Темный дар для попаданки. Финал - Алина Углицкая

– Поужинать?!

– Да, уже вечер.

Ничего себе, я спала…

Зато чувствовала себя хорошо отдохнувшей.

Когда я села за свободный стол, мужчины тоже вернулись на свои места. А когда я начала есть, они тоже заработали ложками. Но мы продолжили искоса поглядывать друг на друга. Я на них – с удивлением и опаской. Они на меня – оценивающе и изучающе.

Я еле вытерпела эти перекрестные взгляды. Но все же решила сходить за второй порцией и заодно спросить повара, почему все так смотрят.

Однако все вопросы вылетели из головы, когда он сказал:

– А вы уже были у вашей подруги, леди?

– Какой подруги? – нахмурилась я, ставя грязную миску на стол с использованной посудой.

Там уже громоздилась гора.

– Ночью доставили пропавшую студентку. Которая была с вами, когда феникс напал.

– Миркула?! Где она?

– В лазарете. Вон, большая палатка на площади.

Больше не слушая, я рванула в указанную сторону.

– Да подождите вы! – окрик повара заставил притормозить.

Тот сунул мне в руки полную миску каши:

– Вот, отнесите ей.

Кивнув, я помчалась к палатке.

Миркула и правда была там. Как пояснил помощник целителя, встретивший меня поклоном на входе, Миркулу привезли ночью. Боевичка была ранена и сильно истощена. Целители залечили самые сложные раны, но на восстановление магических сил и общую регенерацию требуется время.

– Как ты? – спросила я, входя к ней в палату с миской полевой каши.

– Как я? – Миркула мрачно хмыкнула, но миску взяла. – А по мне не видно?

– Видно, – согласилась, садясь на свободную кушетку.

Сама я уже поела.

Миркула выглядела больной. Ее кожа приобрела болезненный желтоватый оттенок, щеки ввалились, резче обозначились скулы и носослезные борозды. А вокруг глаз образовались глубокие тени. Но при этом она довольно активно работала ложкой, а значит, помирать пока не собиралась.

– А ты как? – спросила она, отставив пустую тарелку.

Бросила на меня цепкий взгляд и добавила:

– Ты изменилась. Твоя аура… Похоже, тебя можно поздравить.

Ее губы изогнулись в усмешке.

– Ты о чем? – не поняла я.

– О твоей ауре. Ты смогла пробудить дракона, что в таком возрасте считается невозможным. И твой дракон прошел обряд Единения со своей истинной парой.

– Что?! – от неожиданности я подскочила. – Обряд Единения?

– Ага. Разве не чувствуешь? Подумай о своей паре.

Я мысленно потянулась к Айзену. Кожа на моих запястьях откликнулась жаром. Я задрала рукава рубашки и онемела от изумления. Мои руки украшали золотые узоры, которых еще вчера не было!

– Айзен! – выругалась я в голос. – Вот гад!

Теперь понятно, почему в столовой все так странно себя вели. И почему повар и помощник целителя мне поклонились. Они по ауре поняли, что я не просто невеста принца, а его… жена?! Какой ужас!

– Странная реакция для счастливой новобрачной, – заметила Миркула. – То есть тебя можно не поздравлять?

– С чем? – простонала я, хватаясь за голову.

– С Единением. Это, вообще-то, событие в жизни дракона.

Я отвлеклась от мыслей, в которых уже четвертовала принца, и с подозрением глянула на Миркулу:

– А ты откуда столько про драконов знаешь? Мы еще не начали их изучать.

Боевичка поскучнела и отвернулась. Я думала, не ответит. Эта девушка вообще была странной, так что я бы не удивилась, встань она сейчас и уйди. Но она вдруг заговорила:

– Я много чего про драконов знаю. Мой отец один из них.

Ее тон был глухим и невыразительным, однако я расслышала каждое слово. А потом пришло понимание: по Академии ходили слухи, что Миркула незаконнорожденная дочь герцога, но никто не знал, какого именно. А оказывается, ее отец дракон!

– Моя мать была магичкой, – призналась Миркула, все так же глядя в сторону, – но недостаточно сильной, чтобы выносить крылатое дитя.

– А твой отец хотел сына, – кивнула я с пониманием и, поддаваясь моменту, взяла ее за руку.

Пальцы Миркулы были холодными и дрожали, но она их не отдернула.

Мы так и сидели какое-то время, молча держась за руки. Она упорно избегала смотреть мне в лицо, а я не спешила ловить ее взгляд. Все было ясно без слов.

Будь мать Миркулы драконицей или имей больше магии, то смогла бы родить сына-дракона. Тогда, возможно, ее отец сочетался бы с ней законным браком или хотя бы ввел своих детей в род, как Драмиэль это сделал со мной.

– Ладно, – первой заговорила Миркула.

Она осторожно освободила пальцы и наконец-то глянула на меня.

– Надеюсь, это останется между нами.

– Можешь не сомневаться.

– И это… я искренне рада за вас с принцем. Вы отличная пара.

Я в ответ рассмеялась:

– Ну, зато теперь ясно, что мир не сошел с ума.

Просто одному чешуйчатому гаду придется кое-что мне объяснить.

***

Айзен, конечно, знал, что я буду не в восторге от его самоуправства. Потому и сбежал, оставив мне только пламенные заверения в своих чувствах. Но во временном штабе сказали, что это вовсе не бегство, а тактическое отступление. То есть у принца был веский повод исчезнуть. Он получил приказ от короля и должен лично доставить Сильхарда в столицу.

Там же, в штабе, я выяснила, что с пленением феникса атака Темных захлебнулась. Когда на Сильхарда надели антимагические кандалы и отрезали ему доступ к силе, артефакты внутри порталов вдруг обесточились. Новые силы не смогли прийти на помощь своему авангарду.

Бой выиграла армия Ленорманна. Оренволд был спасен. Но цена оказалась слишком высокой за кусок болотистой земли с дремучим лесом и разгромленной деревенькой.

На пустыре за деревней лежали погибшие. Молодые вампиры и дроу. Их было больше сотни. Я ходила между телами, каждому вглядывалась в лицо, чтобы запомнить, и меня душили слезы.

Я смотрела на раны и думала: им было больно и страшно. Они все погибли за… что?

За чужие мечты.

Сильхард хотел уничтожить драконов и захватить Ленорманн. Теперь он сломлен и обезоружен, его главный козырь лежит у меня в кармане, а армия наголову разбита. Все его обещания и мечты пошли прахом. Вместе с десятками жизней.

А ведь есть еще пленные! Их тоже немало. Что с ними будет? Зная Ортреда – ничего хорошего.

От этих мыслей хотелось кричать в голос, но я молчала. Знала, что наблюдающие за мной маги и драконы этого не поймут.

Для них здесь лежали враги. А я не воспринимала Темных как врагов, даже после того, как сама чуть не погибла. Ведь недавно я была одной из них. Но узнай об этом хоть кто-то