Оторва - Ольга Пожарова

— Ну, всё, теперь холодец завтра есть никто не будет… — хмыкает Глеб…

Роня

— А это… Очень больно? — со щеками цвета варёного рака спрашивает нас с Маришкой Василиска.

Братья мои неугомонные утащили Тимофея на мальчишник, не забыв при этом сказать, что у нас всё не как у людей — свадьба была, а мальчишника и девишника не было. И если нам это не обязательно, то мужчинам отпраздновать окончание вольной жизни необходимо — кровь из носа.

Обозвав Акима и Роника всяким заумными словами, вроде «шовинисты», мы с Маришей решили, что равноправие должно быть равноправным и девишнику быть.

Но вдвоем как-то… И потому позвали с собой пару моих младших сестёр и Лерку.

Сначала хотели пойти на берег реки, но потом подумали, что это далеко, а мы всё же взяли пару бутылок шампанского…

Дашке, само собой, никто бы выпить не позволил, но остальные-то уже совершеннолетние…

И потому расположились в небольшой беседке у бабули с дедулей во дворе…

А мужская часть семьи отмечает мальчишник у Акима…

— Эт ты о чём? — выставляет Лерка на стол бутылку самогонки. — Не, а чо — шипучкой, что ли, девку замуж провожать?

— Лер, мы после вот этого… — стреляет Маришка глазами на только что выставленную бутылку. — И не вспомним, кого и куда провожаем…

— Ну, Ронь… — канючит Василиска.

— Вась… — хмыкает Лерка. — Эт… Ну, я уж и не помню…

— Чё, так давно было⁈ — злится Васька.

— Не-а, — хмурит брови Лерка. — Просто… А чё, у вас как? — и поочередно смотрит то на меня, то на Маришу.

— Ну, не так, чтобы больно… — опускает смущённо глаза Маришка. — Главное, чтобы с любимым мужчиной, Вась…

— А у тебя? — не отстаёт от меня сестра.

— А у меня всё было с любимым мужем… — дёргаю её за косу.

— Кстати, о муже твоём… — начинает открывать шампанское Лерка. — А это… Градус нужно повышать, поэтому начнём с вашей шипучки… Так вот… Раз вы с ним, само собой, уже того… — смешно дёргает бровями Петюнина жена — То, получается, вся магия у тебя… тоже того…?

— Чего, того⁇ — не сразу соображаю я…

— Ну, эт… Проеблася…

И громкий хлопок от пробки от шампанского…

— А то!!! — прилично так пихает меня локтем в бок Маришка. — Теперь всё…

— Вот ведь… — разливает нам по пузатым бокалам шампанское Лерка. — Нельзя, значит, и рыбку съесть, и на…

— Да не матерись ты! — шикает на неё Маришка, пытаясь не заржать в голос. — Нельзя… Вот, Ронька наша всю свою магию на Тимофея променяла…

— Ну, давайте хоть за то, чтоб оно того стоило!! — приподнимает свой бокал Петькина жена. — Одни потери от этих мужиков…

* * *

— Ронька!! Ронь!! — стучит по окну комнаты, где мы спим сегодня с Маришкой, мой близнец. — Ронька!!

Подскакиваю, как не лежала…

Если брат мой не в дверь идёт, а в окно лезет, то ничего хорошего ожидать не приходится…

— Что? — распахиваю окно.

— Там это… Ты только Тимоху не ругай!! — делает грозное лицо брат.

Тимоху…

Ой, да, ну, кто бы сомневался…

Вот у кого от женитьбы никакая магия попадать в разной степени дурацкие ситуации никуда не делась!!!

— Говори, давай!! — шикаю на Роника. — Только чётко и по делу!

— Угу… — гукакает совой этот мой близнец. — Там такое дело…

Ну, куда уж конкретнее…

— Роник!!! — высовываюсь чуть не наполовину из окна. — Сейчас у наших родителей окажется одно свободное место для детей в гороскопе!!

— Эт… почему это? — пьяненько икает Роник.

— А потому что одного на одного Стрельца сейчас меньше станет!! — шиплю я, надеясь не разбудить Маришку. — Говори, что там с моим мужем…

— Так а я чём!! — отшатывается от окна без пяти минут покойный брат. — Я ж и говорю… Но ты только не ругай его…

Господи, знала бы, что такой зануда в рядом со мной в мамином животе плавает, тогда б ещё накостыляла…

— Ро-ник!! — делаю последнее предупреждение этому заступнику Тимофея.

— Так… А пошли — сама того… Только не ругай!!!

Да я не буду я никого ругать… Но только… Доску-то от забора, может, прямо сейчас выломать⁇

Даже если для Тимофея не пригодится, то Ронику-то пару раз по спине не помешает…

Решаю, что идти через дверь нельзя — разбужу дедулю и Ваську с Дашей, да и Степана Никитича тоже…

Хорошо, хоть бабушка сегодня у мамы с папой ночует…

И потому, скинув мужнюю футболку, быстрее, чем солдат, переодеваюсь в плюшевый спортивный костюм и вылезаю через окно во двор.

Когда я последний раз из дома в окно выходила???

Вот, и я не припомню…

— Роньк, ты обещала не ругать… — икает на всю деревню Роник. — Тимоху…

— Не помню, чтоб обещала!!! — подхватив брата под локоть, тащу его в сторону калитки. — К Акиму идём? — уточняю на всякий случай…

— Зачем? — выкатывает на меня свои пьяные глаза Роник.

— А и правда!! — не выдержав, залепляю ему подзатыльник. — Я ж просто среди ночи с братом любимым погулять вышла!!!

— Так эт… Мы ж за Тимохой… — потирает ушибленную часть мой близнец…

— И путём нехитрых умозаключений, я так понимаю, муж мой сейчас не у Акима… Правильно??? — дёрнув за локоть, разворачиваю Роника на себя…

— Роньк, ты только не ругайся… — повторяет этот болван…

Ещё раз по его дурной башке припечатать, что ли, а то, как пластинку заело…

— Так куда идём? Где твой Тимоха⁇ — физически чувствую ту самую последнюю каплю терпения…

А если он ещё раз скажет: «Ты только не ругайся», я его пришибу!!

— Аким сказал… — икает Роник. — Что без них никак…

Вот, дал же Бог брата-близнеца…

— Без кого⁇ — проталкиваю этого идиота в калитку и сама выскальзываю следом.

— Роньк, ты толь… Ай, блин, да ты с ума сошла!!! — хватается Роник за лоб. — Больно же!!!

— Сейчас ещё больнее будет!! — уже рычу я.