Возвращение блудного папы - Лина Филимонова

Светлана

Давно меня так не накрывало.

В голову ударила горячая злая кровь, дыхание перехватило. У меня даже головокружение началось от острого приступа ревности.

Я протянула руку к фотографии, дернула ее за торчащий уголок, она оказалась у меня в руке. Яростно смяв ее я…. очнулась.

Боже, что со мной творится? Я никогда не была такой бешеной и не вела себя так неадекватно!

Просто увидев Алекса с Ингой, после всего, что было вчера… Я сошла с ума.

К счастью, разум ко мне вернулся.

Я включила голову и четко осознала: ничего у него с Ингой не было.

Да я же знаю ее много лет! Знаю, как она ведет себя с мужчинами.

Наверняка она сама прилипла к нему, не спрашивая разрешения.

Но, блин! Почему он позволил ей прилипнуть? Кому еще он это позволяет и будет позволять в будущем?

Так, спокойно!

Вспышка буйной ревности прошла. Не надо провоцировать ее возвращение. Конечно, это все Инга! Она и стенгазету эту лично сделала, я в этом уверена на двести процентов.

Ей нравится Алекс. Но еще приятнее насолить мне. У нас с ней давняя взаимная нелюбовь.

В те времена, когда в нашей семьи было все плохо с финансами — у меня родилась Соня, брат обанкротился, а маму вынудили уйти на пенсию — Инга приставала ко мне со своей притворной жалостью.

Но я не хотела жалости! Мне не нужны были ее презрительно-сочувственные взгляды. И унизительные слова, которые она любила произносить при всех.

Я ее посылала чуть ли не прямым текстом. И таким образом нажила себе врага.

Теперь у меня все хорошо. Наша семья выбралась из проблем, я занялась недвижимостью и мне повезло — несколько удачных сделок позволили открыть свое агентство.

Инга больше не может меня жалеть. У меня дела лучше, чем у нее. А теперь еще и мужчина появился, в то время, как у нее никого нет…

Так что да. Теперь мне ее жаль. Эта фотография — жест отчаяния.

И поддаваться на ее провокации я не буду.

Я вышла из школы с высоко поднятой головой и легкой улыбкой на губах.

— Видела стенгазету? — поинтересовалась Инга.

Она выглядела то ли удивленной, то ли разочарованной. Ну да, наверное, представляла, что я выскочу либо в слезах, либо с перекошенным от злости лицом. И я чуть не поддалась на ее провокацию.

Хорошо, что она не видела, как я сорвала фотографию!

— Видела, — спокойно ответила я. — Ты прекрасно потрудилась. Название такое яркое, и подписи улетные. Молодец.

Инга растерянно таращилась на меня. Я махала рукой Соне, показывая, что нам пора идти.

— А, там была одна фотка, где ты с Алексом, — уже уходя произнесла я.

— Да! — обрадовалась Инга.

Видимо, она боялась, что я не заметила фотографию, ради которой она так старалась.

— Так вот, Алекс получился прекрасно. А ты не очень. Тебя эта юбка толстит. Не носи ее.

Я развернулась и ушла, по пути забрав Соню.

У меня были опасения, что мне вслед полетит отборная ругань, но нет. Похоже, Инга от удивления проглотила язык.

Я успокоилась, но все же полностью не избавилась от сомнений. Они мучили меня всю дорогу и потом, дома, пока я готовила ужин.

Алекс сказал, что любит меня.

Он говорил искренне, сам верил в свои слова.

Но что для него значит любовь? Может, у него, как у многих мужчин, мухи отдельно, котлеты отдельно? Многие говорят, что любят жену, а с другими у них просто секс, который ничего не значит.

Вдруг Алекс такой же?

Я так мало о нем знаю!

Но я в курсе, что он гулял направо и налево, пока был женат.

Алекс

Опять этот Костик! Прилип к Мышке, как банный лист.

И она, видимо, не возражает против того, чтобы он вертелся рядом. Они коллеги. Он дарит ей цветы и конфеты, которые она уже видеть не может.

Что у них за отношения?

Блин, не надо себя накручивать.

Я знаю, что Мышка не будет обманывать. Не будет крутить с кем-то за моей спиной. Она не такая.

Но это если мы с ней вместе. А мы вместе? После сегодняшней ночи я думал, что да. А что она об этом думает?

Я признался ей в любви. Я не рассчитывал на ответное признание, она к этому еще не готова. Счастье, что она хотя бы перестала меня ненавидеть.

Но… Кто мы друг другу сейчас?

Мы вчера вспоминали прошлое, много смеялись, болтали о разном. Но о будущем особо не говорили. Может, надо поговорить? И все прояснить.

Я терпеть не могу недомолвки и неясности! От них все проблемы. И пусть я не большой спец по отношениям, но я точно знаю: основываться они должны на доверии.

И никаких недомолвок!

Я позвонил Мышке вечером. Она была дома, готовила ужин.

— Эх, я бы сейчас с таким удовольствием поел твоих котлет! — не удержался я.

— Они подгорели. А пюре я пересолила…

— Влюбилась?

Мышка хмыкнула.

— Что? — спросил я.

— Ничего.

— Устала?

— Ага.

Но я видел, что дело не в усталости. Да, Мышка сегодня не выспалась, как и я. Но утром ее глаза светились счастьем, а сейчас в них поселилось сомнение.

— Выкладывай, что случилось.

— Да ничего…

— Светлана Валерьевна! — строгим голосом произнес я.

— Ты знаешь мое отчество?

— Конечно. И я хочу знать, что тебя гложет.

— Я тебе сейчас задам вопрос. Можешь ответить честно?

Я напрягся. Но уверил Мышку:

— Конечно. Привычки врать не имею.

— Ты изменял своей жене?

Вот это вопросы у Мышки! Не зря я напрягся. Похоже, разговор будет непростым.

— У меня был несчастливый брак… — начал я.

— Значит, изменял, — перебила меня Мышка.

— Только после того, как она ушла. Да, все было плохо. Но нет. Я не бегал налево, пока у нас была какая-то видимость отношений.

— Правда?

— Да.

— Это хорошо, — выдохнула Мышка.

Смешная она. Как ребенок. Как же я ее люблю!

— Оцениваешь уровень моего кобелизма? — поинтересовался я.

— Ага. Я помню, как вы с Кириллом… У вас каждый день были разные девчонки!