Возвращение блудного папы - Лина Филимонова

Лицо Алекса было озарено улыбкой. Я тоже улыбалась — уж очень смешной была ситуация с салфеткой.

— Дай мне шанс, — тихо произнес Алекс.

И снова коснулся моей руки. В этот раз я не вздрогнула.

— Что значит: дай шанс? Чего конкретно ты хочешь?

— Не убегай от меня. Не улетай и не уезжай, когда у меня получается вырваться к вам.

— Я не от тебя! Я к подруге.

— Ладно, это мы проехали. Просто дай мне возможность быть рядом.

— Ты далеко.

— Знаешь, я готов бросить все и приехать в любую минуту. Мой план таков: еще подзаработать, чтобы я мог открыть здесь свое дело.

— Ты хочешь переехать?

— Да.

Эта новость потрясла меня почти так же сильно, как признание Алекса. Я и не предполагала, что у него такие планы…

Он собирается жить в нашем городе!

— Почему? — вырвалось у меня.

— Потому что все, что я люблю, находится здесь.

Официантка принесла десерты — яблочный штрудель Алексу и чизкейк мне. Я не хочу чизкейк! И я не помню, как его заказывала.

Поковырявшись ложечкой в десерте, я его отодвинула.

— Рыбки? — спросил Алекс.

— Да! — вырвалось у меня.

Я достала одну рыбину, развернула, втянула носом копченый аромат… слюни чуть ли не рекой потекли!

Я — копчено-рыбный маньяк! Рядом со мной нельзя оставлять такие вкусности!

Алекс попросил официантку принести чистую тарелку, влажные салфетки и нож. Она пыталась что-то возражать, мол, со своим нельзя… Но он ее быстро успокоил чаевыми.

— Пиво мы будем пить ваше, — заявил он.

— Пиво? — удивилась я.

— По кружечке. К рыбке.

Я не стала спорить. Я вгрызлась зубами в аппетитную копченую плоть.

Алекс

Вот чем закончилось мое первое в жизни объяснение в любви: моя любимая, забыв о моем существовании, глодает рыбий хвост и запивает пивом.

Правда, меня она тоже угостила.

Кстати, сарган офигенный. А я умею красиво и аккуратно чистить любую рыбу. Я отделял мякоть от костей, сначала складывал на тарелочку — для Мышки. А потом начал отправлять кусочки ей прямо в рот.

Это было так интимно…

И романтично.

Лучшее в мире свидание! Ночью, в пустом кафе аэропорта, за кружкой пива и копченой рыбой.

С самой прекрасной девушкой на свете…

Глаза Мышки сверкали, она снова стала той девчонкой, которую я знал. А не сердитой букой, в которую превратилась в последнее время.

Лед растаял.

Мы пили пиво, болтали о рыбе, о море, о Питере, в котором я был очень давно. О Соне, самом чудесном ребенке на свете.

— Твой самолет! — внезапно вспомнила Мышка.

— Он уже улетел.

— А-ах! — испуганно выдохнула она.

— Ничего страшного. Полечу следующим.

И я отправил ей в рот еще один кусочек рыбки без костей.

— А ты? — спросила она.

— Я люблю тебя, — не к месту выпалил я.

— Ты почти не ешь рыбу…

Она взяла с тарелки кусочек и поднесла к моим губам.

Ее пальцы были солеными, вкусными, нежными. И в глазах, кажется, тоже плескалась нежность…