Право на любовь - Майя Бэнкс

— Вот так, умница. А теперь просто держи. Остальное я сделаю сам.

Он снова сжал ее бедра и слегка подтолкнул — так, что оказался совсем близко. Нашел вход и проник в горячую влагу. Мейрин невольно сжалась, однако любимый тут же напомнил:

— Расслабься.

Она убрала руку и уперлась ладонями в грудь. Пальцы супруга скользнули вверх, к ягодицам, заставили Мейрин опуститься ниже. Толчок — и она оказалась заполненной до основания. Странное, непривычное, но очень приятное ощущение. Грудь напряглась, а соски жадно потребовали прикосновения.

Юэн не заставил ждать: его ладони легко скользнули по животу Мейрин и замерли; большие пальцы принялись ласкать, теребить, тревожить соски до тех пор, пока они не затвердели.

— Представь, что ты наездница. Скачи верхом.

Образ поразил Мейрин, показался немыслимо смелым, но она все-таки исполнила желание: надежнее устроилась в «седле» и начала смущенно, робко, неуверенно двигаться. Взгляд Юэна ободрил и приказал продолжать.

С каждым движением скачка все больше захватывала Мейрин и покоряла неумолимым ритмом. Наслаждаясь новой, неожиданно обретенной властью, она увела любимого за границы разума, а остановилась лишь после того, как услышала мольбу о пощаде. Их губы слились так же неразрывно, как и тела, а освобождение пришло одновременно. Победный мужской возглас слился с восторженным женским стоном. Супруг снова положил горячие ладони ей на бедра и с силой надавил, как будто желал продлить ощущение неразрывного единства.

С блаженным вздохом Мейрин упала и растворилась в бесконечности. Два сердца стучали в унисон; трудно было понять, чье мчится стремительнее.

Юэн обнял жену и поцеловал в макушку.

— Я люблю тебя, девочка.

Мейрин решила, что ослышалась. Да, она любила мужа. Любила больше жизни, но о том, что он разделит с ней чувство, даже не мечтала. Он заботился о ней, ухаживал, защищал, оберегал, дарил нежность. Но любовь — это очень серьезное, ответственное чувство. Тот, кто любит, отдает сердце.

Она приподнялась и сквозь слезы посмотрела сверху вниз, в прекрасное мужественное лицо.

— Повтори!

Юэн улыбнулся: только что он сам требовал произнести волшебные слова еще раз.

— Я тебя люблю.

— О, Юэн!

Горячие слезы переполнили глаза и закапали на грудь.

— Эй, только не плакать! Делай все что угодно, но не пугай слезами.

— Это слезы счастья, — успокоила его Мейрин и всхлипнула. — Я так тебе благодарна, милый. Ты подарил мне дом, семью, клан. А сегодня, когда было так страшно, обидно и непонятно, поддержал и помог.

Юэн нахмурился и покачал головой:

— Не только сегодня. Я всегда тебя поддерживал и готов поддерживать впредь. Даже если когда-нибудь случится так, что не смогу согласиться и приму решение, которое покажется тебе неправильным, я все равно останусь на твоей стороне.

Мейрин уткнулась мужу в шею.

— Я так тебя люблю, милый.

Юэн осторожно перекатился; теперь оба лежали на боку, лицом друг к другу. Он убрал с ее щеки волосы и посмотрел в глаза.

— Я так долго ждал этих слов. А теперь, когда, наконец, дождался, не устану слушать снова и снова.

Мейрин улыбнулась.

— Очень хорошо, лэрд. Дело в том, что я нередко думаю вслух, а уж эти слова наверняка будут то и дело приходить мне на ум.

— Так, может быть, докажешь свою любовь?

Мейрин удивилась:

— Как! Снова?

Юэн с улыбкой ее поцеловал.

— Почему бы и нет?