Каждый второй уик-энд - Эбигейл Джонсон

– «В твоих глазах» Питера Гэбриела.

– Точно, «В твоих глазах».

– Это, пожалуй, самый романтичный эпизод в истории кино. – Ее голос вернулся. Как и мой румянец.

– Вполне возможно, что я заснул в какой-то момент или вообще проспал весь фильм.

Ее смех был немного дрожащим, но он подсказывал, что она не сердится на мою склонность к нарколепсии.

– Я удивлена, что ты помнишь эту сцену.

– Как только зазвучала эта песня, ты привстала на колени и вцепилась ногтями мне в руку. Что не очень-то способствует хорошему сну.

– Я обожаю эту сцену. Вообще люблю этот фильм, но как насчет капкейка? У меня еще есть шанс его получить?

– Воображаемый капкейк? Конечно, он твой.

– А свечку ты в него воткнул?

– Целых шестнадцать. Ты теперь даже не угадаешь, что это капкейк. Больше похоже на обертку, объятую пламенем.

– Звучит превосходно. И ты споешь для меня?

– Не-а, потому что мое пение так далеко от совершенства, как ты и представить себе не можешь. Но я бы произнес эти слова нараспев, тебе бы понравилось.

– Даже не сомневаюсь.

– В следующем году, – пообещал я не только ей, но и самому себе. – Все, все будет именно так: твой день рождения, полночь, я под твоим окном, отвратительный банановый капкейк, но с семнадцатью свечками.

– Я верю, что ты это сделаешь.

– Если бы не возрастной ценз, я сделал бы это прямо сейчас.

– Спасибо, Адам.

– С днем рождения, Джолин.

Джолин

С ботинками в руках я на цыпочках спустилась по лестнице и выскользнула из дома во вторник утром, в мой первый день официального шестнадцатилетия, и, вздохнув с облегчением оттого, что удалось выбраться незамеченной, поспешила по подъездной дорожке. Я обогнула дом и, улыбнувшись, ускорила шаг, когда увидела минивэн Гейба, но притормозила, заметив Черри на заднем сиденье.

Я не могла остановиться и застыть истуканом, поэтому подошла к машине и запрыгнула на пассажирское сиденье. Я поздоровалась с Гейбом и, обернувшись, обратилась к Черри:

– Привет. Домашний арест снят?

Гейб подавил смешок и завел мотор.

Черри сердито зыркнула на него, а потом перевела на меня чуть менее враждебный взгляд.

– Я все еще под арестом, но, поскольку сегодня твой день рождения, а мы строили эти планы еще несколько месяцев назад, не говоря уже о том, что я тут с нянькой, меня выпустили.

– О. – Конечно, это не счастливые объятия с поздравлениями и заверениями «я так рада, что мы не ссоримся», но все-таки больше, чем я ожидала, особенно учитывая, чем закончился наш последний разговор. Черри явно была не в восторге от того, что наказание лишь отсрочили, поэтому я старалась говорить тихо и спокойно. – Ну, свобода есть свобода, верно? Хреново, что тебе приходится тратить часть этого времени на DMV^[33].

– Да. – Ее лицо разгладилось, и она вздохнула, когда Гейб демонстративно откашлялся. Она закатила глаза. – Она только что села в машину. Не гони. – Потом она закусила губу и посмотрела на меня. – У меня для тебя подарок. Пришлось заказать его через интернет, поскольку я не могла выйти из дома, но… – Она протянула мне голографический подарочный пакетик, набитый фиолетовой папиросной бумагой. – Если тебе это не нужно, я не обижусь.

– Еще чего, – сказала я, принимая подарок. – Э-э, спасибо. – Несколько месяцев назад я бы перебралась на заднее сиденье, чтобы обнять ее, прежде чем мы вместе принялись бы вскрывать мой подарок. Теперь я прикусила губу и не могла сказать наверняка, кто из нас первый отвернулся.

– Ты ведь понимаешь, что это мой подарок? – Гейб кивнул на руль, чем разрядил обстановку. – Тащиться с тобой за водительскими правами в семь утра, когда я мог бы еще спать?

Черри откинулась на спинку сиденья:

– Врет он все. Они с ребятами скинулись, чтобы купить тебе новый объектив для камеры. Гейб провел сто исследований, выбирая лучший. Они собираются вручить его тебе дома, позже.

– Хм, придумаешь тоже, – произнес Гейб плохо поставленным актерским голосом, обстреливая Черри взглядами в зеркале заднего вида. – Никому из нас ты даже и не нравишься, Джо. Нам всем очень неловко от того, что ты постоянно торчишь на наших репетициях и бесплатно снимаешь для нас музыкальные клипы.

Ничто в мире не могло бы сдержать мою улыбку. Новый объектив – это мечта, но от рассказа, что вся группа планировала подарок для меня… сердцу стало тесно в груди. Я наклонилась и поцеловала Гейба в щеку.

– Спасибо. К тому же очень мило, что ты думаешь, будто я не собираюсь выставить вам счет.

– Эй-эй, – сказал он, искоса поглядывая на меня и улыбаясь. – Не думай, что это избавит тебя от благодарственных слов за подарок. И тебе придется изобразить удивление, когда встретишься с Грейди и Декстером.

– Заметано. – Я перевела взгляд на подарок Черри, что лежал у меня на коленях. Мне не очень хотелось открывать его, как будто хороший или плохой, с душой или нет, он представлял собой будущее нашей дружбы. Между нами давно уже не было прежней близости, и я не знала, как мы ее вернем, да и сможем ли теперь. Черри кивнула, когда я сказала ей, что открою его позже.

Гейб задал мне несколько вопросов о том, как у меня продвигается с заявкой в киношколу, но я была слишком сосредоточена на предстоящем судьбоносном экзамене, поэтому он сдался и сказал, что спросит потом.

Когда мы подъехали к офису DMV, я выскочила из машины чуть ли не раньше, чем Гейб припарковался. Я ожидала, что экзамен по вождению займет много времени, но ошибалась. Он растянулся на целую вечность.

Я не сбила ни одного конуса, ни одного малыша на дороге. Остановила машину как положено, а моя параллельная парковка прошла на ура. Я мысленно объявила себя асом за рулем. И мой инструктор согласился. Когда мы вернулись в офис, я исполнила почти что психопатический танец, отчаянно размахивая руками. Гейб, не теряя времени, присоединился ко мне на парковке. Черри была слишком крута для наших танцев, но обняла меня. Я на мгновение растерялась в ее объятиях, первых с тех пор, как Меник вернулся в ее жизнь, и они оставили горьковато-сладкое послевкусие, поскольку мы обе быстро отстранились.

На фотографии в водительском удостоверении я выглядела полубезумной, с каким-то натужным оскалом и жилистой шеей, но вышла на улицу с видом победителя, чувствуя себя Джоном Траволтой в «Лихорадке субботнего вечера».

Незабываемое ощущение.

Необходимость ехать на пассажирском сиденье, когда штат Пенсильвания только что объявил меня годной к вождению, подпортила впечатление, но, по крайней мере, Гейб поставил хорошую музыку.

Я полуобернулась, чтобы обсудить с Черри вопрос, который хотела и в то же время боялась задать: