Любовница на Рождество - Виктория Александер

Она с удовлетворением огляделась. Все прекрасно, а на царапины на руках от колючих веток можно не обращать внимание. На следующий год она предусмотрительно наденет перчатки. На следующий год? Она улыбнулась. Она все еще понятия не имеет, как они с Себастьяном объяснят то, что происходит в этом году, но сейчас не хочется об этом думать. Сегодня днем ей пришло в голову, что когда они с Себастьяном по-настоящему поженятся, то у них будет два дома в деревне и дом в городе. Не продать ли ее загородный дом Харрисону? В конце концов, этот дом принадлежал Чарлзу, а Харрисон, кажется, проявлял интерес к его приобретению. Деньги она употребит с пользой – этот дом Себастьяна требует основательного ремонта. Как чудесно будет вернуть дому прежний блеск, устраивать в нем приемы для друзей и родственников… и чтобы в нем жили дети.

– Все очень мило, – сказала Хелена за спиной Вероники.

Вероника посмотрела на мать Себастьяна и улыбнулась.

– Да. Вы, я вижу, довольны?

– Это мое самое любимое время года. – Хелена выглядела очень довольной. – Что может быть лучше, чем собраться всей семьей на Рождество? – Она вздохнула. – Жаль, что здесь нет Порции, но что поделаешь. – Она помолчала. – Важно, чтобы дети были рядом, но не менее важно отпускать их от себя.

– Даже Порцию?

– Из-за того, что она племянница, а не дочь?

Вероника кивнула.

– Для кого-то и существует разница, но у меня это не так. Порция жила у нас с младенчества. Она ребенок моей сестры, и она – это все, что у меня осталось от нее. Порция дорога мне так, словно я сама дала ей жизнь. – Хелена на секунду замолчала. – Может, даже дороже других детей, хотя я им этого никогда не скажу. Нельзя выделять кого-нибудь из детей. Вы поймете это, моя дорогая, когда у вас появятся собственные дети.

– Я очень этого хочу.

– Когда в доме есть дети… Ничто с этим не может сравниться. Особенно на Рождество. А взрослые на Рождество забывают про свой возраст. Даже я.

Вероника засмеялась:

– Вы правы. Как чудесно, когда дом полон детей. Всех возрастов. Но меня волнует то, что вы застали нас врасплох.

– Ну что вы. Все устроено просто превосходно.

– Надеюсь, что так. Но поскольку я не ждала вас… никого из семьи, то у меня нет никаких подарков. – Не было, до того как сестра миссис Бигелоу не прислала вымпел для Себастьяна – это произошло несколько часов назад, – но для остальных подарков у нее не было. – Я привезла елочные украшения, и для Себастьяна у меня есть подарок, но я не знала, что здесь будет кто-нибудь еще.

– О, дорогая, я понимаю, как это неловко.

– Я подумала, что, может, после Рождества…

Хелена рассмеялась.

– Дети будут просто усыпаны подарками, так что они ничего не заметят. Что касается остальных… – Ее взгляд задержался на Себастьяне – он и братья спорили и давали указания слугам, как правильно установить елку. Веронике не казалось, что это слишком трудное дело, но, очевидно, мужчины так не считали. – Вы уже сделали нам самый большой подарок, о котором мы могли лишь мечтать.

– Я сделала подарок?

Хелена кивнула.

– Хотя мой младший сын купил этот дом и сказал, что собирается остаться в Англии, у меня были сомнения. Но сейчас…

– Сейчас?

– Но сейчас он здесь на Рождество и на свой день рождения…

– Его день рождения?

– Через два дня после Рождества. Вы не знали?

– Он ни слова не сказал.

– Это знаменательный день рождения, но я боюсь, что в разгар праздника он про это забыл. – Хелена посмотрела в глаза Вероники. – Теперь у него есть вы. Вы сделали так, что он захотел остаться. Мы не могли получить лучшего подарка. Вместе вы наполните дом любовью, смехом и детьми. – Хелена перевела взгляд на собственных детей. – Вы, моя дорогая, уже заполнили этот дом, пусть и неожиданно, и я всегда буду вам благодарна.

Вероника подавила чувство вины. В конце концов, они собираются пожениться как можно скорее.

– Я не могу представить, чтобы он навсегда отказался от путешествий, – сказала она, чтобы что-то сказать.

– Конечно же, нет. – Хелена покачала головой. – Только дурак этому поверит, но только мать будет на это надеяться. Правда, теперь у него есть к кому возвращаться – это вы.

– Скорее уж я отправлюсь вместе с ним.

Хелена засмеялась:

– Меня это почему-то не удивляет. Вы знаете про мой список?

Вероника отрицательно покачала головой.

– Конечно, это глупость. Во всяком случае, мои дети так думают. У меня есть список тех членов семьи, кому следует в порядке очередности жениться и выйти замуж. На ком в первую очередь я должна сосредоточить свои усилия.

– Понимаю, – улыбнулась Вероника. – Из того, что говорила Порция, ваш список возглавляет она?

– Теперь она, – кивнула Хелена. – В течение многих лет на первом месте был Себастьян. Но как же трудно найти подходящую партию для человека, которого постоянно нет на месте.

– У меня создалось такое впечатление – Порция намекнула, – что вы не одиноки в своих усилиях по сватовству.

– Дочери помогают мне в этом, как могут, – усмехнулась Хелена. – Поскольку их я в свое время облагодетельствовала, то они считают, что должны мне помочь! – Она хитро улыбнулась, глядя на Веронику. – Это удерживает меня от явного вмешательства в их жизни. Мои дети боятся, что стоит им обзавестись собственными семьями, как я начну давать советы, как им решать проблемы в их домах.

Вероника засмеялась.

– И я буду продолжать это делать. – Хелена снова посмотрела на своих детей. – Я всего лишь хочу, чтобы они были счастливы. Я, разумеется, знаю, что не обязательно жениться, чтобы стать счастливым, но я также знаю, что одиночество – страшная вещь. Не пожелала бы этого злейшему врагу.

– А вы одиноки? – не подумав спросила Вероника.

– Ну и ну, а вы откровенны. – Хелена улыбнулась. – Временами, наверное, да. У меня, однако, есть собственные планы. Я собираюсь их осуществить, когда устрою дела моих детей.

Вероника удивленно на нее взглянула:

– Да?

– Да, – усмехнулась Хелена. – В мои планы входит ни от кого не зависеть и делать исключительно то, что захочу. Я никогда так не поступала. Это звучит довольно эгоистично, полагаю, но когда большая часть твоей жизни позади, а не впереди, мне представляется, что ты заслужил право быть немного эгоистичным. – Она пристально взглянула на Веронику. – Даже не знаю, что мне больше нравится: независимость или отсутствие одиночества.

– Это в каком-то роде сделка, да? – задумчиво произнесла Вероника. – Человек просто не может решить, чего он хочет больше. Что важнее. – Она покачала головой. – За независимость приходится дорого заплатить.