Жестокий мучитель - Бьянка Коул

Она смотрит на меня через плечо и облизывает губы.

— Это намного меньше твоего члена. Ты уверен, что он подойдет?

Я провожу кулаком по своему члену и киваю.

— Я сделаю так, что он подойдет, и тебе, блядь, понравится каждая секунда.

Наливаю смазку на ее тугую дырочку и сначала просовываю в нее два пальца, медленно растягивая мышцы. После добавления третьего пальца Наталья стонет и тяжело дышит, как маленькая грязная девчонка, какой она и является.

— Правильно, стони, пока я буду ласкать пальцами твою маленькую упругую попку.

Она выгибает спину, и я шлепаю ее по ягодицам, из-за чего у нее вырывается сдавленный стон.

— Элиас, пожалуйста.

Я усмехаюсь.

— Что “пожалуйста”?

— Пожалуйста, дай мне больше.

Я чувствую, как теряю контроль над собой, когда сильнее погружаю пальцы в ее задницу, заставляя ее стонать.

А затем вытаскиваю их, хватаю фаллоимитатор и поливаю его смазкой.

— Давай посмотрим, как хорошо ты это примешь.

Я проталкиваю его через напряженный сфинктер, и она обхватывает резину, как вторая кожа.

Наконец, ее мышцы расслабляются, и фаллоимитатор проникает внутрь, полностью проскальзывая в попку.

— О, Боже, — стонет она, оглядываясь на меня через плечо. — Я не думаю, что смогу принять твой член.

— Ты будешь принимать то, что я тебе дам, как послушная маленькая шлюха, ты поняла?

Она кивает, впиваясь зубами в нижнюю губу.

— Моя послушная маленькая шлюха.

Она стонет, глаза закрываются.

— Да, хозяин.

Я стону и вгоняю фаллоимитатор ей в задницу, с благоговением наблюдая за тем, как ее мышцы обхватывают его.

Я никогда в жизни не видел ничего настолько охуенно совершенного, и знаю, что когда мой член впервые погрузится в ее девственную попку, это будет настоящий рай.

По мере того, как я жестко трахаю ее, киска становится все более влажной, пачкая одеяло под ней.

— Тебе это нравится, да?

— Да, это чертовски приятно.

Я наклоняюсь вперед и свободной рукой хватаю ее за шею, заставляя приподняться и выгнуть спину.

— Просто подожди, пока мой член впервые раздвинет эту девственную попку.

— Пожалуйста, — хнычет она.

Я ухмыляюсь, прекращая двигать игрушкой.

— Скажи мне, чего ты хочешь.

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня в задницу. — Ее бедра сжимаются вместе. — Так сильно, — добавляет она.

Я вытаскиваю фаллоимитатор из ее попки, со стоном осматривая открытую дырочку.

— Правда? Я же говорил, что ты будешь умолять меня о члене в своей попке, да?

Она кивает.

— Пожалуйста, хозяин, я прошу тебя, трахни мою попку глубоко и жестко.

Я рычу, мой член набухает до боли и капает спермой по всему одеялу и на пол.

— Осторожнее со своими желаниями.

Схватив бутылочку со смазкой, я выливаю немного на свой болезненно твердый член и провожу кулаком вверх-вниз, пока он полностью не покрывается.

Затем выравниваю головку рядом с ее растянутой попкой и толкаюсь вперед, издавая стон, когда мышцы обхватывают головку моего члена.

— Ох, — скулит Наталья, глядя на меня широко раскрытыми глазами через плечо. — Он слишком большой.

Я качаю головой.

— Нет, он, блядь, идеально подходит.

Такое чувство, что я умер и попал на небеса. Я замираю, зная, что если не буду контролировать себя, то кончу еще до того, как начну.

Вместо этого стискиваю зубы и равномерно и мягко надавливаю вперед, так что мой член погружается все глубже в открытую дырочку.

Наталья стонет и хнычет, в этих звуках чувствуется боль.

— Расслабься, и тебе станет лучше, обещаю.

Я ласкаю ее спину успокаивающими движениями и остаюсь неподвижным, несмотря на отчаянную потребность вбиваться в неё, царапающую мои внутренности, как нож.

Последнее, чего я сейчас хочу, — это причинить ей боль.

Наталья прерывисто выдыхает, и я чувствую, как она расслабляется вокруг моего члена.

— Хорошая девочка, — бормочу, позволяя своему члену погрузиться внутрь еще на сантиметр. — Ты почти проглотила весь мой член в своей прекрасной попке.

Она смотрит на меня через плечо широко раскрытыми глазами.

— Да?.

Я киваю.

— Почти, потому что ты справляешься так чертовски хорошо.

Затем она стонет, глаза закатываются, когда я ввожу последний сантиметр так, что мои яйца упираются в ее насквозь мокрую пизду.

— Черт, детка, — говорю, глядя вниз на то место, где мой член исчез внутри нее. — Ты приняла весь член в свою задницу, как профи.

Она со стоном двигает попкой.

— Тогда чего ты ждешь?

Я посмеиваюсь на это и грубо хватаю ее за бедра.

— Осторожнее, nena. Ты же знаешь, что я не нежный.

Она вздрагивает.

Не удержавшись, я вытаскиваю член почти до конца, только для того, чтобы с силой вогнать обратно.

Наталья вскрикивает, тело подается вперед, когда она пытается вырваться, но я крепко держу ее.

— Расслабься, — бормочу я, хватая ее за волосы и оттягивая голову назад. — Через минуту тебе станет хорошо.

Я делаю то же самое снова и снова, пока она не начинает задыхаться и стонать.

Прежде чем успеваю опомниться, ее спина выгибается дугой, и она умоляет меня о большем.

— Пожалуйста, Элиас, трахни меня сильнее.

Я врезаюсь в тугую попку с такой силой, что удивительно, как не разрываю ее пополам.

Она снова стонет, наклоняя голову вперед.

— Это так чертовски приятно.

Я с силой впиваюсь ногтями в ее бедра, зная, что оставлю следы, но мне тяжело сдерживать себя от взрыва.

— Да, потому что ты моя идеальная маленькая шлюшка, и тебе нравится все, что я с тобой делаю, не так ли? — Я шлепаю ее по попке, и она стонет. — А теперь я хочу, чтобы ты кончила для меня с моим членом в своей заднице.

— Элиас, я не хочу, чтобы это заканчивалось, — бормочет она.

— Кончи для меня сейчас, и я буду трахать твою задницу снова и снова, пока ты не начнешь умолять меня остановиться.

Наталья стонет, а затем я чувствую, как она сжимается вокруг моего члена так сильно, что кажется, будто она пытается его разорвать.

Я проникаю сквозь ее напряженные мышцы, трахая её прямо во время оргазма.

— О, черт! — она кричит, тело обмякает, и она падает на кровать, не в силах удержаться на ногах.

Я хватаю ее за бедра и поддерживаю, врезаясь в нее еще три раза, прежде чем выплеснуть свою сперму глубоко в ее задницу.

— Да, блядь, прими каждую чертову каплю, — рычу я.

Она как кукла, безжизненная, пока я использую ее и наполняю своей спермой. Когда я, наконец, прекращаю толчки, мое зрение возвращается в норму, и я позволяю ей рухнуть на кровать в изнеможении.

Я