Воин Островов - Дебби Маццука

Тупая боль все еще терзала затылок Эйдана, в глазах двоилось, но он чувствовал, что должен увести своих друзей из дома, где творится такое, да еще и появился Ламон. К тому же они пока не нашли Лахлана и не могли терять времени.

Эйдан внимательно посмотрел на Сирену и прикоснулся к ее щеке. Сирена была бледна и едва стояла на ногах. Эйдану хотелось обнять ее, но времени не было.

— Сэмюел, есть в этом доме другой выход? — спросил он стоявшего за спиной Сирены дворецкого.

— Да, в большом зале есть черный ход для прислуги, и выходит он к кухням.

— Хорошо, забирайте женщин и, как только окажетесь внизу, отводите подальше всех, кого там найдете.

Схватив с кровати темно-зеленое покрывало, чтобы тушить им пламя, Эйдан повернулся, но Сирена повисла на его руке.

— Нет, Эйдан! Не оставляй нас. Ты пока слишком слаб, чтобы бороться с огнем.

Эйдан поднял глаза и увидел взволнованное лицо Сэмюела. Тот подталкивал Сирену к двери.

— Не спорь, нет времени. Мы должны остановить огонь, прежде чем пожар охватит дом. Иначе погибнут невинные люди.

Выглянув в коридор, Эйдан вдруг вспомнил про Давину.

— Сэмюел! — крикнул он. — Подождите! Пусть женщины идут одни, а вы найдите Давину.

— Ее схватили Ламон и его люди и собираются доставить в Гластонбери, — хриплым от волнения голосом сказала Сирена. — Именно там они держат Лахлана.

Эйдан удивленно посмотрел на Сирену, пытаясь понять, откуда ей это известно. Он хорошо помнил разговор с Давиной, однако не был уверен, что о нем стоит рассказывать Сирене. «Сколько еще людей погибнет из-за бреда этого сумасшедшего?!» — подумал Эйдан, сжимая кулаки.

Но больше всего Эйдану хотелось спросить у Сирены, почему она не осталась в своей комнате. Внезапно появившийся дым смешал его планы.

— Бегите, здесь выход! — прокричал Эйдан. Он был готов ко всему, даже к тому, что эта упрямица снова вцепится ему в руку. Но к его удивлению, Сирена тут же повернулась и исчезла вместе с Бесс и Сэмюелом в темной галерее. Чувство благодарности за такое благоразумие почему-то не приходило, возможно, в его душе сидел страх не только за брата.

Эйдан побежал по коридору, чувствуя, как каждый шаг отдается тупой болью в голове. А снизу уже валил густой дым, и горячий воздух обжигал горло. Эйдан сорвал плащ.

— Каллум, Коннор! — закричал он, увидев, как они пытаются погасить пламя, затаптывая его сапогами. Их лица были черны от сажи. — Снимайте свои плащи быстро и повязывайте на рот!

Эйдан уже имел неприятности с огнем на острове Льюис и, показывая пример, все проделал на глазах товарищей. Он знал, что невидимый дым может быть опаснее полыхающего огня.

— Нам не сдержать пламени! — прокричал Каллум, яростно топча горящий настил.

Стаскивая завязанный плащ через голову, Коннор споткнулся, и край плаща лег на горящие перила. Ткань загорелась, и Коннор скинул уже пылающий шар на помост. Эйдан схватил плащ за край и отправил его в огонь. Деревянные панели стен пока не горели, и потому борьба имела смысл. Обгоревший край перил упал на пол.

Внезапно центр горящего помоста провалился. «Теперь будет гореть внизу», — подумал Эйдан, вытирая с лица сажу, но на втором этаже уже не горело. Снизу доносились мужские голоса. Эйдан осторожно подошел к провалу и посмотрел вниз. Прямо под ним несколько полуодетых мужчин отчаянно жестикулировали, а в стороне Сэмюел и еще несколько мужчин тащили ведра с водой. Эйдан искал взглядом Сирену, но ее нигде не было видно. Он не сомневался, что старый дворецкий позаботился о Сирене и Бесс, а потом бросился тушить пожар. До него донеслось шипение воды. Теперь Эйдан знал, что пожар будет ликвидирован.

Четверо слуг бежали с ведрами, в которых плескалась вода. Двоих из них Эйдан узнал. Они были днем раньше в большом зале. Ему опять вспомнилось то распутство, которое там творилось. Все, казалось, сошли с ума. Ну, почти все. Сэмюел и его жена Бесс остались в стороне от предложения Урсулы «повеселиться».