Бесишь меня, Ройс Таслим - Лорен Хо

Машина Верна гремит всю дорогу до места проведения шоу, но он включает свою аудиосистему, и мы подпеваем нашему любимому предматчевому миксу на Spotify. Я выскакиваю из машины, а он уезжает, чтобы припарковаться за рестораном, в котором мы должны выступать. Меня разрывает от эндорфинов, и я улыбаюсь во весь рот, вспоминая, как выкрикивала слова песни во всю глотку, при опущенных окнах, под пристальными взглядами людей. Я чувствовала себя свободной, была сама собой, и меня абсолютно не волновало, как я выгляжу в глазах других.

И, стоя на раскаленном тротуаре, все еще хихикая, наблюдая, как Верн въезжает на своей машине на свободное место чуть дальше по улице, понимаю, что, вероятно, именно это я и люблю в стендапе. Конечно, мне нравится мастерство, всегда нравилось, и я обожаю соревноваться. Нравится эта сцена и наше странное сборище белых ворон. Даже среди самых обычных комиков есть люди, которые реально не вписываются в привычные рамки. Но на самом деле я думаю, что больше всего мне нравится то, что на сцене у меня есть возможность становиться абсолютно свободной и неидеальной, просто самой собой.

Я оборачиваюсь и вижу Ройса, который стоит у входа и наблюдает за мной, весь такой свежий, как поп-звезда, в красной клетчатой рубашке и темно-синих джинсах. Желудок у меня сжимается, когда я понимаю, что он видел меня с Верном. Я вздергиваю подбородок, глядя на него:

– Ройс.

Пауза.

– Чан.

Ройс открывает рот, будто хочет что-то сказать, но в конце концов передумывает, отворачивается и заходит в кафе. Я жду на тротуаре, пока он не исчезнет, и Верн, подвижный, как тень, присоединяется ко мне. Мы заходим вместе.

* * *

Какое бы дестабилизирующее воздействие я ни оказывала на Ройса, тем вечером оно исчезло, испарилось, улетучилось. Он отыграл свой сет на славу, и я поняла, почему раньше его называли Золотым Рэем. Я же, наоборот, начала испытывать трудности. Указания, которые Верн давал мне на последних нескольких сеансах, здорово повлияли на мое выступление, сделав его менее естественным, чем раньше. А может… Нет, не может. Я трясу головой. Вовсе не потому, что Ройс едва взглянул на меня. Ни на капельку.

Верн подошел ко мне после моего неудачного выступления.

– Все окей?

– Все прекрасно, – глухо отвечаю я.

– Мне показалось, что твое выступление в новом стиле было таким захватывающим.

Я замираю.

– Правда?

– Конечно. Оно было более энергичным, и твой новый образ с подведенными глазами мне тоже нравится. А еще мне понравился новый эпизод о том, как трудно быть девушкой даже в игровом пространстве.

– Ну, не знаю…

– Тебе просто нужно еще немного поработать над сетом, и я уверен, что все получится.

– Окей, – киваю я.

В конце концов, у Верна больше опыта.

– Вот это и называется воля к победе! – Он хлопает меня по спине. – А теперь давай я отвезу тебя домой. Я должен защищать свой клан от таких, как он.

Верн кивает головой в сторону Ройса, который смотрит на нас с другого конца ресторана.

– Таким людям, как Таслим, – говорит он, наклонившись ближе ко мне, – вообще нельзя доверять. Потому что терять им абсолютно нечего.

Глава 32

Зи: ЧТОБ ТЕБЕ НОГУ СЛОМАТЬ ЗАВТРА!

Агнес:

Зи: Образно говоря, для ясности

Агнес: Не забудь, все думают, что завтра я весь день проведу у тебя. Мы будем заниматься, и ночую я тоже у тебя, ОК? Не болтайся по торговым центрам и не публикуй свои походы в прямом эфире, в сторис или еще где. РОЗИ ТЕБЯ ПОСТОЯННО ЧИТАЕТ в соцсетях

Зи: Охо-хо, ХОРОХО, ворчливая зануда

Зи: А, кстати, плиииз не злииис, но я рассказала Таслиму, как ты собираешься добираться до Сингапура. Он сказал, что ты до сих пор игноришь его сообщения, и хочет прояснить ситуацию

Агнес:!!!

Зи: Прости, детка, все будет ОК! Доверься Зи

Я издаю стон и закрываю лицо ладонью. Зи я могла бы доверить и свою жизнь, но проблема не в ней, а в том, чтобы Ройс с Верном не сцепились.

* * *

Ранним субботним утром я жду, когда Верн прибудет на автостанцию, и пытаюсь расслабиться, надеясь, что шестичасовая поездка в Сингапур будет веселой и спокойной. Несмотря на восемь утра, большой кондиционируемый двухэтажный комплекс кишел путешественниками, многие из которых совершали дальние поездки по всей Западной Малайзии.

Я направляюсь к нужному терминалу и обнаруживаю, что Верн уже там, он улыбается и машет мне рукой, на плечах у него рюкзак.

– Привет, напарник, – говорит он, и мы обмениваемся рукопожатиями. – Как раз вовремя.

– Привет, напарник, – отвечаю я.

Наш автобус въезжает в отсек для посадки, и Верн хватает мой багаж.

– Давай сразу загрузим все, пока не образовалась очередь. Увидимся в автобусе?

Я киваю. И тут появляется Ройс, раскрасневшийся, с яркой нефритово-зеленой сумкой в руках. Он сдержанно кивает мне. Я понимаю, что его кто-то сопровождает – телохранитель, который тоже неторопливо подходит с матово-серым чемоданом на колесиках.

– Я отнесу багаж в заднюю часть автобуса, – говорит телохранитель Ройсу, и тот кивает.

Затем мы с Ройсом остаемся одни – настолько одни, насколько это возможно, в окружении двадцати других пассажиров, ожидающих посадки в автобус. Он осторожно отводит меня за локоть немного в сторону от остальных.

– Я хотел прояснить ситуацию перед соревнованиями, а то у меня в голове полный сумбур, – тихо говорит Ройс. – Ты очень много для меня значишь, Агнес, и я ненавижу, что мы оказались в такой ситуации. – Выражение его лица искажается болью. – С тех пор как состоялся гала-концерт, между нами все изменилось… Я думал, что, если скажу тебе, что ты мне нравишься и ты ответишь мне тем же, то мы сблизимся, но этого не произошло. Это лишь еще больше отдалило нас друг от друга. Может, потому что в тот момент мы испытывали слишком сильное давление, а может, мои чувства не были взаимными и ты почувствовала себя каким-то образом обязанной… – Он закрывает глаза и начинает говорить, прежде чем я успеваю возразить, чтобы