Новобрачная - Джулия Гарвуд

– Понимаю. – В глазах Алека забегали веселые чертики. В толпе мужчин послышались смешки. Джейми грозно взглянула на них, и смех прекратился.

– Ты это серьезно, жена? – спросил Алек.

– Серьезнее не бывает.

– Боюсь, что ты не попадешь даже в стену конюшни, – заметил он, – не то что в движущуюся цель.

– Ты так думаешь?

– Уверен.

– Как плохо ты знаешь свою жену! – сказала Джейми, снимая со спины лук и вытаскивая из колчана стрелу. Она решила преподать урок мужу и его людям.

На стоге сена висела большая коричневая шкура с нарисованными на ней кругами, в них на разном расстоянии от центра торчали пятнадцать стрел.

– Ты разрешишь мне поохотиться, если я докажу тебе, на что я способна? – спросила Джейми, указывая головой в сторону мишени.

Маркус сильно закашлялся, стараясь таким образом скрыть свой смех. Джейми, нахмурившись, посмотрела на него.

– Я не хочу, чтобы ты опозорила себя перед моими воинами, – ответил Алек, желая разозлить жену и помешать ее «охоте».

– Я не опозорю себя. Отойди в сторону, муж, и не мешай мне, – приказала Джейми. – Хорошо смеется тот, кто смеется последний.

Алек кивнул и отступил на несколько шагов.

Джейми заметила, что, увидев, как она вставляет стрелу в лук, бравые воины стали разбегаться в разные стороны. Похоже, они тоже не верили в ее искусство.

Джейми взглянула на мишень, но голова Резвой мешала ей целиться. Недолго думая, она скинула башмаки и встала на спину лошади. Она успела выпустить стрелу прежде, чем Кинкейд подбежал к ней. Джейми опустилась на спину Резвой и нежно погладила ее.

– Почему ты сейчас сердишься? – спросила она мужа с улыбкой.

– Никогда не смей больше этого делать! – закричал Алек так громко, что Резвая шарахнулась от него. Однако, несмотря на свой крик, он помнил, что в глазах жены не было страха, когда она балансировала на крупе лошади.

– О чем ты говоришь, Алек? Чего я не должна делать?

Недоуменный взгляд жены убедил Алека, что она действительно не понимает, о чем идет речь. Прежде чем ответить, Кинкейд набрал в легкие побольше воздуха. Если бы она только знала, как забилось его сердце, когда она встала на спину лошади!

– Ты могла убиться, – процедил он сквозь зубы. – И тем самым лишить меня удовольствия сделать это самому. Никогда больше не становись на спину лошади! Слышишь? Никогда!

– Мне нравится это, Алек. Когда я дома мчалась по лугам, то часто вставала Резвой на спину.

– О Господи!

– Это правда, муж. Хочешь я покажу тебе…

– Нет!!!

– Не кричи так. Ты пугаешь Резвую.

– Это тебя я хочу напугать, жена. Поклянись, что…

– Хорошо, хорошо, даю тебе слово. Теперь ты доволен, муж?

–Да.

– Тогда перестань так сжимать мою ногу. Мне больно.

– Джейми, неужели ты не понимаешь, какой опасности себя подвергаешь?

Слова мужа не испугали Джейми, наоборот, она весело рассмеялась:

– Алек, почему у тебя дергается щека? Нахмурившись, Кинкейд промолчал.

– Послушайте, – закричал Давид, – ее стрела далеко от всех прочих стрел!

Юноша поднял с земли башмаки и протянул их Джейми. Джейми поблагодарила его и с улыбкой ответила:

– Конечно, моя стрела далеко от других стрел.

– Вы промазали, миледи? – спросил мальчик.

– Со мной этого никогда не случается, – ответила Джейми. – Я попала в самый центр. Если хочешь, пойди и проверь.

Давид побежал к мишени. Все услышали его громкий смех.

– Она права! – закричал он. – Леди попала в самое яблочко!

Воины хором закричали громкое «ура!». Джейми наблюдала за мужем. К ее великому разочарованию, он вел себя совершенно спокойно и лишь слегка приподнял брови.

– Гавин, я хочу, чтобы вас сопровождали еще десять человек, – приказал он, и тот в мгновение ока повернул коня и поскакал к замку за охраной.

– Джейми, ты кое-что забыла, – сказал Кинкейд, когда жена стала разворачивать лошадь.

– О! – воскликнула Джейми, зардевшись. Она склонилась к мужу и поцеловала его в лоб.

– Я не это имел в виду, – ответил, усмехаясь, Алек. – Ты забыла надеть на Резвую седло.

– Я не люблю ездить в седле, – ответила Джейми. – Я не привыкла к нему. Оно стесняет меня, Алек.

– Маркус, дай леди Кинкейд одно из моих старых седел, – приказал Алек. – Джейми, почему ты не сказала раньше, что умеешь ездить без седла?

– Я боялась, что ты сочтешь меня неженственной.

– И напрасно. Мне бы такая мысль и в голову не пришла. Кстати, сейчас я вспомнил: Бик рассказывал, что ты единственная, кто умеет ездить верхом. Правда, он говорил, что ты это делаешь крайне редко. Значит, он лгал мне?

– Бик считал, что ты будешь ко мне более внимателен, если не будешь знать, как много я умею. Алек усмехнулся:

– Джейми, никогда больше не целуй меня так, как сейчас.

Не успела Джейми подумать, что муж стесняется своих воинов, как он снова поманил ее пальцем и, когда она приблизила к нему свое лицо, крепко поцеловал в губы. Стоявшие поодаль мужчины одобрительно закивали: они гордились своим господином.

Поцелуй был таким крепким и долгим, что у Джейми перехватило дыхание. Когда она немного пришла в себя, то обнаружила, что Алек снял ее с лошади и держит на руках. Она даже не заметила, когда он это сделал.

Муж и жена улыбались друг другу. Лица их лучились счастьем.

– Ну хватит, – сказал наконец Алек. – Ты отняла у меня слишком много драгоценного времени.

Джейми рассмеялась. Топот копыт привлек ее внимание и, оглянувшись назад, она увидела вереницу всадников, спускающихся с холма.

– Зачем мне такое большое сопровождение?

– Они тоже хотят поохотиться, – пояснил Алек, выпуская ее из объятий.

Взяв у Маркуса принесенное им седло, Алек закрепил его на спине Резвой и помог жене взобраться на нее.

– Счастливого пути, Джейми, – пожелал он.

– Обещаю тебе, что вернусь не с пустыми руками, муж.

– Я ни капли не сомневаюсь в этом, жена.

Джейми намеренно сказала полуправду, чтобы Алек не ругал ее впоследствии. Она была очень довольна собой, и улыбка не сходила с ее лица. Вне всякого сомнения, Алек будет рад приемной дочери и станет ей хорошим отцом.

– В каком направлении ехать, Маркус? – спросила она, когда они миновали мост.