Танцующая с волками - Сёстры Нолан

— Кэтрин Грин, — хмыкнула она, изучая бумаги. — Я что, похожа на бешеную блондинку?

— В больнице никто не будет приглядываться к тебе. Если что, скажешь — покрасилась, — он пожал плечами и открыл дверь в больницу.

— Не нужно идти со мной, — тихо сказала Оливия, остановив его. — С гинекологическим креслом я справлюсь сама.

— Как пожелаешь, — он не решился настаивать. — Я пока зайду в пару магазинов, встретимся у машины.

Сквозь стеклянные двери холла Ульрих проследил за тем, как Оливия прошла к стойке регистрации. Вскоре за ней явилась медсестра и увела в сторону приёмного отделения, а он направился на соседнюю улицу, собираясь уладить кое-какое дело.

Поначалу его забавляла демонстративная холодность со стороны Кэтрин. Она вела себя словно обиженный ребёнок, хотя Альфа не давал ей никаких обещаний. И всё же мысль о том, что стоит как-то задобрить волчицу, настырно свербила внутри, особенно после того, как утром он тайком забрал её документы.

Ульрих знал, что она сходит с ума по всяким безделушкам, поэтому решил, что очередной браслет из антикварной лавки поможет растопить лёд между ними. Он уже оплатил подарок и ожидал, пока седовласый мужчина, подозрительно косящийся в его сторону, закончит упаковывать покупку, когда взгляд наткнулся на изящное кольцо из белого золота с выгравированной на нем ветвью дерева. Орнамент был украшен россыпью желтоватых камней, которые солнечными лучами переливались в свете мигающих магазинных ламп.

— И его, — хрипло произнёс Альфа, указывая на украшение.

— Цацка стоит две семьсот, — поджал губы продавец, ожидая, что неприятный гость уйдёт, узнав цену.

— Я беру. Сдачу оставь на новые лампы, — опустив на стойку мятые купюры, он подхватил бумажный пакет и поспешил на улицу.

Оливия ещё не вышла. Ульрих ждал её, монотонно постукивая пальцами по рулю и стараясь унять нарастающее волнение. В памяти то и дело вспыхивал восторг в её глазах, когда они осматривали комнаты строящегося дома. Их дома.

Как отрадно будет возвращаться туда после тяжёлого дня, видеть её, уютно устроившуюся в кресле с книгой или вязанием. От этой мысли в груди разливалось приятное тепло. Кто бы мог подумать, что всё обернётся именно так, как ему мечталось в юности?

Открывшаяся дверь вывела его из размышлений.

— Как всё прошло? — он тепло улыбнулся и протянул Оливии бутылку воды.

— Хм, вроде хорошо, — открутив крышку, она равнодушно пожала плечами. — Выкачали пол-литра крови, сказали меньше нервничать и больше есть, а через пять недель приехать снова. Анализы будут готовы завтра, но я не знаю, как их забрать.

— Я пошлю кого-нибудь за ними, — задумчиво пробормотал Ульрих, не сводя с неё глаз.

— Что с тобой? — убрав воду в бардачок, она повернулась к нему.

— Я не знаю, что нужно говорить в таких случаях, — начал было он, но запнулся и отвёл взгляд. — Просто хочу, чтобы всё было по правилам.

Сунув руку в пакет, Ульрих нащупал деревянную коробочку. Пальцы дрожали, пока он пытался открыть крохотный замочек. Наконец тот поддался, и Ульрих протянул футляр.

— Кольцо? — удивилась Оливия. — Волки не носят обручальных колец.

— Не носят, но ты же не волк, — согласился он. — Сделаем всё, как у людей.

— Зачем? Свадьба ведь не настоящая, — забрав коробочку, она закинула её в рюкзак и потянулась к ремню безопасности.

— Ну да, не настоящая… — грустно улыбнулся Ульрих, чувствуя, как сердце гулко ухнуло вниз, разбив призрачную надежду.

Теперь дорога до базы проходила в неловком молчании. Оливия отвернулась к окну, но взгляд то и дело украдкой возвращался к Ульриху.

Тот даже не смотрел в её сторону. Следя за дорогой, он крепко сжимал руль, и за выражением его лица невозможно было разгадать истинных эмоций. Оливия чувствовала, что сейчас Альфу лучше не трогать, но гнетущая тишина в салоне автомобиля давила и раздражала.

Словно в насмешку, впереди замаячил неприступный забор центральной базы, усиливая забытую на время тревогу. Оливия схватила кепку и натянула её до самого носа, а затем откинула кресло, чтобы притвориться спящей.

— Мне нужно зайти кое-куда, — вдруг подал голос Ульрих, застав её врасплох. — Перелезь на заднее сиденье и не высовывайся.

Припарковав машину в тени деревьев на достаточном расстоянии от КПП, он, не говоря больше ни слова, вышел на улицу, оставив её в растерянности.

Минуты тянулись бесконечно, и Оливия затравленным зверьком вжималась в обивку, заслышав шаги или голоса.

— Ты не имеешь права просить меня о чём-либо, Свенсон, — яростно шептала Анна, пока Ульрих тащил её по парковке. — Мы больше не друзья! Единственное, что ты можешь — запугивать людей, заставляя следовать твоим желаниям.

— Нэн, ты можешь считать меня кем угодно и говорить всё, что находишь справедливым, но я прошу лишь пять минут. Ей не хватает тебя.

— Лив сама выбрала сторону, — фыркнула Анна, сложив руки на груди. — Найдет новую подружку.

— Это не так, ты же знаешь её, знаешь, что она никогда бы так не поступила с гильдией, — опустив руки ей на плечи, Ульрих заглянул в ореховые глаза, надеясь на согласие. — Всего пять минут.

— Если меня увидят с вами, я лишусь звания. — Анна колебалась, то посматривая на внедорожник, то снова оглядываясь по сторонам.

— Не беспокойся, если тебе что-то предъявят, я замолвлю словечко. Хоть мы больше и не друзья, — ехидно добавил он, и Анна, недовольно цокнув языком, повернулась к машине.

Стоило двери распахнуться, как Оливия испуганно отпрянула вглубь салона. Яркий солнечный свет не давал разглядеть стоящего перед ней человека, но как только пышная кудрявая копна показалась в проёме, она удивлённо ахнула:

— Анна?

Оливия замерла, вглядываясь в суровое лицо подруги. После их последней встречи она не была уверена, что когда-нибудь увидит Анну снова и уж тем более, что сможет рассчитывать на тёплый приём. А если лейтенант Кортес пришла арестовать её, то у судьбы явно отвратительное чувство юмора.

Не зная, как себя вести и как совладать с нахлынувшими эмоциями, она опустила голову, чтобы не встречаться с осуждающим взглядом, и прошептала:

— Я рада тебя видеть…

К её удивлению, Анна вдруг похлопала её по плечу, вынуждая подвинуться, и села рядом. Оливия казалась такой замученной и несчастной, с этими серыми тенями под глазами, впалыми щеками и нелепо торчащими из-под кепки прядями, что Анне на секунду показалось — подруга действительно не по своей воле оказалась с волками.

— Тебе нужна помощь? Он держит тебя силой?

Она отрицательно замотала головой.

— Всё в порядке. Я просто сделала, как ты и советовала — нашла единственный вариант сохранить свою жизнь. И всё бы отдала, чтобы вернуться домой.

— Он точно не обижает тебя? — Анна грозно покосилась