Ее тайный дневник - Джулия Куин

— Прости, — пробормотала она и прошла мимо него.

Тернер поймал ее за руку:

— Позволь сопроводить тебя, киска.

У Миранды задрожала нижняя губа. Что он задумал? Если бы не ее теперешнее состояние, то она выдернула бы свою руку, но сейчас она позволила ему проводить ее к столу.

Тернер хранил молчание, пока подавали первую смену блюд. Миранда была рада — она занялась едой, а не разговорами. Леди Радленд и Оливия всячески старались вовлечь ее в беседу, но ей удалось этого избежать — у нее все время был полный рот.

И продержалась так почти до конца обеда, но тут ребенок снова дал о себе знать. Миранда думала, что ей хорошо удается скрывать боль, но она, должно быть, невольно скривилась, потому что Териер пристально на нее посмотрел и спросил:

— Что-то не так?

Она изобразила улыбку и продолжала есть.

— Нет. Я просто очень голодна.

— Это видно, — заметила Оливия и заслужила укоризненный взгляд матери.

Миранда положила в рот кусочек цыпленка под миндальной подливкой и поморщилась. На этот раз Тернер был уверен, что не ошибся.

— Ты охнула, — заявил он. — Я слышал. В чем дело?

— Ничего, — продолжая жевать, ответила она. — Я просто никак не могу насытиться.

— Можешь, ты слишком торопишься? — предположила Оливия.

— Да, да. Наверное, ты права, — тут же согласилась Миранда.

К счастью, леди Радленд втянула Тернера в обсуждение билля, который он недавно поддержал в парламенте. Миранда была рада, что он отвлекся. Муж так внимательно за ней наблюдал, что ей было трудно сохранять невозмутимость во время схваток.

Когда в очередной раз живот свело от боли, Миранда потеряла терпение и, опустив глаза, прошептала:

— Прекрати эго. Или ты точно будешь Ифигенией.

— Ты что-то сказала, Миранда? — спросила Оливия.

— А… нет, ничего.

Через несколько минут последовала следующая схватка.

— Прекрати это, Найджел, — прошептала Миранда.

На этот раз Оливию было не обмануть.

— Я точно слышала, как ты что-то сказала.

— И ты, кажется, назвала меня Найджелом? — спросил Тернер.

Как занятно, подумала Миранда. Его больше удручает, если его так назвали, а не то, что она покинула их супружеское ложе.

— Разумеется, нет. Тебе показалось. А вообще я устала и, пожалуй, пойду к себе, если вы не возражаете. — Она привстала и в эту секунд почувствовала, как между ног что-то полилось, и опустилась на стул. — Я подожду десерта.

Леди Радленд извинилась и ушла, сославшись на то, что бережет фигуру и не сможет смотреть, как остальные едят пудинг. Теперь Миранде стало, труднее избегать разговора, но она старательно делала вид, что поглощена едой. Наконец обед закончился. Тернер встал, подошел к ней и подал руку.

— Нет, я посижу минутку. Я немного устала.

Она чувствовала, как краска заливает шею. Господи, никто еще не написал книгу по этикету, где излагаются правила поведения, когда ребенок появляется на свет прямо в столовой. Насмерть перепуганная Миранда не могла подняться со стула.

— Ты хочешь еще десерта? — сухо осведомился Тернер.

— Да, пожалуйста.

Голос у нее сорвался.

Муж позвал лакея, а Оливия спросила:

— Послушай, дорогая, ты уверена, что с тобой ничего… не происходит? Ты как-то странно выглядишь.

— Позови свою маму, — прохрипела Миранда. — Сейчас же!

— Неужели началось?

Миранда кивнула.

— О Боже мой! Пришло время! — воскликнула Оливия.

— Какое еще время? — сердито спросил Тернер, но, взглянув на перепуганное лицо Миранды, выругался и подхватил жену на руки, не обращая внимания на то, что мокрые юбки испачкали его жилет.

Она прильнула к его широкой груди и забыла о том, что клялась оставаться безразличной к нему. Как ей необходима сейчас его сила!

— Дурочка, — прошептал он. — Сколько времени ты терпишь?

Миранда предпочла не отвечать, потому что, если она скажет правду, он ее отругает.

Тернер отнес ее в спальню для гостей, заранее приспособленную для родов. В комнату вихрем ворвалась леди Радленд.

— Спасибо, Тернер, — торопливо произнесла она. — Распорядись насчет врача.

— Этим уже занялся дворецкий.

Он с волнением смотрел на Миранду.

— Тогда сам займись чем-нибудь. Выпей бренди хотя бы.

— Не хочу.

Леди Радленд раздраженно вздохнула:

— Ты вынуждаешь меня называть вещи своими именами, сын. Уйди!

— Но почему? — не понял Тернер.

— Мужчинам не место при родах.

Миранда густо покраснела.

— Тернер, пожалуйста, — попросила она.

— Ты хочешь, чтобы я ушел?

— Да. Нет. Я не знаю.

Он уперся руками в бока и вызывающе взглянул на мать.

— Полагаю, что мне следует остаться. Это и мой ребенок.

— Ой, хорошо! Только отойди в угол и не мешай.

Леди Радленд замахала на него руками.

Миранда съежилась от новой схватки и застонала.

— Дорогая, держись! — Тернер кинулся к ней. — Это нормально?

— Отойди немедленно, — приказала леди Радленд. — Ты ее беспокоишь. — Она склонилась над Мирандой и положила ей на лоб мокрую салфетку. — Не обращай на него внимания. Все хорошо.

— Я знаю… Как бы мне снять платье?

— О Господи. Конечно. Прости! Я про это совсем забыла. Тернер иди сюда и помоги мне.

— Нет! — крикнула Миранда.

Он похолодел и остановился.

— Прошу вас помочь мне, — сказала свекрови Миранда.

— Ты сама не знаешь, что говоришь. Это ведь твой муж, — успокоила ее леди Радленд.

— Ну как вы не понимаете? Я же стесняюсь.

Миранда с силой схватила руку леди Радленд.

Тернер, вернувшись в угол, еле удержался от смеха.

— Мама, уступаю тебе эту честь, — сказал он и вышел из комнаты.

И расхохотался, лишь когда дошел до конца коридора. Да, у его жены очень своеобразное представление о приличиях.

В спальне Миранда стискивала зубы от следующей схватки, а леди Радленд стягивала с нее испачканное платье.

— Тернер ушел? — спросила Миранда, опасаясь, что тот вполне может подглядывать.

Свекровь кивнула:

— Он больше не будет беспокоить тебя.