Новобрачная - Джулия Гарвуд

– На запад, миледи, – ответил Маркус, и Джейми пустила Резвую галопом, но воин быстро догнал ее и развернул лошадь. Джейми, как всегда, поехала в противоположную сторону.

Обед закончился, а Джейми вес не возвращалась, Алек начал беспокоиться. Мысли, одна нелепее другой, приходили ему в голову. Напрасно он уговаривал себя, что Гавин и Маркус не дадут ее в обиду: беспокойство росло с каждым часом. Уже в который раз он говорил себе, что Джейми непременно вернется с заходом солнца, – все напрасно.

Стараясь отвлечься от мрачных мыслей, Алек вспоминал события дня, который он провел не даром.

Воспользовавшись отсутствием жены, Алек навести клан Елены, поговорил со всеми ее родственниками и выяснил для себя несколько интересных деталей, которые проливали свет на историю самоубийства его первой жены. Вернувшись домой, он поделился с отцом Мердоком и выслушал его мнение.

Священник был несказанно удивлен, что Алек заговорил с ним о Елене, имя которой не упоминалось в их доме со дня ее смерти, но постарался скрыть удивление и честно рассказал Кинкейду обо всем, что думал по этому поводу.

Время шло, Джейми не возвращалась, и Алек беспокойно ходил по залу из угла в угол, перебегая с одной мысли на другую. Лицо его было мрачнее тучи.

Джейми стояла на пороге и наблюдала за мужем, ожидая, когда он обратит на нее внимание. Она только что вернулась и была безмерно счастлива.

Наконец Алек заметил сияющую жену и застыл на месте, пытаясь понять причину ее хорошего настроения.

Юбка Джейми зашевелилась, и из-под нее выглянуло чумазое личико маленькой девочки. Нагнувшись, Джейми взяла ее за руку и зашептала:

– Иди поздоровайся с папой.

Мери-Каталина не сдвинулась с места. Пристальный взгляд Алека смущал ее. Она глядела на него огромными круглыми, как блюдца, глазами, цветом напоминавшими золотистый янтарь.

– Подойди, подойди к папе, – шептала Джейми, – он будет любить тебя всем сердцем.

Девочка замотала головой, но Джейми взяла ее за руку и подвела к Алеку, который никак не мог взять в толк, что происходит. На босоногом херувиме был надет плед его клана, хотя он готов был поклясться, что никогда не видел эту малышку с милой мордашкой и такими чудесными золотистыми кудрями, что они затмевали собой солнце.

– Кто это? – спросил наконец Алек.

– Твоя дочь.

– Что?!

– Лучше сказать – наша дочь, – уточнила Джейми. – Поздоровайся с папой, Мери-Каталина.

Крутя золотистый локон, девочка продолжала испуганно смотреть на Алека. Джейми опять зашептала что-то ей на ухо.

– Это дочь Елены, – вмешался Гавин, до сих пор вместе с Маркусом молча наблюдавший эту сцену.

– Теперь она моя дочь, – заявила Джейми. – Неужели ты ничего не понимаешь, Алек? Когда ты женился на Елене, Мери стала твоей приемной дочерью. Разве ты не собирался привезти ее сюда? Так как я твоя новая жена, то теперь она и моя дочь. Мы оба должны заботиться о ней.

– Уверен, что Кинкейд не обидит ребенка Елены, – вмешался Маркус.

Алек по-прежнему молчал, и Джейми продолжала:

– Ее бабушка умерла три месяца назад, и девочку передали дальней родственнице, которая постоянно била ее. У Мери все тело в синяках, Алек. Мне стыдно, что эта женщина моя соотечественница. Как только рука поднимается на такую малышку? Если бы я сейчас не забрала ее, она бы вскоре умерла от побоев.

Заложив руки за спину, Алек смотрел на маленькое существо, выглядывающее из-за юбки Джейми. Слушая рассказ жены, он все больше хмурился.

– Подойди ко мне, Мери, – приказал Алек.

Девочка покачала головой и спряталась за юбку Джейми.

Алек расхохотался:

– Жена, ребенок провел с тобой всего один день, но уже унаследовал твое упрямство.

Кинкейд подошел, взял девочку на руки и заглянул ей в глаза.

– Смотри не урони! – забеспокоилась Джейми. Улыбаясь, Алек что-то зашептал малышке на ухо, и она согласно закивала.

– Попроси ее сказать что-нибудь, Алек. Она за весь день не проронила ни слова. Боюсь, она не умеет говорить.

– Не беспокойся, жена, она заговорит, когда захочет. Правда, Мери?

Ребенок снова закивал.

– На ней была одежда цветов клана Кевина, – прервал молчание Гавин. – Он перевернулся бы в гробу, знай, в каком рванье ходит его дочь.

– А почему на ней сейчас мои цвета? Кто ее переодел? – спросил Алек.

– Я, – ответила Джейми. – Когда я увидела синяки на ее теле, то сразу решила забрать ее.

– Не обманывай меня, жена. Ты приняла это решение раньше.

– Возможно, Алек…

– Когда ты отправлялась на охоту, ты уже знала, что привезешь ее сюда. Теперь я понимаю, почему ты сказала, что вернешься не с пустыми руками.

В голосе Алека не чувствовалось раздражения, но Джейми до сих пор не могла догадаться, что у него на уме.

– Да, – смиренно ответила она. – Я уже тогда приняла решение.

Алек засунул девочку под мышку и пристально посмотрел на жену.

– Как ты держишь ребенка! – закричала Джейми. – Ей всего три года, с ней надо обращаться осторожно!

Мери-Каталина захихикала – похоже, ей было уютно под мышкой у Алека.

– Что ты сделала, когда увидела синяки на теле девочки? – спросил Алек.

– Я рассвирепела.

– И…

– Бросила ее плед на землю и хотела растоптать его ногами, но сдержалась, а зря. Я бросила его нарочно, чтобы унизить эту ужасную женщину, заслужившую хороших тумаков. Потом я плюнула на него.

– При свидетелях, Алек, – добавил Маркус.

– Отлично.

Маркус с удивлением взглянул на Кинкейда.

– Но это значит – война, – напомнил он.

– Две войны, – добавил Гавин. – Не забывайте клан Елены. Они обязательно вмешаются.

– Не думаю, – ответил Алек. – Как вы считаете, почему Елена, выйдя за меня замуж, привела в дом Энни? Вся семья третировала их. Думаю, что король знал об этом.

– Поэтому ты и женился на Елене после смерти ее первого мужа? Чтобы защитить ее? – спросила Джейми. Алек кивнул и с улыбкой посмотрел на жену.

– Спасибо, – сказал он.

– За что ты благодаришь меня, муж?

– За то, что ты привезла нашу дочь домой.

Джейми была растрогана до слез, и она, наверное, расплакалась бы, если бы Алек в это время не подбросил девочку вверх.

– Что ты делаешь?! – закричала в испуге Джейми. Но отец и дочь весело смеялись. Наконец Алек опустил малышку на пол.