Оторва - Ольга Пожарова

— А зря!! — шиплю на него. — Вон, дедуля маму нашу… Так вроде почти в себя пришла!!!

— А я тебя… люблю… — чуть не всхлипывает мой близнец.

— Роник… — обнимаю, своего непутёвого брата. — Я тоже тебя люблю… Скажи уже членораздельно — муж мой где?

— Так… С тёлочками… — прижимает меня к себе Роник. — Ты только не ругайся, Ронь…

Роня

— Тимофей Степаныч, оставь скотину в покое!!! — вот, не знаю даже — плакать или смеяться…

— Роня… Ронь… Аким сказал… — мнётся мой муж, прижимаясь спиной к стене хлева…

— А чё сразу Аким? — доносится у меня за спиной.

— Кимка, а ты тут не при чём, да? — Мариша догнала нас когда мы с Роником и ста метров от калитки не отошли…

— Не то, чтобы… — чувствую, достанется моему старшему брату от Маришки не по-детски…

— Тимох, ты… тёлочку… — что-то пока шли до двора бабы Зины… Да-да, той самой, у которой «водичка в бутылочках»… Так вот, пока мы сюда шли, близнец мой совсем захмелел…

— Ронь… — и муж мой тоже не сказать, чтоб сильно трезвый… — Я тут… А она…

— Вы чё, ироды, в моём сарае забыли⁈ — а вот и допрыгались…

— Тёть Зин, тёлочки у Вас, конечно… — пытается сгладить ситуацию Маришка.

— Мы только посмотреть… — икает Роник. — Тимоха… Он таких тёлочек никогда не гладил…

— И чё⁇ — не унимается баба Зина. — Как оно⁇!!

— Бодаются… — как-то совсем обречённо произносит мой муж…

Господи, ну, вот как⁇!!

Нет, я ни на секунду не подумала, что Тимофей может отжигать с какими-то девушками, но такое…

Ну да, иногда тёлочки — это именно тёлочки…

— А то!! — с гордостью заявляет баба Зина. — Это ещё Ночку я на прошлой неделе продала, а то б висели твои кишки на заборе!!!

— Ронь, а как мне отсюда выйти? — и голос такой… жалобный…

— А ты у Акима спроси!!! — поворачиваюсь я к своему старшему брату, которого прямо сейчас испепеляет взглядом Мариша.

— А мы сейчас кого-то до кучи в сарай отправим и до утра с тёлочками закроем, да, Ким⁇ — шлёпает Акима по груди. — А утром ещё посмотрим: выпускать или как!!!

— Да мы же…!! Я же…!! — мелкими шагами пятится подальше от хлева мой брат…

— Ага, и Роника туда же!! Да, Роник⁇ — подталкиваю я в спину своего близнеца. — И кто там ещё с вами на тёлочек хотел посмотреть???

— Ронь, да ты чо???!!! — упирается мой брат.

— А и правильно, девки!! — соглашается баба Зина. — Запрём их тут, и пущай с телочками до утра милуются!! Хотя, может, лучше к гусям?

— Роня!!! — в один голос взвывают Тимофей, Роник и Аким…

— Нет, тёть Зин, давайте Тимофея выпустим — он же не виноват, что ему вместе с женой её ущербные братья достались!! — а Маришка-то на девишнике полстакана самогонки выпила… — А этих двоих… — кидает злобный взгляд на Акима с Роником. — Как идейных вдохновителей…!! Вот они пусть до утра и сидят с тёлочками!!!

— Мариш… — округляет глаза мой старший брат.

— А ты что думал!! Ладно, Тимофей… — взмахивает руками Мариша. — Но ты-то⁇!!

Да уж, на моего мужа и правда… ладно…

— Я тогда… Тоже останусь! — подаёт голос это мой любитель деревенской романтики…

— А оставайся!! — не выдерживаю я. — Втроём вам там тут как раз каждому по тёлочке!!

— Ронь… — жалобно стонет Роник. — Давай я… — икает и закашливается. — Тимохе выйти помогу и… — и снова икает…

— Ну чо, девки? — прерывает Роника баба Зина. — Давайте, решайте, чо с в вашими недотёпнутыми делать… А то подняли меня…

— Маришик… — делает бровки домиком Аким…

— Ронечка… — стонет мой близнец…

И только муж мой молчит и глазки в пол…

— Ладно… — отодвинув меня и Роника, проходит в хлев баба Зина. Как-никак свадьба завтра…

* * *

— Нет, в баню его точно нельзя!!! — у мужа моего ведь каждый поход в баню, как кинокомедия… — Да и пока растопим…

— В летний душ их тогда? — кивает Маришка на моих братьев и Тимофея…

— Да веди уж сразу к реке и камень на шею… — обречённо огрызается Аким…

— Сомы отравятся!! — не остаётся в долгу Маришка.

— Роня… — наверное уже сотый раз за дорогу от дома бабы Зины до нашего пытается завести со мной разговор Тимофей.

— Потом поговорим!! — почти затаскиваю этого любителя деревенских тёлочек в калитку.

Нет, идти-то он идёт… Только иногда во всех направлениях сразу…

— В летнем воды немного… — икнув, сообщает Роник.

— Тогда Роня Тимофейку своего там в чувство приведёт, а я вас двоих сейчас из шланга… — подталкивает в спину сначала Роника потом Акима Маришка…

— Нельзя меня… из шланга… — икает Роник…

— А меня куда? — делает неудачную попытку повернуться ко мне Тимофей…

* * *

— Ронь… Прямо тут⁇ — пытается игриво пошевелить бровями мой муж, когда я, стянув с него футболку, принимаюсь за спортивки.

— Ага… — подталкиваю его к скамеечке рядом с душем, на которой стоят пара ковшиков и небольшой тазик. — Сядь, я штаны и носки с тебя сниму…

— А носки зачем…? — уронив и ковшики, и тазик, плюхается на скамеечку Тимофей.

— А так эротичнее!! — рявкаю я, спуская по его ногам спортивные штаны.

— А ты сверху, да??? — опять играет бровями, как паралитик…

— И сверху, и сбоку, и со спины пару раз!! — стаскиваю снасначала кроссовки, потом носки…

— А со спины… — на лице мужа вмиг появляется задумчивое выражение. — Это как? Это я должен… со спины…

— А сейчас и узнаешь!! — схватив его за обе руки, помогаю встать…

— А трусы⁇ — качнувшись, прижимает меня к себе…

— А в душ зайдём и сниму… — высвободившись из объятий Тимофея, заталкиваю его в душ и захожу сама.

Не рухнет он на меня, пока я труселя-то