаил уже