Шторм - Акулина Вольских

Он усмехнулся, развел руками.

— Не было подходящего момента. Собирался сказать.

Марк поднял руку, убрал волосы с моего лица. А я смотрела на него безотрывно, будто видела впервые. От шеи вниз по спине проскочили холодные мурашки.

— Простишь?

Сказал тихо, а у меня в голове будто громовые раскаты загрохотали. Всë то, что прятала внутри все эти недели, начало вихрем прокладывать себе путь наружу. Дыхание походило на хрип, частый, сбивчивый. Руки затряслись. Я и вся затряслась. Эмоции нахлынули штормовой волной, накрыли с головой и били нещадно о каменистое дно. Ноги стали ватными. Перед глазами начинало кружиться цветная карусель…

А в следующий момент Марк обхватил меня за шею и прижал к себе. Сильно, нетерпеливо. Ткнулся лицом в ямку между шеей и плечом и крепче сцепил руки за моей спиной. Я нырнула в его объятия всем телом, отдалась порыву, расслабилась и в тот же миг ощутила, как его тепло, его мощь заполняют меня до краёв. Чувствовала, как нежность мягкими лапками пробирается к сердцу, как ласково воспоминания изнутри лижут душу.

— Я соскучился.

Еле слышно, на ультразвуке, только для меня. Пытал своим дыханием мою кожу. А сердце перекрикивает все слова, колотится.

— И я соскучилась.

Скользнула ладонями от его талии вверх по спине к лопаткам, прижалась к нему лицом и вдыхала запах, которого так не хватало все эти дни. Запах, который свёл с ума в самый первый день и не отпускал ни на секунду. Кожа и ветивер. Аромат моего мужчины.

Буря внутри меня утихала, превратилась в легкий ветерок, ласковый бриз. Волны прибоя в душе, шурша, баюкали и успокаивали.

Марк немного отстранился, поднял ладонями моё лицо и с улыбкой смотрел на меня. Я видела, как огоньки в его глазах становились ярче, превращаясь в фейерверки. Он коснулся моих губ своими, и я невольно всхлипнула. Тогда Марк тихо рассмеялся и снова крепко обнял меня, покачивая.

— Моя горгууууулья.

Я рассмеялась. Как же мне не хватало этой его «горгульи». Когда он впервые так меня назвал, хотелось выцарапать ему глаза. А теперь я целый месяц тосковала по этому так, что чуть не выла.

— Обнимаетесь уже? Славно, — голос Брук приближался к нам за моей спиной. Марк показательно застонал, отрываясь от меня и запрокидывая голову назад.

— Что за привычка появляться в самый неподходящий момент?!

— Сущность у меня такая, — Брук показала язык Марку, рассмеялась и повернулась ко мне. А я удивилась переменам в их отношениях. — Слушай, я понимаю, что ты сейчас совсем не здесь, что у тебя любовь и бла бла бла…

Я прижалась к Марку плечом и улыбнулась. После слов Брук он чмокнул меня в макушку и положил подбородок на моё плечо.

— Так вот… — продолжила подруга. — Эшли интересуется твоими дальнейшими планами.

— В каком смысле? Какого рода планами?

— Профессионального рода, Кайли. Дистанционные консультации это, конечно, хорошо, но при условии, что в планах стоит постройка ещё двух корпусов… Людей будет больше и, возможно, групповая терапия здесь была бы уместнее. Иными словами, ты остаешься?

Я не успела ничего ответить. Марк ответил за меня:

— Конечно, остаётся.

— Эй! — возмутилась я и посмотрела ему в лицо.

— Что? Я разве что-то не так сказал?

Я прищурилась, а Брук кивнула и повернулась, чтобы уйти.

— Ладно. Пойду обрадую Эшли.

— Брук! — окликнула её.

— Что?

— Что это было сейчас? С каких пор вы… вот так…?

— Нууу мы, вроде как, подружились, — пояснил Марк.

Брук качнула головой.

— Дружба это сильно сказано. Но… мы с этим лучепёрым… как бы это сказать… поладили.

— Но по имени она меня так и не называет.

— И не начну, не надейся. Это моя маленькая блажь. Ладно, продолжайте… на чём вы там остановились… — она покрутила руками в воздухе и с широкой улыбкой процокала обратно к административному корпусу.

— Кстати насчёт имен… — я повернулась к Марку.

— М?

— Ты же… Марк?

Он усмехнулся и кивнул.

— Марк.

— Фууух, я уж думала Элиот. К этому было бы сложно привыкнуть.

— Элиот — моё второе имя. Так что, отчасти, привыкать все равно придётся.

— Расскажешь, что здесь только что было?

— Расскажу. Но давай чуть позже. Это длинная история.

— Хотя бы самую суть.

— Суть… — он набрал в легкие побольше воздуха. — Суть в том, что у вашего центра больше нет преследователей, зато появился новый спонсор с толстенным кошельком и неуëмными амбициями.

— А… Кроули?

— Забудь. Он передумал воплощать в жизнь свои угрозы. И здесь он был сугубо как представитель компании. Реклама, все дела.

— И кто же, интересно, его переубедил?

Я с восторгом и благодарностью смотрела на мужчину, который смог за месяц упорядочить весь хаос в моей жизни. Смог перевернуть все с ног на голову, другой стороной. «Овер-штаг», как говорят моряки, когда под действием бокового ветра судно разворачивают на противоположный курс.

— Спасибо тебе… за всё, — шепнула ему.

От избытка чувств, навалившихся за день эмоций, мой организм не выдержал, заскрипел. Слезы сами собой заскользили вниз по щекам, а лицо Марка все все больше расплывалось из-за солёной пелены.

— Эй, ты чего?! Ну… — он обхватил руками моё лицо и поднял. Смахнул мои слезы и улыбнулся. — Я же обещал тебе.

— Я помню. И помню, что ты держишь слово.

— Но кое-что ты всё таки забыла…

— Что?

— Я говорил, что никогда и ничего не сделаю во вред тебе. Постарайся больше об этом не забывать.

Новая порция рыданий подступала, я шмыгнула носом и, пока окончательно не расклеилась, Марк снова поцеловал меня, мягко, ласково. Я растворялась в его ласке, снова гладила его шею, целовала лицо. Он был со мной, был рядом, но мне всё равно было его недостаточно. Хотелось кожей срастись с ним и никогда не прекращать его обнимать.

— Ну и глухомань! — снова прервал наше уединение кто-то.

Я обернулась на громкий голос позади себя. Марк закатил глаза и тихо зарычал:

— Это закончится когда-нибудь?

К нам приближался мужчина ростом с дом, который тщетно отряхивал штанину.

— Вот ведь… бобриная струя… Влез в побелку. Не мог к приезду друга марафет здесь навести?

Я повернулась к Марку, подняла брови.

— Друга?

Он выдохнул и кивнул. Мужчина приблизился к нам, протянул руку Марку для приветствия и посмотрел на меня с хитрой улыбкой.